Я тебя испорчу, Майор (СИ)
— И как долго вы, позволь узнать, дружите? — не скрывая иронии и недоверия в голосе, спросил он.
— Около двух месяцев.
Если не брать в расчет, что в ситуации замешана его семья, то эта цифра звучала достаточно комично, а если всё-таки брать, то смешного было мало. Около двух месяцев семья "дружит" с его бывшей любовницей, а он об этом ни сном, ни духом. И в какой момент жизнь успела превратиться в цирк шапито? До встречи с дочкой шефа или после?
— Как это произошло? Ты, как и сегодня, заявилась к нам домой и сказала моей семье "давайте дружить"?
Барби закатила глаза, всем своим видом показывая, что его слова полная чушь.
— Да, а потом, когда они отказались, достала из-за пазухи пистолет и пригрозила, что, если они не согласятся, то их будет ждать кровавая расправа, — фыркнула она. — Такой ответ тебя устроит?
— Меня устроит правда.
— Ты не хочешь её слышать. Любое моё слово ты заранее воспринимаешь как враньё, так что я не вижу смысла распинаться перед тобой и просить мне поверить.
— Вот только не надо строить из себя униженную и оскорблённую, Катенька. Ты прекрасно знаешь, что со мной этот театр не прокатит. Либо рассказываешь всё как есть, либо…
— Либо?! — вскинула бровь девушка, заметно разозлившись. — Майор, ты охренел настолько, что намерен мне угрожать? Ты в своём уме, вообще?!
— Не истери, — грубо одёрнул он её. — Когда дело касается моей семьи, угрозы — одни из самых безобидных вещей, к которым я прибегаю, поэтому можешь считать, что тебе ещё повезло.
— Ну, спасибо! Твоё великодушие не знает границ!
— Пожалуйста. А теперь, после того как мы обменялись любезностями, будь добра, поведай мне о своей дружбе с моими детьми и мамой.
— Хорошо, — со вздохом согласилась Трофимова. — Надеюсь, что после этого ты снова станешь вести себя как нормальный человек, а не мафиозник из дешёвых сериалов, которые без конца крутят по телевизору, — она поёрзала на сидении, устраиваясь поудобнее. — На самом деле рассказывать особо не о чем. Мы с Васей случайно в парке возле моего дома. Она там была вместе с подружками, которые не очень хорошо себя повели, но я вмешалась и…
— А вот на этом месте поподробней, — нахмурился мужчина.
Его дочь была сильной и умной девочкой с порой неуправляемым, но твёрдым характером. Задеть её было не так-то просто, благодаря своему острому языку она была способна постоять не только за себя, но и за брата, а также дать хороший отпор кому угодно. Хоть приставучим мальчишкам, хоть учителям, переходящим границы дозволенного, хоть задирам-девчонкам. С последними Василиса почти не общалась, считая сверстниц недалёкими, зацикленными на всяких неинтересных ей вещах, глупышками, и дружила в основном с друзьями Коли. Поэтому для него было очень неожиданно услышать, что его дочурка гуляла в парке с какими-то "подружками", которые ещё и не очень хорошо себя повели.
— Не могу, я обещала Васе, что это останется между нами.
— Катя, — стараясь держать эмоции под контролем, процедил он. — Я сказал поподробней.
— А я сказала, что не могу! — стояла на своём девушка, ничуть не испугавшись его тона. — Я пообещала ей, понимаешь? Могу сказать только то, что Васёна тогда никак не пострадала и даже с достоинством вышла из ситуации, так что можешь перестать так переживать.
Только человек, не имеющий детей, может сказать такую глупость. Как можно не переживать за своих дочь или сына?! Соловьёв беспокоился о своих чадах ежесекундно каждый божий день, даже когда они были у него на глазах и им ничего не угрожало. Но, несмотря на это, противный страх, перехвативший глотку, после Катиных слов немного ослабил хватку и получилось более-менее свободно вздохнуть.
— У неё точно всё хорошо?
— Абсолютно точно. Васька — твоя копия. Мне кажется, нет ничего с чем она бы не смогла справиться.
Катя широко улыбнулась, мгновенно сменив гнев на милость, и он поймал себя на том, что не может отвести от этой улыбки взгляд. Такое случалось уже не один и даже не два раза, но сегодня, после их расставания, как в первый. И её слова… Не описать как ему было приятно их слышать, зная, что девушка не пыталась подлизаться к нему или польстить. Она просто констатировала факт.
— Дальше, — уже гораздо спокойнее сказал Александр
45. Александр
— Дальше слово за слово. Разговорились о том о сём. Вася вскользь упомянула, что никак не может научиться ездить на пенни-борде, а Коля не может ей в этом помочь, так как занят на курсах по ай-ти.
