The Мечты. Соль Мёньер (СИ)

У отца на тот момент уже была собственная семья и заводить серьезных отношений со славянкой он вовсе не собирался. А Наталья Валентиновна долго в роли любовницы не продержалась – родня жены господина Четинкаи, что-то вроде клана местной мафии, подключилась, потому пришлось ей драпать восвояси, в Солнечногорск, куда и принесла она в подоле своего Реджепчика, которого отец все же признал, содержал и даже узаконил вскоре после безвременной кончины супруги. У него было лишь одно условие: мальчик должен воспитываться в исламских традициях, учить турецкий язык и носить имя своего деда Реджепа.
Однако никто не учел, что мальчик Реджеп вырастет в то, во что он в итоге вырос, потому держать в узде этот симбиоз котлет и мух оказалось невозможным, вследствие чего сейчас молодой Четинкая торчал в интернете и разрабатывал новогоднее меню, размышляя, с кем провести выходные. С другом Лехой на мотоциклах погонять, пока погода позволяет, или исполнить надежды Леночки, кондитера из «Миндаля».
У Леночки было два плюса.
Во-первых, она была не замужем. То есть, вариант адюльтера с обеих сторон исключался как таковой. Во-вторых, она реально шарила в десертах, а значит, с ней можно будет поработать над рецептурой пирожных, которые Реджеп планировал добавить в меню не позднее католического Рождества.
Размышления его самым неделикатным образом прервал звук входящего сообщения.
Телефон любезно отобразил на экране имя Насти:
«Принцесса хочет с тобой поговорить, зайди к нам, пожалуйста».
У Реджепа даже ухо слегка шевельнулось.
«Она меня что? Вызывает?»
«Тебя вызывает, а меня просит показания счетчиков в РЭС отнести».
«А ты теперь у нее секретарша? Курьер? Кто?»
«Ну Лики же второй день нету, вот она и возомнила себя главной, но я пока сопротивляюсь».
Главной!
Реджеп прекрасно понимал, кто тут главный. Как всякий хороший повар он знал себе цену, временами, конечно же, мучаясь от приступов неуверенности в себе, но на людях этого никогда не показывал. Имя ресторану делает шеф. И пусть они не в той стране, где велики шансы быть упомянутым в Красном гиде Мишлен, сам по себе Реджеп Четинкая мог бы выбрать местечко и потеплее, попрестижнее, чем солнечногорский ресторан «Соль Мёньер». Аллах свидетель, ему было из чего выбирать. Но гребаная турецко-славянская сентиментальность спустя много лет и одно разбитое сердце привели его в город детства, откуда он пока не собирался уезжать. 
Для того, чтобы сейчас его «вызывала к себе» мажористая пигалица, дочка местного божка. 
Убиться.
Первые пять минут он всерьез думал хладнокровно проигнорировать требование Татьяны Романовны в знак того, что она здесь никто. Но поскольку мысли его, так или иначе, крутились вокруг причины этого вызова, делать было нечего. Работать все равно не получалось.
И в итоге спустя еще две минуты он шел по коридору в кабинет, занимаемый Настей и новенькой. Настя мчалась ему навстречу с папкой с документами под мышкой, уже одетая на выход.
- Припахала все-таки?
- Ну не ссориться же с ней! Еще папе пожалуется, - вздохнула Настенька и грустно ему улыбнулась, несколько раз моргнув. Пожалей, мол, заступись. Но решив действовать по обстоятельствам, Реджеп толкнул дверь в Танин (теперь уже без всяких сомнений именно ее) кабинет.
Вскинув на посетителя внимательный взгляд, Таня прикрыла крышку ноутбука и отложила в сторону ежедневник. Вообще за эти два дня стол, выделенный ей Хомяковым, стал являть собой самый образцовый пример порядка и аккуратности. Предметы на нем были только необходимые и при должном воображении напоминали построение войск на плацу. Сама же она походила на командующего этим войском генерала в белоснежной блузке мужского кроя, застегнутой под самое горло, и с идеально выпрямленными волосами.
- Добрый день, - поприветствовала она Шефа и кивнула на стул перед собой. – Хорошо, что вы все же нашли время зайти ко мне.
