Ветер ненависти (СИ)

Армия, возглавляемая лично самим генералом и его собратьями паладинами, быстро добрались до копий и пик противников, и именно в этот момент яркий свет от молотов рыцарей ослепил защитников, заставляя их ряды невольно дрогнуть и смешаться.
— За Альянс! — усиленным голосом рыцари провозгласили свой боевой клич, что разнесся по рядам орочьей армии.
Воины вклинились во вражеские построения и начали прорубаться через них, а идущие пехотинцы двигались следом.
Началась кровопролитная битва, где звон клинков и крики умирающих сливались в единую мерзкую какофонию. Кровь текла рекой, пропитывая жухлую траву и сырую землю, впитываясь в почву, чтобы навсегда остаться в ней. Трупы падали один за другим, оружие втыкалось в мокрую от алой жидкости землю. Ревели орки, ржали кони и кричали люди.
Над головами сражающихся раскинулась еще одна битва.
Вспышки магии озарили округу, когда в бой вступили чародеи и рыцари смерти. Мертвые колдуны были хороши в своем деле и очень могущественны. Пускай поддержки в виде чернокнижников или огров-магов было немного, но с убойной мощью в Орде никогда не было проблем.
— Вперед, братья! Подарим им смерть! Ха-ха-ха-ха! — зловещий хохот Терона Кровожада раздался и его подхватили другие мертвецы.
Отряд Рыцарей Смерти синхронно подняли свои скипетры и использовали заранее приготовленный для армии Альянса сюрприз.
Оргрим дал разрешение собрать большую часть трупов людей из города и прикопать их прямо перед воротами, на тот случай если будет необходимость в том чтобы задержать врага или напугать. А за месяцы зимовки в Альтераке они еще и неплохо развили данный навык, позволяя им поднимать огромное количество тел. Да, это были слабые и тупые мертвяки, но подобная толпа ожившего мяса, как минимум, может заставить кавалерию в себе увязнуть. И это если забыть о эффекте, который нежить оказывает на вражескую мораль. Тут и своим-то неуютно…
Нежить начала вылезать из тонкого слоя почвы. В руках у них были привязанные мечи и обломанные копья, хотя большая часть вообще вооружения не имела. Мертвые восстали из могил и кинулись на ряды людей, принося ужас в их сердца…
А затем начала рассыпаться…
— Что?! — Терон’кров полностью утратил свой надменный и самоуверенный вид, когда поднятая им и его собратьями армия начала разваливаться и осыпаться кусками тел. Трупы просто падали толком ничего не успев сделать, а заключенная внутрь них магия рассеивалась. — Как такое возможно?!
Рыцарь Смерти не сразу заметил, что среди обычных солдат в полной броне тут и там мелькали люди, облаченные в тяжелые кольчуги поверх монашеских роб. Эти вооруженные щитами и копьями личности возносили молитвы к Благому Свету и поддерживали сражающихся своими силами, а в случае появления мертвых легко развеивали их одним только словом.
Альянс тоже не сидел, сложа руки всю зиму.
Разумеется, Туралион, Кадгар, Аллерия, да и остальные участники похода уже сталкивались с нежитью и знали, что Орда нередко использует ее для того, чтобы отвлечь или задержать врага. А потому старательно искали решение данной проблемы.
Решение нашлось весьма элегантное и неожиданное.
В Армии Туралиона было не так много сильных чародеев. Был Кадгар и его собраться из Даларана, было несколько эльфов, что мало чем им уступали, но их все же было не очень много. Достаточно, чтобы сдерживать и сражаться с Рыцарями Смерти, но вот против армии мертвецов они ничего сделать не могли.
Зато жрецов, что лечили раненных в полевых госпиталях и лазаретах, было даже слишком много. Особенно их количество возросло в Андорале, где стоял весьма крупный храм, а простых церквушек и вовсе неисчислимое количество. А потому найти среди жрецов тех, кто все же может носить броню и орудовать оружием, а затем подготовить их за это время было не сложно. Конечно, паладинами они от этого не стали, но могли оказывать прямую поддержку армии сразу в бою, спасая умирающих и сводя на нет многие приемы некролитов. Их задача была не в том, чтобы убивать врагов, а в том, чтобы выживать и поддерживать других.
 