Он подарил дочке доску на колёсиках в честь начала нового учебного года. Увидев её у себя в комнате, Васька аж запищала от радости и тут же кинулась на улицу, чтобы опробовать подарок, но вернулась оттуда немного разочарованная и с разбитой коленкой. Только она не была бы собой, если бы сдалась с первого раза, поэтому вскоре к ране на коленке прибавились царапины и синяки на руках, локтях и пятой точке. Коля, который в качестве своего подарка попросил оплатить ему ещё одни курсы по программированию, почти целыми днями пропадал на учёбе и возвращался поздно. Поэтому пока всё сходилось.
— Я решила тряхнуть стариной и предложила попробовать её научить. Вася согласилась, я сбегала за доской и мы начали кататься.
Однажды, приехав с работы домой, когда дети уже спали, мама заговорщическим шёпотом поведала ему о том, что у Васи, кажется, появился ухажёр, с прогулки с которым она всегда приходит довольная и хвастается новообретенные навыками езды на пенни-борде. Тот факт, что на досках умеют кататься не только парни, она почему-то не учла, но клятвенно пообещала сыну, что попробует разузнать у внучки про её мальчика поподробнее. На следующий день Елена Михайловна от расспросов отмахнулась, сказав, что ошиблась и Василиса ни о чём таком не думает, что катается в парке она в компании других таких же любителей ролевых досок. Саша тогда даже представить себе не мог, что в числе этих любителей окажется его бывшая любовница.
— Потом я случайно познакомилась с Еленой Михайловной. Мы поболтали…
— Снова о том о сём? — не выдержав, вставил свои пять копеек мужчина.
— Представь себе, да!
— А с Колей ты тоже об этом же разговаривала?
— Майор, ты попросил рассказать — я рассказываю. В чём проблема? Не хочешь слушать, высади меня вон там, — Барби кивнула на маячившую впереди автобусную остановку. — Я же тебя не заставляю меня слушать.
— Я просто никак не могу понять, Катя. Зачем тебе это? Зачем дружить с подростками? Зачем дружить со взрослой женщиной, годящейся тебе в бабушки?
— А я друзей по возрасту не отбираю и общаюсь с теми, с кем мне интересно. Ты, например, главное этому подтверждение. Думаешь, стала бы я с тобой спать, не будь мне хоть чуточку интересно?
Светофор загорелся красным и он остановил машину перед пешеходным переходом. Намёк на разницу в возрасте был не самым приятным для мужского достоинства, но Соловьёв не позволил себе заморачиваться на словах какой-то пигалицы с кукольным личиком. Впрочем, и пропускать их мимо ушей был не намерен.
Развернувшись к девушке корпусом, он чуть подался вперёд и заглянул ей в глаза. Сначала она удивилась, потом провела взглядом по его лицу, особенно зацепившись за губы, и тоже наклонилась ближе, сокращая между ними расстояние.
— Думаю, мы оба знаем, что ты стала бы со мной спать, будь у меня хоть рога на макушке, хоть жабры на шее.
— Я тебе про душу, Майор, говорю. Про душу, а ты всё про внешность.
— Так ведь и я про душу, Катюш. Про твою, готовую всегда и на всё, душу.
Барби на мгновение замерла, переваривая услышанное, а после усмехнулась.
— Ну, и козлина же ты, Саш, пусть и без рогов.
Мужчина отвернулся от неё, сделав вид, что очень занят дорогой и совсем не пытается скрыть улыбку. Вообще, мало кто решался ему так открыто дерзить. Слишком уж опасались его должности и внешнего вида. Но Катя, в силу своего безбашенного характера и папы — генерала-полковника юстиции за спиной, не имела о страхе, казалось, даже малейшего понятия. Ни страха, ни инстинкта самосохранения, ни обычной, как у других нормальных людей, логики. Разве здравомыслящий человек стал бы общаться, а уж тем более дружить, с родственниками своего бывшего любовника или любовницы? Саша бы не стал, но его к этому обязывала служба и многолетнее наставничество Сергея Ивановича. Если бы, конечно, не искал в этом никакую выгоду, но она же эту возможность всячески отрицала. Не то, чтобы мужчина собирался ей верить с полуслова, но и фактов, чтобы доказать обратное, у него не было. Запретить видеться со своей семьёй он не мог, просто потому что и Трофимова, и Васька вполне были способны взбрыкнуть и начать показывать свою независимость, а Коля с мамой расстроиться, поэтому ему оставалось только наблюдать за происходящим и ждать момента, когда Барби на чём-нибудь проколется и у него появится достаточное основание, чтобы выкинуть её из их жизней раз и навсегда.