- Работы много, я на пару минут, - сообщил ей Реджеп, но на предложенное место уселся. Его лохмы нынче тоже были облагорожены пучком на коротко выстриженном затылке – под колпак так определенно удобнее. Он внимательно осмотрел ее стол, потом сместил взгляд на нее саму. Очевидно, сделал для себя какой-то вывод, поскольку до Тани донесся коротенький смешок, хотя она могла бы побиться об заклад: на лице господина Четинкаи не дрогнула ни одна мышца.
 
- Вот и поговорим о работе, - миролюбиво сказала она. – О меню нашего ресторана.
«Нашего!» - мысленно возопил Реджеп, но и эта мысль не омрачила его чела.
- А что с меню? – уточнил он вслух. – Вы обедали в зале и вам не понравилось оформление? Так я давно говорил, что его пора обновить.
- А я считаю, что обновить надо не только оформление зала, но и меню.
- Тоже согласен. Эти газетки – кошмар. Я бы настаивал на стилизации под фолиант.
- Что, простите? – настала Танина очередь уточнять.
- Ну книжечки... знаете, такие... в твердом переплете. С глянцевыми страницами. И с названиями блюд. Эта игра в демократичность – лишь заигрывание с посетителями. Цены у нас совсем не демократичные. И уровень тоже. Потому газетная бумага неуместна, не находите? Если я готовлю шедевр, то мне хотелось бы, чтобы и представлен был этот шедевр соответственно.
- Не морочьте мне голову, - строго заявила Татьяна Романовна. – Я вовсе не об этом. У вас что? Русский – второй язык? Я говорю не о внешнем виде меню. А о его содержании. О блюдах. Вы меня понимаете?
Сколько ни неси околесицу, а именно ее Реджеп и нес, пытаясь отвлечь не в меру активную помощницу Хомяка, а она все равно спуску не даст. Росту в ней – от горшка два вершка, а характер, будто бы и правда не степлерами и ручками тут командовала, а настоящим полком. Оставалось только вздохнуть и идти с голыми руками на этот полк.
- Я говорю на четырех языках свободно, и на двух изъясняюсь посредством пальцев. Конечно же, я вас понимаю. Единственное, чего не понимаю, это что конкретно вас может не устраивать?
- Многое, - отрезала генеральша. – Но особенно меня интересует, почему в нашем меню отсутствует соль мёньер.
- В смысле? 
- В самом прямом. Почему в меню ресторана, который называется «Соль Мёньер», нет этого блюда?
Если честно, то тут шеф-повару даже стало легче дышать – если все ее придирки в таком духе, то это ерунда. С этим он вполне себе справится, история даже обещает быть веселой. Но Реджеп, конечно, совсем не брал во внимание двух важных вещей. Во-первых, Таниного характера. А во-вторых, того, какие виды имела на них обоих Судьба.
- У нас огромное разнообразие изысканных блюд из рыбы, Татьяна-ханым, - улыбнулся ей Реджеп. – А традиционный французский соль мёньер какой-то особенной изысканностью не славится.
- Было бы желание. Можно и из лютефиска сделать основу для интересного сета.
«Ух, какие мы слова знаем!» - имел он в виду совсем не сет, естественно. Но решил-таки на всякий случай уточнить очевидное:
- А вы где-нибудь ели классический соль мёньер? В курсе, что это?
- А вы?
- А я окончил самую престижную кулинарную школу в мире и несколько лет работал во французском ресторане.
- Я знаю, - сообщила очевидное Таня и, не давая сбить себя с намеченного пути, продолжила о своем: - И все же. Соль мёньер – это классическое блюдо французской кухни. Из рыбы. А у нас – рыбный ресторан, более того, носящий именно такое название. Ну это все равно как… в вареничной не подавать вареники.
- Вы сравниваете ресторан с вареничной? И хотите жареной рыбы? – приподнял бровь Реджеп.
- Я пытаюсь объяснить так, чтобы вы поняли.
- То есть, я еще и тупой? – мрачно буркнул Реджеп. Вообще-то этот вопрос относился к категории заскорузлых комплексов, а они были даже у Реджепа Четинкаи. Надо отметить, что он весьма посредственно учился в школе, особенно не успевал по алгебре. И даже все его последующие успехи, знание шести языков и отличные рекомендации слабо сказались на его не самой высокой самооценке.