Театр убийц (СИ)

Часть 76 из 126 Информация о книге

- Зато его команда, вместе со старпомом еще живы, – То перекосило, на лице проступил оскал. – А они такие же безбожники, как и их капитан. Я не прощу им обстрел Тримпа. В тот день погибло слишком много хороших людей, в том числе и моих друзей.
- Ладно, как скажешь, – старпом вновь принял сидячие положение и стукнул стаканом о стол. – Давай лучше выпьем за то, чтобы бог Лариимирс затянул их в пучину морскую.
- Не, не, – трясущимися руками капитан начал разливать жгучий ром – Пусть лучше Хардор, укрепит моё тело, а Рэя даст мне знаний, где найти этих выродков. Тогда я лично с ними покончу.
На том и порешили. Как и говорил ранее Дунтар, третья стопка прошла по телу значительно легче первых двух. Стриин даже вначале подумал, что все пролил, но, когда в животе все же разлилось блаженное тепло, он понял, что все хорошо, горячительная влага не пролилась, а значит можно продолжать застолье. Это, пожалуй, и было ошибкой. Чувствуя, что тебе уже хорошо, пытаться делать еще лучше, хотя где-то в отдаленных чертогах сознания понимаешь, что дальше будет лишь хуже и хуже. Так и случилось, чарка за чаркой, стопка за стопкой, невероятная история за еще более невероятной, можно сказать на грани сказки, и вот Стриин еле волоча ноги, держась за стенку, весь перемазанный морепродуктами, с каплями рома на штанах и кофте двигался в сторону своей каюты.
Внутрь он зашел словно мышка, осмотревшись он не увидел Альмины, видимо она проснулась и поднялась наверх, подышать свежим воздухом. Пусть, свежий морской воздух успокоит ее нервы, прочистит разум. Затворив за собой дверь, Стриин в полутьме, ведь за бортом уже давно ночь, крался по комнате до своей кровати. Запнувшись об стул и налетев на стол, актер наконец нашел свое ложе. С трудом стянув с себя куртку, а после и кофту со штанами, Стриин рухнул в кровать, даже не расстилая и провались в сон. Снилась ему всякая чушь, оно и понятно, после рассказов Торина и Дунтара другого и не могло привидеться.
Вот он стоит на палубе какого-то неизвестного ему корабля, а параллельным с ним курсам плывут дельфины, да только не обычные, а огненные. Четыре взрослых особи горели огнем, в глазах был гнев, а звуки они издавали настолько мерзкие и пугающие, что кровь в жилах стыла. Когда дельфины пропали, Стриин оказался на острове, рядом с ним была воткнута шпага, а напротив стоял огромного размера черепаха, по меньшей мере размером с замок. Она не обращала на человека никакого внимания, спокойно шла вперед, по своим делам и вниз даже не смотрела. Когда актер оказался под ней, он увидел, что низ ее панциря покрыт самоцветами, да такими крупными и яркими, что просто не верилось глазам.
Финальным аккордом в калейдоскопе странных снов был…кит. Причем не обычный горбатый или полосатый, а белый. Размером, наверное, в два раза больше военного клипера, в пасти два ряда острых зубов, а глаза налиты кровью. Стриин в этот раз оказался в вороньем гнезде, он видел, как эта громадина приближается, как она неумолимо мчится на таран, но он ничего не делал. И вот этот кит настиг судно, удар в левый борт, корабль накренился, мачта качнулась и Стриин вылетев из вороньего гнезда полетел прямо в пасть к морскому чудовищу. И вот наконец наступила тьма.
<p align="center">

ГЛАВА 11. ВЕЩИЕ СНЫ.
Первое, что почувствовал Стриин ожив с утра, это нестерпимые удары где-то внутри черепа, словно внутри работают с десяток кузнецов, и пытаются своими молотами сделать из мозга отбивную. Глаза открыть не получалось, их словно заклеили смолой и ко всему прочему зашили толстенными нитками. С десяткой попытки Стриин смог разодрать левый глаз, но почти сразу был вынужден закрыть. Свет, что бил в иллюминатор, был настолько ярким и жгучим, что смотреть на него не было никаких сил, да к тому же удары кувалд участились. С трудом повернув себя спиной к этому треклятому источнику боли и света, актер вновь попытался разлепить глаза. Получилось, даже лучше, чем в первый раз, в этот раз открылись оба глаза и то, что они увидели, не предвещало ничего хорошего.
Стол, немалых размеров был свернут набок, два из четырёх стульев были сломаны, шкаф завалился вправо, а ручка двери была вырвана. Скосив глаза чуть правее, Стриин увидел Альмину сидящую на кровати, она читала какую-то книгу, потягивая из кружки что-то горячие. Сегодня она выглядела беззаботной и даже радостной, та грусть в глазах, что была у нее два дня к ряду, испарились, она выглядела как прежде, радостной и умиротворенной. Груз, что так тяготил ее, наконец упал с плеч. Попытка пошевелиться дала понять Стриину, что телу возвращается чувствительность, вот он уже почувствовал левую стопу, пальцы на руке и на конец он смог открыть рот. Слова выдавить не получилось, лишь какое-то мычание, но этого хватило, чтобы принцесса оторвалась от книги и изумлённо посмотрела на своего охранителя. Она отложила книгу в сторону, поставила кружку на тумбочку и с ехидной улыбкой медленно пошла к кровати актера.

- Утро доброе, – Альмина села на корточки и посмотрела на Стриина каким-то насмешливо–сочувствующим взглядом. Словно он был забавным ручным котёнком, запутавшимся в клубке. – Ты, мой дорогой муж, совсем не умеешь вести себя в гостях. Больше я с тобой никуда не поеду.
- Что, – только и обронил Стриин, тут же сморщившись, собственный голос причинял боль.
- Оно и не удивительно, – принцесса встала и отошла в сторону, вновь демонстрируя случившийся погром в комнате. – Ты вчера был таким красноречивым и трогательным, – Альмина пыталась сдержать смех, получалось плохо. – Вчера, я почти поверила в то, что ты меня любишь и будешь хранить меня до конца жизни.

Перейти к странице:

Предыдущая страница

Следующая страница