Остерегайтесь апокалипсисов (СИ)
Отойдя назад, почесав затылок и устало выдохнув, я просто развернулся и направился к следующей двери. Неподалеку от кладовой находилась кухня или, вернее было сказать, столовая, ведь кроме стола, стульев и одного ящика с посудой здесь больше ничего не было.
«Если я останусь здесь, исправить что-то в сюжете уже не получится, однако выходить наружу, чтобы снова столкнуться с теми тварями…»
Неприятные воспоминания вновь воскресили затерявшийся страх. Из-за реалистичности всего случившегося, образ той покойницы с собакой был настолько четким для меня, будто она действительно стояла в этот момент прямо напротив. От этого воспоминания передернуло.
«Ну, уж нет. Я не хочу снова умирать таким ужасным образом. Даже если этот мир будет регулярно уничтожаться, я просто буду просыпаться в этом месте с едой. Звучит не так уж и плохо для того, кто умудрился свариться в канализации, верно?»
***
Время шло, на улице начинало темнеть. Сидя во все той же комнате на первом этаже, я задумчиво смотрел куда-то вперед. Моя правая нога была согнута в колене, а левая вытянута вперед. Спиной я прислонялся к уже нагревшейся от тепла моего тела стене, а руками опирался о пол с правой и левой сторон.
Делать было нечего. Все, что можно было найти в этом месте, это припасы, фотографии, одежду, да карты, увешанные магнитами. Мучительный долгий день, проведенный в раздумьях, наглядно показал, что, если моя вечность будет выглядеть так, в какой-то момент я просто сойду с ума.
Между тем, желания выбраться из дома у меня больше не становилось. Я знал, что чрезвычайный режим уже был объявлен, и я понимал, что сейчас вне этого дома царил настоящий ад. Хотелось ли мне отправляться в ад? Ни за что.
Внезапно зазвучало звонкое урчание. Удивленно опустив голову, я приложил руку к животу и замер. Лишь в это мгновение я и вспомнил, что за весь день ни разу не смог ничего ни съесть, ни выпить нормально. Переживания и бурные размышления настолько тревожили меня, что обо всех базовых потребностях организма я просто забыл.
Выдохнув, я устало оттолкнулся от пола и начал подниматься на ноги. Учитывая то, что я находился в собственной истории, наличие чувства голода у ненастоящего тела даже казалось удивительным. Все это напоминало, что происходящее было реальностью и никак иначе.
«В этот раз я хоть прожил немного дольше».
Вздохнув и развернувшись, я спокойно направился на первый этаж. Пусть в доме и не было света, пусть скрип половиц и завывание ветра за окном были угрожающими, это место все равно казалось мне настоящей крепостью.
«Так или иначе, но я был прав. В этом месте мне ничего не угрожает. Ад уже давно начался, но здесь ничего не случилось».
Добравшись до лестницы, а следом и спустившись на первый этаж, я спокойно подошел к кладовой. Появление чувства голода в какой-то степени даже обрадовало меня, ведь наконец-то за весь этот день у меня появилась необходимость заняться чем-то полезным.
«По оригинальному сюжету после того, как детектив Ноберт Гастон передал информацию об этом месте главному герою, тот со своей компашкой сразу же отправился сюда, однако по дороге всех его товарищей убили. В итоге, только через сутки Стив смог зайти в этот дом в полном одиночестве».
Открыв дверь и вытащив из кладовой ближайший ящик с пайками, я быстро присел на корточки и стал перебирать одну упаковку за другой. Света не было, и потому лишь сияние луны хоть как-то проникало в отдаленные участки дома.
«Но Ноберт Гастон в настоящий момент — это я. И раз уж я не собираюсь в этот раз никого спасать, значит, и главный герой здесь не появится».
Выбрав один паек из множества, я довольно улыбнулся. В тот же миг позади меня раздался какой-то странный звук, который на фоне завывавшего за окном ветра был еще не самым звонким, однако меня это все равно встревожило.
Выронив паек и на корточках быстро развернувшись, я увидел перед собой то, чего совсем не ожидал. Не один, а сразу множество мертвецов стояли то тут, то там по всему дому. Предо мной в коридоре, на лестнице, выглядывая со второго этажа и из дверей соседних комнат, они все просто стояли надо мной и как-то странно улыбались. Их лица, обезображенные смертью, ужасали. От них не исходило запаха гниения, но мое сознание будто намеренно восполняло это, пытаясь сопоставить запах и картинку разлагавшихся тел.
Ближе всего ко мне стояли призраки двух детей-близнецов. Эти мальчишки, на вид десятилетнего возраста выглядели измученными. Их глаза были будто выцарапаны, а губы отрезаны. При этом по их телам проходились странные следы, напоминавшие те, какие образовывались при очень сильном и долгом стягивании веревкой.
Сердцебиение ускорилось. Тот ужас, что я испытал в этот момент, невозможно было заглушить ни одной божественной системой. Уже даже сам не понимая, что я чувствовал в этот момент, я вскочил на ноги и перешел на крик:
— Что за чертовщина?! Вас не должно быть здесь!
Внезапно призраки все разом набросились на меня. Я начал отбиваться от них, пытаться оттолкнуть, но та сила, с которой они цеплялись за меня, была невероятной. Острые когти и зубы некоторых впивались в мясо так сильно, что от этого я просто заорал.
Все эти мерзкие тела, завалив меня на пол, стали хвататься за руки и за ноги. Я продолжал кричать, но уже не мог давать отпор. В какой-то момент ощутив, как одна маленькая ручка цепко схватилась за мою ладонь, я удивленно приподнял взгляд и посмотрел на этого мертвеца. Схватившимся за меня оказался один из тех детей-близнецов. В то же время другой близнец, удерживаясь за мою правую ногу, потянул ее в другую сторону.
Из-за страха я не понимал того, что происходило, но одно я мог сказать точно: у детей не могло быть такой силы. Остальные призраки, также схватив меня за конечности, начали тянуть меня в разные стороны. Кто-то даже схватился за мою голову, будто желая ее оторвать, но, неловко повернув ее, вызвал хруст и перелом шейных позвонков.
Кричать я уже не мог. Боль была невероятной лишь первые секунды. В какой-то момент чувства начали притупляться, а мое тело оказалось разорвано на части целой армией этих отвратительных жестоких созданий.
***
Очнулся я в том же самом доме, на полу, усеянном множеством фотографий. Сердце билось в невероятном ритме, на лбу сразу же выступили капли пота, а в голове будто начала играть угнетающая зловещая мелодия из фильмов ужасов.
В комнате было относительно светло, и поэтому я понимал, что день начался заново, однако мысль об этом нисколько меня не успокаивала. Накрыв руками лицо, я сделал всего один короткий вдох.
Боль я не испытывал, но ощущения при четвертовании будто смогли сохраниться в моем сознании. Страх и только он руководил мной в тот момент. От него же на глаза начали наворачиваться слезы.
— Что мне теперь делать? Что делать?
Повторяя эту фразу вновь и вновь, я будто пытался успокоиться. Смириться с тем, что даже этот дом не оказался безопасным, было тяжело. Попытавшись подняться с пола, я невольно пошатнулся, но все же устоял. Выпрямившись, я посмотрел в сторону висевших на доске карт и замер так на несколько секунд. Страх исчез, но на смену ему стали приходить более бурные негативные эмоции.
— Как они оказались здесь? — вслух прошептал я, ощущая, как к моему горлу уже начинала подступать тошнота. — Здесь не должно быть ничего с отражающей поверхностью!