Новая магия (СИ)

В лавку заходить не стал — сразу пошёл ко входу в дом.
Поднявшись на порог, я обратил внимание на кнопку звонка. Хмыкнув, утопил её и услышал мелодичную трель. Вскоре тяжёлая дверь отворилась, и на пороге появился высокий, худой мужчина с залысинами и тщательно зачёсанными назад волосами. Одет в строгие чёрные брюки, такого же цвета жилетку и серую рубашку.
— Добрый день, — поздоровался он сухим, скрипучим голосом, — Я могу вам помочь?
— Я к Максусу Ремо. От Никаса Андирафосса, — и показал записку с оттиском перстня главы Дома.
— Проходите.
Оказавшись в небольшом холле, пришлось подождать, пока дворецкий доложит о моём приходе.
Хозяин дома появился быстро, не прошло и пары минут. Я даже не успел толком рассмотреть несколько картин, висящих на стенах.
— Виктор? — он подошёл ко мне и протянул руку. Из-под манжета рубашки виднелись страшные ожоги, — Какими судьбами?
— Здравствуй, Максус, — я ответил на рукопожатие, — По делам. Извини, что без предупреждения.
Он кивнул и без лишних слов показал рукой в сторону коридора, обитого дорогим деревом, откуда пришёл.
С Ремо мы пересекались всего пару-тройку раз, но дальше обычных светских бесед дело не заходило. У нас имелась пара общих знакомых, однако вести с Максусом дела не доводилось. Впрочем, он не выглядел удивлённым.
Хотя… Ремо всегда оставался невозмутимым, даже когда напивался в «Эссенции…».
Мы поднялись на второй этаж. Толкнув одну из дверей, Максус пригласил меня внутрь.
Надо сказать, вкус у парня имелся. Его кабинет оказался очень похож на кабинет Никаса. Полукруглый, с большими окнами, выходящими на проспект, высокими книжными шкафами и хорошим, дорогим столом, обитым по кромке хромированной сталью. Единственное отличие — в полках, занявших едва ли не половину стен. На них лежали самые разнообразные устройства, начиная от небольших коробочек неизвестного назначения, и заканчивая экспериментальным оружием.
Показав на кресло, Максус подошёл к бару и спросил:
— Выпьешь?
— Давай, — согласился я.
— Вино, или что-нибудь покрепче?
— Вино. Красное, если можно.
Кивнув, Ремо наполнил бокал и подал его мне. Себе же налил белого сухого. Понятия не имею, почему ему нравится эта кислятина…
Усевшись за стол, хозяин дома вопросительно посмотрел на меня.
— Итак?..
Я протянул ему записку Никаса.
— Не знаю, удивишься или нет, но меня сюда направили.
Тот сломал печать, внимательно просмотрел бумажку и вернул её мне.
— Дворецкий предупредил. Интересно… И необычно.
— Что именно?
— То, что Никас настолько тебе доверяет. О предстоящем рейде, насколько я в курсе, знает не больше десяти-пятнадцати человек.
— Прицепился в последний момент, — криво усмехнулся я.
— Ясно. Значит, нужна информация?
— Да.
— Хорошо. Думаю Никас тебя предупредил, но я на всякий случай повторю. Единственное, о чём прошу — никому не слова о документах, идёт?
— Идёт.
— Ну что ж, тогда предлагаю не терять время.
Максус наклонился, отпер нижний ящика стола и достал оттуда толстенную папку с бумагами.
Чего тут только не было! Из того, что приходилось слышать о старом Ремо я, конечно, предполагал, что он был обстоятельным и разносторонним человеком, но чтоб настолько! Нарисованные вручную планы зданий, карты с различными пометками, зашифрованные записки, заметки об аномалиях, их расположении на улицах и свойствах, зарисовки мерзких тварей, указания…
Я начал с самого простого — карт Запретной территории. Чертежи были очень и очень детальными — с названиями улиц и тупиков, отметками торговых лавок и лабораторий, подписанными домами. Страницы из плотного пергамента пришлось разложить на столе, чтобы сложить из них одно целое. Оказывается, квартал был до одури большим — куда больше, чем я мог предположить. Я прикинул масштаб и присвистнул — размер примерно с половину порта! Что-то подсказало мне, что быстрым этот рейд не будет…
— Что насчёт копий? — уточнил я.
— Можешь сделать, конечно, — Максус, листающий тонкий блокнот в кожаном переплёте, пожал плечами, — Только боюсь, не успеешь всё скопировать и за пять дней. А позволить тебе отнести всё это в типографию, сам понимаешь, не могу.
 
