Порочное создание (СИ)

Эйтон.
Ещё на дне рождения запомнила белоснежную улыбку и хитрые серые глазища, с которыми он приветствовал гостей. «С ним лучше держать ухо востро», — что-то подобное говорила про него Лина, заставляя невзлюбить за притворные улыбочки и слишком наглый взгляд. И как Томас мог дружить с плейбоем, который умудрился страстно поцеловать спутницу и проследить взглядом за проходившей мимо девушкой?
Было страшно думать, что Майер где-то поблизости подобным образом обжимался со шлюхой. Господи, я же совершу двойное убийство и проведу остаток жизни, перестукиваясь с братом через стенку!
Эйтон узнал меня сразу же, стоило подойти ближе к оккупированному им столику. Серые глаза в ужасе расширились, даже смазанный алой помадой рот приоткрылся. Да, плейбой, я умела производить неизгладимое впечатление.
— Ничего не перепутала, куколка? — тут же взъелась его спутница, видя во мне достойного соперника в борьбе за сердце мужчины. Боже упаси, тратить своё время на золотоволосого кобеля. Чёрт подери, я тратила драгоценный минуты жизни на поиски Мудака.
Одарила девушку испепеляющим взглядом и перевела его на удивлённого мужчину:
— Привет, Эйтон. Не подскажешь, где мне найти Томаса?
Мужчина непонимающе свёл брови:
— Томаса? А где Томас? — издевательски завертелся на месте, заглядывая под стол, и спросил у своей спутницы. — Малыш, ты не видела Томаса?
Поднялась на ступеньку, отделяющую диван от произвольно образовавшегося прохода между столиками, и чуть было не нависла над посмеивающимся плейбоем:
— Ты, что, клоун на вольных хлебах?
Серые глаза неприятно сощурились:
— Спокойнее, девочка, я всего лишь пошутил.
— А мне не до смеха. Где Томас?
Эйтон выпустил из объятий спутницу и поднялся с дивана, чтобы с улыбкой кретина предстать во всей своей глянцевой красоте:
— Томаса здесь нет, — произвольно взмахнул руками, будто его дружок растворился в воздухе. — Был недавно, но уехал.
Напряглась, с подозрением оглядывая мужчину. Даже если он поклянётся на крови, я навряд ли поверю ему на сто процентов.
— Куда?
— Домой, наверное. Что за допрос? Он у тебя, что, под каблуком?
Не обратила внимания на язвительный комментарий Эйтона, пытаясь распознать ложь в его словах. Неужели не лгал, и мы с Томасом разомкнулись?
— Ладно-о-о, — протянула и сделала шаг назад, поднимая руки в знак отступления. — Хорошего вечера!
Собиралась вызвать такси и на крыльях облегчения поспешить в квартиру Майера, но глаза упали на стол, на котором помимо всевозможной выпивки и сигар, лежал знакомый мобильный телефон. Телефон Мудака.
— Домой уехал, говоришь? — прошипела и схватила со стола телефон. — Ты, блядь, за дуру меня держишь?
Эйтон похлопал глазами и неожиданно расхохотался, вальяжно падая на мягкий диван:
— Мне кажется, после встречи с тобой я начну молиться.
Сжала пальцы на корпусе мобильника, чувствуя разъедающую сердце злость. Ощущала, как глаза метали искры и, судя по кривой улыбке Эйтона, он тоже заметил моё нешуточное состояние.
— Я не нанимался следить за Томасом!
Красногубая девица, с нескрываемой потехой наблюдавшая за нашим разговором, внезапно подала свой писклявый голосок, указательным пальчиком указывая наверх:
— Темноволосый красавчик ублажает мою подружку язычком в приват-комнате, — поймав мой потухший взгляд, пожала плечами. — Не благодари, куколка.
— Ну, кто тянул тебя за чёртов язык?
Шлюха чмокнула насупившегося Эйтона в щёку:
— А я думала, тебе нравится мой язычок…
Не слушала дальнейший флирт парочки, отдаляясь от них по направлению к лестнице. Я не верила суке. Она, чёрт подери, назло сказала неправду, наслаждаясь моим нервозным состоянием.
Пока поднималась вверх по лестнице, считала собственные шаги и старательно заглушала намёки на прорывающуюся боль. Рано. Я не верила суке. Я, чёрт подери, не поверю, не убедившись собственными глазами.
