Наблюдатель (СИ)
На них не особо смотрели другие посетители, но и совсем пустыми и не привлекающими внимания их назвать тоже было нельзя. Поэтому остановимся на этих двоих, присев вместе с ними за стол.
— Долго ты ещё собрался читать? — абсолютно безэмоционально спросила женщина, делая внеочередной глоток из кружки, полной пива.
— Это поразительное чтиво, — с упоением отозвался мужчина, отхлёбывая из кружки. В этот раз пиву не суждено было пролиться на книгу, которую он сжимал в руках. — Заставляет о многом задуматься.
— Я уже успела своё наудивляться, изучая это, — как-то разочарованно вздохнула обладательница прекрасных белых волос. — К чему такой интерес? Весь принцип мы уже изучили. Теперь этот артефакт — просто мусор.
— Эх, Лори, — покачал головой её спутник. — Если бы твой учитель относилась к подобного рода реликвиям, как к мусору, то давным-давно бы сгинула где-нибудь в лесах Пангонии.
Пангония. Восточный край Золотой Империи, край густых девственно чистых лесов и прекраснейших озёр. Независимое государство без границ и каких-либо контактов с внешним миром, контролируемое эльфами и советом друидов — магов, что общаются с природой напрямую. Сейчас, правда, разорённое войной — большая часть лесов сгорела в негасимом пламени, сотворённом боевыми алхимиками на службе у императора, друиды же, похоронив почти всех своих людей, выступили с предложением мира. Империя, до этого продолжавшая свой неостановимый натиск, остановилась и отступила, оставив за собой выжженую землю, на которой ещё долго ничего не вырастет. Правда, цена, которую уплатила Пангония за сохранение своего существования в виде вассала, остаётся далеко за пределами понимания обычного человека.
— Всё-то ты знаешь, — чуть наморщила свой лоб женщина, которую человек назвал Лори. Затем откусила колбасу, принявшись пережёвывать. По её лицу было видно, что она скучает, но показать этого не может. Или не хочет. — И не называй меня настоящим именем, пока мы не покинем Мортис. Паршивое, к слову сказать, местечко…
— Тебе ли говорить..? — не отвлекаясь от строчек, протянул мужчина. — Запахи на улицах, конечно, то ещё испытание. А остальное… Как-нибудь свыкнемся.
— Мастер так и не сказала мне, надолго ли мы здесь…
— В чём смысл временных рамок, если ты не можешь сосредоточиться на задании и без них? — не глядя в сторону женщины, бросил её спутник.
— Тц, — фыркнула Лори, выпрямляясь. — Прошу прощения.
— Ты же боевой маг. Расслабься, пока мы всё равно только заканчиваем собирать информацию. Что будет потом — будет потом. Постарайся не засорять свою голову мыслями на эту тему.
— Я цыкнула не из-за твоих слов, — она не повернула голову, продолжая смотреть на человека перед собой.
В это время дверь в трактир со скрипом отворилась, нет, она громыхнула, будто в неё ударили с приличной силой с той стороны. На порог взошёл человек, закованный в чёрные рыцарские латы. Следом за ним вошли и другие: три, пять… Целых семь человек. Каждый из них носил ту же броню, что и первый, но она всё же немного отличалась. Шлем, который человек сжимал в руках, был украшен витыми чёрными рогами, заострёнными и смотревшими чётко в потолок. А ещё на броне этого человека был выгравирован алый символ Золотой Империи — могучий лев, сжимающий в одной лапе меч, а в другой — посох. Все разговоры, до этого витавшие в трактире, мгновенно прекратились. Даже в воздухе, где до этого витал приятный запах чего-то жаренного и вкусного, теперь остался только привкус ржавчины и ненависти во рту, который принесли с собой новые "гости".
Не удосуживаясь закрывать за собой дверь, они прошли к одному из столиков в центре зала. К одному из занятых столиков прямо перед скрипачкой — молодой эльфийки с веснушками на красивом лице. Гномы, мигом протрезвев, свалили подобру-поздорову, как раз остановив начавшийся было сквозняк. На улице нынче стояли холода, поэтому те из жителей Мортиса, что сидели ближе всего ко входу, поёжились. Остальные же тихо сплюнули в уголок, стараясь не смотреть на имперцев, занявших освободившихся стол. Рыцари Империи сложили свои клинки рядом с собой, прислонив их к лавке с внутренней стороны стола.
