В другой мир на ПМЖ (СИ)

– Согласна даже картошку чистить! – под конец добавила я.
– С овощами тут и без тебя разберутся. Пойдем лучше в зал, покажу тебе несколько приемов для кинжала. Перетруждаться тебе не стоит, чтобы завтра быть в форме, а вот небольшая разминка придется весьма кстати.
Короче, следующие два часа мы провели в зале. Вейн показал всего-то три приема, но каждый я отрабатывала не менее получаса. Не знаю, смогут ли за столь короткое время выработаться какие-то рефлексы и смогу ли сама применить полученные навыки в условиях боя, а не в комфортной обстановке спортивного зала. Менар, заметив, что я устала от тренировки, неожиданно предложил подняться на смотровую площадку на крыше.
– Хочу! – я даже не дослушала. Крыши – это здорово!
А потом мы пошли по этой длиннющей спирали коридора наверх. С одной стороны, по ступеням идти было бы еще сложнее, с другой, после долгой ходьбы кругами голова начинала кружиться. Коридор уже начал казаться бесконечным, когда наконец мы уткнулись в дверь. На ней не было ни ручки, ни замка, Адальвейн открыл ее каким-то пассом и пропустил меня вперед. Поднявшись по ступеням, мы оказались наверху.
Ранее мне доводилось бывать и на большей высоте: в конце концов, Вейн не зря так восхищался нашими высотками. Но плоская, как блин, крыша не имела никаких ограждений, отчего подойти к краю ближе, чем на два метра, я просто не могла: ноги сами прирастали к полу. Вид открывался захватывающий: все окрестности просматривались на многие километры и казались как на ладони. В городе, среди высоких зданий, такого эффекта не получится. Я, как завороженная, стояла на крыше – даже холодный пронизывающий ветер, лютующий на высоте, не портил впечатление. Я зябко обняла себя за плечи, но спускаться категорически не хотелось. Все мысли, которые я не могла выгнать из головы, – о родителях, о Владыке, о заложниках и заложницах в клетках – будто выдуло из головы. Осталось только ощущение свободы и полета.
Вейн подошел сзади, притянул меня за плечи и укутал в свою куртку. Я чувствовала, как он вдыхает запах моих волос, выдыхая потом теплый, чуть влажный воздух. Как сжимаются его руки, сильнее прижимая меня к себе, так что тяжело сделать вдох. А может, дыхания стало не хватать совсем не поэтому. На такой высоте, стоя под порывами ветра, я вдруг поняла, что все мне сейчас кажется маленьким и несущественным: и стоящие вдалеке домики, и лес, и текущая в долине река, и все наши проблемы и предубеждения. Я, как во сне, развернулась в кольце его рук и сама потянулась к его губам. Мужчина среагировал мгновенно, склонившись ко мне и накрыв губы жадным, страстным поцелуем.
Ничего не было: ни опасностей завтрашнего дня, ни заговора, ни сомнений в себе.
Только мы и ветер.
Сколько времени прошло, я не знала. Может, минута, может, час. Я стояла, уткнувшись в грудь Адальвейна, а он поглаживал мою спину, зарывался в растрепавшиеся волосы. И порой, будто откликаясь на собственные мысли, резко прижимал к себе, никак не желая отпускать. Впрочем, я и не вырывалась.
– Вечереет, пора спускаться, – произнес Вейн, и в его голосе отчетливо проступало сожаление.
Я только кивнула, говорить ничего не хотелось. Так, в молчании, взявшись за руки, мы спустились вниз. Как интересно меняется восприятие: когда мы шли на крышу, подъем казался бесконечным. Сейчас, спустившись вниз к двери столовой, я поняла, что пришли мы слишком быстро и мне отчаянно не хочется отпускать Вейна. Поборов себя, я разжала руку, в ответ на что менар только сильнее сжал мою. Так, рука об руку, мы и зашли в огромное помещение. Мужчина усадил меня за стол, а сам ушел за едой. Все это время я чувствовала себя ужасно неловко, как будто снова оказалась в детстве, танцуя с нравившимся мне одноклассником на глазах у всей школы. И стоит признать, что изменилось все к лучшему, ибо мой одноклассник даже в подметки не годится Адальвейну – ни тогда, будучи тощим подростком, ни сейчас, уже порядком располневшим мужчиной. А скоро родители будут в безопасности, жизнь совсем наладится. Правда, в безопасности мы все окажемся, только когда спасем Владыку и раскроем заговор. Да уж, не думала я, отправляясь в этот мир, что придется решать столь глобальные задачи…
 