От того они стали той самой силой что полностью нейтрализовала заготовленный Рыцарями Смерти сюрприз. Конечно, они не могли быть везде, и кое-где нежить действовала, но слишком мало, чтобы им хоть как-то помешать.
Благодаря своевременному вмешательству боевых жрецов удалось переломить ход боя и не позволить оркам оправиться от первого удара. Рыцари Смерти же, едва сами не пораженные Светом были вынуждены отступить, чтобы не потерять никого из своих.
Армия Альянса продвигалась вперед.
Потери были большими с обеих сторон, но инициатива сейчас находилась на стороне людей и те продавливали силы противника, заставляя их отходить.
Часы шли за часами, а солдаты с обеих сторон начали постепенно выдыхаться.
Орков было больше, они были яростнее и сильнее, но люди встречали их организованным построением, где каждый пехотинец бьет не своего противника, а противника соседа, а удары копьями и алебардами из задних рядов всегда готовы подстраховать совершившего ошибку солдата и наказать открывшегося орка. Да, не везде это работало, и где-то строй был проломлен, но помаленьку-потихоньку людям удалось развить первоначальный успех рыцарского удара во что-то большее. И если на замену уставшим людям поступали свежие бойцы и глубины строя, то боевой раж орков плохо способствовал отдыху в сторонке от боя.
Видя такое вождь Орды дал приказ об отступлении за стены города.
Орки, тролли и огры сумели уйти за стены и уже здесь стрелки Орды сумели помочь остальным, защищая узкие проходы внутрь города. Оргрим Молот Рока совершенно не хотел начинать городские бои, а потому велел закрыть как можно больше прорех в стенах обломками и солдатами, чтобы задержать прорыв врага.
Но самой атаки пока и не последовало.
Обе армии понесли тяжелые потери и ужасно устали, а потому ближе к вечеру битва затихла…
***
Барабаны стучали в темноте, передавая звуковые сигналы своим собратьям. Это вполне себе действенный метод связи, давая сигнал своим, чтобы они знали и том, что их собратья еще живы, а также могли передавать команды. Орки обладали неплохим слухом, раз в какофонии битвы и сражений могли различать подобные звуки.
Они двигались в тенях среди городских руин и выслеживали отделившиеся части вражеского войска. Не все ордынцы устали во время битвы у стены, да и не все в ней участвовали, предпочитая грабить и разрушать город, другие же продолжали тщетные попытки прорваться в центральный район, где все еще держались лордеронцы со своим королем.
Потому затаившиеся среди теней эльфы и выслеживали врагов, не давая тем даже отдыхать спокойно.
Условный сигнал от Аллерии и стрелы сорвались с луков и поразили орков. Те никак не ожидали атаки врагов и явно плохо понимали, как сражаться в городских условиях и растерялись от неожиданности. Однако им хватило ума поднять щиты и собраться в кучку у трехэтажного дома, что было остроухим было и нужно.
В это время из соседнего здания показалось несколько человеческих ополченцев, что стояли на втором этаже и тут же с балкона вылили на врагов ведра с кипящим маслом.
— А-а-а-а-а-а-а-а-а! — крики боли разнеслись среди темной улицы.
Ловушка сработала и барабаны затихли, когда они добили выживших, а после поспешили скрыться.
Люди ушли в подземные переходы, которыми была полна столица, а эльфы скрылись в тенях, чтобы снова ударить там, где никто не ожидает.
Первый день битвы подошел к концу, и ночь будет полна на события.
Все для того, чтобы враги просто не чувствовали себя в безопасности…
  
Глава 30. Уловка
 
Уттагок Тихий медленно карабкался по отвесной стене и старался дышать как можно реже. Он не был таким уж мастером незаметности и скрытности, но в свое время провел немало времени с кланом Кровавой глазницы и кое-чему от них научился, потому и считался среди собратьев самым лучшим скрытником, ну из тех, кто был с ними. Воины Килрогга, его родной Изувеченной длани в этом плане как минимум не уступали… Но Глазницы остались в Каз Модане, а самые асы его племени — вообще за Порталом. Ему не всегда верили, когда он говорил из какого клана, потому что все почему-то были уверены, будто каждый орк Изувеченной длани должен себе руку отрубить. Что глупо и вождь скорее голову такому идиоту открутит, если тот решит сам себя ограничивать.