— Пива, — проговорил их командир, и трактир будто ожил — тишина оказалась сломлена железным голосом имперца. — И свинины. На всех.
Зацокали каблуки официанток, бросившихся на кухню. Кто-то, уже слишком пьяный, чтобы хоть что-то понимать, вернулся к непонятным разговорам и всё той же выпивке. Имперцы сняли шлемы, оголяя короткие стрижки. Большинство из них были людьми — только командир, показавший едва-едва заострённые уши, был, очевидно, полуэльфом. Его шлем стоял перед ним на столе вместе с остатками пойла гномов. Скривившись, этот мужчина двумя руками смёл все следы пиршества, не удосуживаясь сделать хоть какой-то комментарий своим действиям. Его товарищи принялись снимать элементы брони, ограничивавшие приём пищи. Разговаривать, впрочем, никто из них особо не спешил. Та же парочка, что притаилась в дальнем углу, продолжала вести свой обыденный диалог.
— Имперцы, — проговорила Лори, и, хоть её тон не выражал ни малейшей эмоции, её лицо, искажённое в злобе, выражало всё, что она думала об этих случайных гостях заведения. — Наверняка сегодня возьмутся за официанток.
— Испытываешь ненависть? — спокойно и всё ещё не отвлекаясь от чтива, спросил мужчина. — Когда уже ты перестанешь делить людей на хороших и плохих только по их виду или роду…
— Я умею отличать добро от зла, — медленно выдохнула женщина, успокаиваясь.
В это время имперцам уже принесли пива, за которое они с упоением взялись, не стесняясь произносить самые громкие тосты, что звучали в этом трактире с самого вечера. Поднимались кружки и за Империю, и за его величество императора, и за их отряд, дивизию, просто за армию… Пока Лори старалась сдержать свои чувства, имперцы давали им волю: только их командир отказывался прикладываться к выпивке, впрочем, поддерживая тосты соратников крупным, как для эльфа, кулаком. Его товарищи, распаляясь, стучали по столу, щипали официанток за зад и присвистывали тем вслед — в общем, вели себя, как хозяева, а не гости. И опять же — их право. В Мортисе нет такой сильной ненависти к имперцам, здесь хата каждого — с краю. Первая задача — выжить, а уже потом что-то думать или делать с теми, кто ведёт себя столь нагло, как эти ребята.
— Играй, дорогуша, — вдруг обратился командир владельцев чёрной брони к эльфийке со скрипкой. Она уже некоторое время сидела за столом слева от них, стараясь влиться в разговор орков, отчего-то упрямо её игнорировавших. Видимо, зеленокожие быстро поняли, что к чему. — Играй, не стесняйся. Я пришёл сюда только ради твоей музыки.
И она встала. С дрожащими коленями, с мокрыми глазами, из которых вот-вот должны были политься слёзы. Конечно, имперцы этого не видели, они были слишком заняты. А вот их начальник — увидел. Его лицо помрачнело, но слова почему-то не вырвались из его рта, раскрывшегося, чтобы их сказать. Взяв инструмент, девушка-эльфийка начала игру. Плавно, нежно, словно боясь обидеть попросившего её об исполнении мелодии мужчину. Весь остальной трактир вернулся к своим кружкам и тарелкам, поэтому никто и не заметил целый обмен чувствами, произошедший между этими двумя. Лори, глядя на спину скрипачки, сжала кулаки, спрятанные под столом.
Из-под него же, потихоньку расползаясь во все стороны, начали вытягиваться тонкие белоснежные нити.
— Лори, — перелистывая страницу, сказал её спутник. — Подумай о том, что бы сказала твой учитель, увидев, как легко ты поддаёшься своим эмоциям.
— Я… — её взгляд ушёл вниз, в кулаки, оставшиеся на бёдрах, сейчас дрожавшие в напряжении. Окутанные тонкими фиолетовыми перчатками пальцы впивались в кожу ногтями, постепенно приводя женщину в себя. — Спокойна.
— Ещё одна такая выходка, и я буду вынужден рассказать Мире лично, — его голос впервые стал жёстким, сжатым, словно выпущенная стрела окатившим Лори сплошным потоком страха. Она вздрогнула, посмотрев на него, до сих пор прикованного к книге.