— Разумно.
— Не переживай, карты твои родичи уже срисовали, и достаточно подробно. Полагаю, Никас просто хочет, чтобы ты хотя бы примерно там ориентировался.
Я согласно кивнул и принялся старательно запоминать переплетения квартала, благо, на память жаловаться не приходилось. Примерно через час потёр уставшие глаза, собрал страницы в стопку и отложил, а затем откинулся на спинку удобного кресла и попытался воспроизвести в памяти увиденное.
Три параллельных участка разных широких проспектов… Их пересекает ещё тринадцать улиц. Две площади — на юго-западе и северо-востоке. На юге — ряды лабораторий и мастерских, куда, собственно, лично мне и нужно было. Старое кладбище, семейные склепы де Бригез — на севере, неподалёку от ворот. В центре — Башня магии, в которой в недалёком прошлом обитали колдуны.
Снова достав карты, пробежался по ним взглядом ещё раз. А затем ещё, и ещё. Через пару часов я уже без труда мог вспомнить названия всех улиц и основных точек, на которых стояли пометки.
Ладно, с этим можно закончить. Думаю, в воскресенье загляну к Максусу ещё раз и просмотрю планы заново, чтобы запомнить наверняка.
Всё это время мы молчали. Ремо поначалу тоже изучал записи, но вскоре ему это надоело и он, извинившись, отошёл к маленькому столику возле окна и занялся какими-то бумагами.
Я же взялся за большую, но тонкую, похожую на бухгалтерскую, книгу. Бестиарий, отлично.
— Максус, не мог бы ты мне помочь? — открыв её, попросил я, — Почерка не разобрать.
— Конечно.
Записей в этой книге было немного — всего десяток существ, но информация по ним была более чем детальной, включая даже рисунки ан фас и в профиль.
— Мертвеходы, — читал Ремо, — Бывшие люди, потерявшие разум. Питаются человеческой плотью и кровью. Медленные, гниющие твари с несоизмеримой их телам силой. Имеют острые зубы и деформированные пальцы…
— Сианон — летающая тварь вдвое больше средних размеров человека. Антропоморфна. Размах крыльев — приблизительно три метра. Имеет мощные нижние конечности, заканчивающиеся длинными острыми когтями. Умеет издавать звуки, заставляющие человека впасть в ступор…
— Санджук — чешуйчатое создание, предположительно, некогда бывшее собакой. Длинный хвост с жалом, выделяющим яд. Парализует мгновенно и вызывает припадок. Умеет перемещаться в толще скальной породы.
И так далее, и тому подобное…
Описания тварей я тоже старательно запоминал.
Позже настала очередь аномалий. О них записей было примерно столько же, сколько и о бродящих по улицам тварях.
Как я понял, это были изменённые вексом и магией… Даже не знаю, как описать. Локальные куски пространства, наверное. «Горелки» поджаривали всё, что в них попадало, до состояния хрустящей корочки. «Люмены» выжигали глаза невероятным светом. Но их хотя бы было видно.
«Зыбучий песок», к примеру, вообще заметить было невозможно. Обычный, на первый взгляд, камень мостовой или проезжей части, мог засосать в себя человека за пару секунд. Что с несчастным станет дальше — сие никому не было ведомо…
И если эти аномалии хотя бы оставались на местах, то другие постоянно перемещались по кварталу. Назавтра они могли находиться за несколько сотен метров от вчерашнего местоположения, и это было куда опаснее.
К таким аномалиям относились, например, «Костоломка». Блуждающее марево, угодив в которое можно было попрощаться с жизнью со стопроцентной вероятностью. Название говорящее — и неспроста. От неудачников, попавших туда, оставались лишь перемолотые кости и куски мяса…
 
Кроме этой жутковатой, но достаточно полезной информации, было и много другой.
В частности — заметки о маршрутах, по которым следовал отряд, списки разрушенных и целых лавок и лабораторий. И самое главное — отметки белых пятен, до которых отряд Сантуса Ремо не добрался, и которые исследовать не успел. Их было много. До одури много, едва ли не больше половины всей карты…