Столкнулась с незнакомцем на последнем этаже, на котором громкая музыка с танцпола отдавалась глухим эхом. Территория этажа слишком маленькая, всего лишь восемь плотно закрытых дверей. Возможно, за одной из них творилась вакханалия с участием Томаса.
 
Посмотрела на его телефон в своих руках и попыталась разблокировать экран, однако ничего не вышло. Сканер пальца верно защитил информацию от посторонних глаз, не позволяя увидеть хоть частичку скрытого от меня мира Мудака.
Медленно двинулась по коридору, прислушиваясь к звукам, доносившихся из-за закрытых дверей. Чёрт бы побрал, ответную тишину, которая явно не соответствовала реальности. От безысходности топнула ногой и внезапно услышала громкий смех, доносившийся из комнаты.
Сердце ускорило темп, когда подошла к источникам смеха и прислушалась, различая женские стоны вперемешку с глухими шлепками влажных тел.
Сука солгала. Томас не мог трахать шлюху в приват-комнате, не после того, как я искренне поделилась своими чувствами. Раскрылась для Мудака и позволила надежде о взаимных чувствах обосноваться в груди.
Прикрыла глаза, прислоняясь лбом к холодной дверной поверхности, и подавила в себе разочарование. Всё Томас мог. Мог трахать сук. Мог послать меня нахуй. Он мне, чёрт дери, ничем не обязан, как бы не хотелось верить в обратное.
— Не останавливайся-я-я-я! Да-да-да! Вот так хорошо! Ещё-ё-ё!
Поморщилась и сдержалась, чтобы со всей накопленной злостью не шибануть кулаком о дверь.
— Тома-а-а-с! Ещё-ё-ё!
В ужасе отшатнулась от двери и почувствовала, как сердце стремительно ухнуло вниз. Вдребезги разбившееся сердце на мгновение оглушило. Точно в замедленной съёмке наблюдала за движениями дрожащих пальцев, вцепившихся в дверную ручку.
Ещё минуту назад была уверена, что увидеть воочию грязную шлюху под Мудаком ничего не стоило. Однако сейчас, внутренняя слабость не позволяла повернуть ручку и прибить к чёрту трахальщиков.
Отступила от двери и вытерла ладонями влажные щёки, проклиная свою беспомощность. Сделала шаг назад, потом ещё один и ещё, затем вовсе перешла на бег, чуть было ногами не запутавшись на ступеньках крутого пролёта.
Я заблудилась.
Стояла в пучине диких танцев, весёлого смеха, страстных поцелуев и не могла сориентироваться. Диджей, точно потешаясь надо мной, оглушил полюбившейся музыкой «I Know You Care», впервые услышанной в автомобиле Мудака. Интересно, в своей машине тоже трахал шлюх? Ну, конечно, иначе, зачем столь просторный салон со всеми удобствами, так и кричащими «время для секса».
Закатила глаза вверх, стараясь подавить неугомонный поток слёз. Казалось, всё выплакано, но стоило представить, как чужие пальцы зарывались в жгучие волосы Томаса, ласкали его рельефное тело; а крикливая шлюха извивалась под ним, так потоп с новый силой обрушился по моим щекам.
Проморгала слёзы, не обращая внимания на толчки танцующих парочек, и перестала дышать, взглядом замирая на мезонине второго уровня.
Мудак стоял, согнувшись над перилами, предварительно опершись о них локтями, и вертел в пальцах стакан алкоголя.
Как? Как он так быстро расправился со шлюхой, спустился на второй этаж и запасся крепким напитком? Он умел телепортироваться?
Растерянно завертелась на месте, боясь вновь поднять взгляд на балкон. Вдруг померещилось?
Не померещилось. Томас всё так же стоял, делая долгий глоток напитка, и повернул голову в сторону. С кем-то разговаривал, но для меня не имело значение, кто этот незнакомец. Важно, что Томас не в злополучной приват-комнате.
Сердце вновь было способно биться, давая возможность почувствовать себя живой, а не поломанным человеком, незнающим, кому предложить свою любовь.
Неожиданно заметила две тоненькие руки, обхватывающие торс Мудака, и ощутила, насколько сильно ногти впились в ладонь. Мудак, кажется, был не в духе, оборачиваясь в сторону обладательницы двух палок, чтобы заполучить глубокий поцелуй.
Блядь!
Томас отвернулся от настойчивых губ, но мне было плевать. Пусть хоть скинет суку со второго этажа, не желая обмениваться с ней слюной, я глазом не моргну.