Когда Вейн пришел с подносом и начал расставлять еду, он, конечно, заметил, что настроение мое переменилось, но спрашивать ни о чем не стал. Видимо, прекрасно понимал причину моих тревог. Как я ни гнала мысли о родителях, на меня все равно накатывал ужас, растекающийся внутри жидким азотом и замораживающий внутренности так, что выдох давался с трудом, а вдох, казалось, совсем не приносил в легкие кислород. Дыхания не хватало, в голове шумело, но я раз за разом брала себя в руки. Я все смогу. Я все сделаю. И я не одна. Последнее было главным.
Я ела, не чувствуя вкуса и даже не пытаясь отвлечься от пугающих мыслей. Завтра мы перейдем в опасный и очень враждебный мир – как тут не нервничать? Тарелки и поднос также унес Вейн, а потом, снова подав мне руку, повел в мою комнату. Около двери менар остановился и всучил мне небольшую склянку.
– Специально взял у местного целителя, – пояснил мужчина. – Ты очень бледная и взволнованная. Перед завтрашним днем нужно отдохнуть и выспаться. Так что ложись в кровать, выпивай настойку и спи. Дозировка специально рассчитана на твой вес, не беспокойся.
Я с благодарностью кивнула и, не решаясь поднять голову, просто уткнулась носом в грудь мужчины. Он осторожно погладил меня по голове.
– Мы ведь справимся завтра?
– Конечно, – Вейн хмыкнул, – разве может быть иначе?
Я с усилием оторвалась от менара, в руках крепко сжимая склянку, чтобы не броситься ему на шею. Постаралась выдавить из себя улыбку и, пожелав спокойной ночи, зашла в комнату, закрыв дверь на засов. Возможно, эту ночь надо было провести как последнюю, не с пузырьком снотворного, а в объятьях потрясающего мужчины, чтобы, если что, ни о чем потом не жалеть. Но я запретила себе думать о плохом. А значит, когда все это дурацкое приключение закончится, каково мне будет расстаться с Адальвейном? В наше счастливое совместное будущее мне, несмотря на все наши «проверки», как назвал их Вейн, верилось слабо. Сейчас мне в любое будущее верилось слабо: слишком беспокоило настоящее. Я быстро разделась и легла, выпила залпом жидкость, по вкусу давшую фору настойке из полыни, и провалилась в сон, как в забытье.
  
16. В тылу врагов
 
Проснулась от стука в дверь, чувствуя себя по-настоящему выспавшейся и бодрой. Резво встала с кровати и приоткрыла дверь. За ней предсказуемо обнаружился Вейн: судя по неизвестному мне комплекту одежды, уже в экипировке. На сборы мне было дано десять минут, в которые я уложилась, даже успев застелить кровать и заплести тугую косу. Завтракала я с таким аппетитом, что невольно задумалась о побочных действиях вчерашней настойки. Надеюсь, неприятных сюрпризов вроде расстройства желудка не предвидится. Позавтракав, мы пошли по винтовому коридору на этот раз вниз: местный зал для телепортации располагался в подвале. Там нас уже поджидало восемь крепких бойцов, одетых примерно как Вейн, собранных и сосредоточенных. Надо думать, их проинструктировали о цели нашей вылазки в мир ригнов, и свалившуюся ответственность мужчины более чем осознавали.
– Ну что, все в сборе, – Базул внешне был по-обычному весел, но улыбка выглядела несколько натянуто, движения резкие, взгляд четкий и цепкий. – Наши маги уже в Ордене, снаружи у ворот гуляют почти пятьдесят менаров, готовых не вытащить, так отвлечь и оттянуть на себя противников, если таковые действительно найдутся. Помните: у вас примерно час времени, дольше Адальвейн ир Навад не сможет продержать маскирующий щит. К тому же более длительная задержка наших магов будет подозрительной. Так что вытащите пленных – и домой.
Мы дружно кивнули, приняли пожелание удачи, и теперь был мой первый выход – открытие портала. Я абсолютно привычно, не раздумывая, потянулась к Оковам.