Ветер ненависти (СИ)

Я же приходил сюда каждый день после тренировок, чтобы истратить остаток сил на лечение других. Не из доброты душевной или любви к ближнему, а просто потому, что мне надо было куда-то деть силы, чтобы потом спать без снов. И то, не всегда получалось.
Так что, придя в храм, я тут же приступил к работе.
Солдаты, крестьяне, местные жители и все, кто был в городе, даже нищие или собаки. Мне было все равно кого лечить, и я просто молча выполнял свою работу. Пациенты что-то говорили мне в благодарность, но я по большей части игнорировал их слова и просто делал свое дело.
Сейчас только такое помогало мне держаться.
Ярость и невозможность её высвободить ужасно угнетала.
Три месяца без боя. Три месяца, на которые я мог бы сократить жизни немалого количества зеленомордых… если бы они не убежали и спрятались в горах, как трусы! Поскольку дотянуться до них я никак не мог, приходилось изнурять себя физически на тренировках, а потом магически на лечении. Просто чтоб голову покинули все мысли, и я мог хоть чуть-чуть отдохнуть.
К тому же это была неплохой практикой.
Лечить людей — это не тоже самое, что лечить эльфов или пандаренов. Да даже тауренов лечить было проще.
Все эти расы имели внутренние силы и ресурсы для выживания.
Люди, увы, нет.
Если эльфу можно залечить основное, а дальше внутренняя магия поддержит ослабший организм, то с людьми все сложно, ведь магия в них бывает редко и приходится осторожно использовать внутренние ресурсы организма.
Это была весьма неплохая практика.
Когда я учился пути Ткача Туманов в Пандарии, то мне редко выпадала возможность лечить кого-то на грани смерти. Таких обычно отдавали старшим ученикам, либо мастерам, ведь там счет шел на секунды. Смертельно раненный не может тратить внутренние ресурсы и его нужно крайне осторожно лечить, но при этом и максимально быстро, ведь времени у несчастного может просто не быть. С людьми, у которых своих ресурсов мало — это хорошая практика, что в будущем может кому-нибудь спасти жизнь. Если кто-то будет в критическом состоянии, то такими навыками я сумею вытянуть его из лап смерти.
«Когда же все это закончится?» — устало подумал я.
Для меня эти три месяца — это не отдых, а настоящая пытка.
Кошмары по ночам, изнуряющие тренировки и утомительная работа. Все чтобы хоть немного отстраниться от клокочущей внутри ярости.
Говорят «время лечит», но мне от этого становится все хуже.
Зима уже заканчивается, и скоро мы сможем выдвигаться, но пока приходится сидеть.
И как на зло именно сегодня пациентов в лечебнице было не так много.
Пара вывихов, перелом и несколько порезов. Этого было мне недостаточно, чтобы устать.
Потому после я опять вернулся на тренировочную площадку и занялся тем, что просто избивал деревянный манекен.
Кулаки ритмично стучали по обмотанной веревками поверхности, заставляя все, что внутри трескаться и трещать под сильными атаками, наполненными духовной энергией. Ветер крутился вокруг моих рук и усиливал удары, от чего тренировочный инвентарь быстро приходил в негодность, и нужно было накладывать на него ремонтные чары. Увы, они не моментальные, а из-за моих каждодневных повторений новых манекенов на меня не напасешься.
Бытовой магией я владел неплохо, как и любой эльф в принципе. Это вообще первая магия, которой овладевает любой из нашего народа, с детства, даже до поступления в школу. Мне же из-за частых путешествий пришлось освоить её куда лучше, чем боевые приемы. Бить морду приходилось не всегда, а вот штопать обувь или пришивать заплатку надо было постоянно, как и чистить зубы, причесываться, бриться и все остальное. Только в Пандарии мне приходилось сознательно себя ограничивать, да и то, только до освоения Танца Журавля.
Дождавшись, когда тренировочный манекен был восстановлен, я снова приступил к отработке ударов.
Удар. Удар. Удар. Удар.
Теперь осторожнее, сдерживая эмоции и не давая негативу вырваться из меня. А то стоит поддаться злобе, как атаки становятся слишком сильными и затратными. Я заметил, что чем сильнее злюсь, тем лучше мне подчиняется ветер во время атак. Тот прием, что я применил в лагере свинолюдов, и после которого у меня была повреждена рука, сейчас получается намного лучше.
 
Я пока на полную это не испытывал. Просто не на ком было.
Сражаться по-настоящему за все эти месяцы зимы мне просто не было нужды, а применять такое на тренировках нельзя.
Удар. Удар. Удар. УДАР!
Все же вспылив, я закрутил ветер у кулака и разломил манекен пополам, где второй кусок отлетел на несколько метров.
Скрежет зубов от едва сдерживаемого крика ярости, меня трясло и словно разрывало изнутри от клокочущей злости.
Глубоко вздохнув, мне с немалым трудом удалось подавить эмоции и заставить себя успокоиться.
Холодная голова мне сейчас нужнее…
— Когда же все это закончится? — устало вздохнул я, обессиленно рухнув на колени.
Бесит.
Как же меня все бесит.
Внутри меня словно бушует ураган, который никак не хочет униматься. Он все растет и растет от моего безделья и не дает мне теперь даже нормально медитировать. Из-за интенсивных тренировок моя выносливость увеличилась едва ли не в два раза и мне все сложнее физически выматывать себя, чтобы хоть как-то отдыхать.
— Долго я так не выдержу…
Еще неделя вынужденного безделья и чувствую, что сорвусь.
Лучше бы остался в Кель’Таласе. Так мог бы убивать троллей и добивать остатки орков. Это хоть какое-то дело, а не это вынужденное безделье.
Поднявшись на ноги, я накинул на себя чистящие заклинания, убирая грязь и пот, а после двинулся обратно. Надо найти себе какое-то занятие…
— М?
К моему удивлению я заметил, что солдаты вокруг активнее, чем раньше.
Все куда-то бегут, что-то делают и вообще в воздухе ощущается странное напряжение.
— Что случилось? — спросил я у пробегающего мимо парня.
— Орда появилась! Они снова вышли!
— Вышли?! Где?!
— Их заметили у острова Фенриса.
— Остров Фенрис? Это же в озере Лордамер… Орда идет на столицу Лордерона…
Услышав эти слова, я тут кинулся в ставку командования.
Все уже были здесь, а именно Туралион, Кадгар, Аллерия и несколько советников, помогающих составлять тактические планы. Они засели над картой и что-то обсуждали.
— Это правда? — спросил я.
— Да, Орда была замечена на берегу острова Фенриса, два дня назад, — ответил Туралион, не отвлекаясь от карты. — Скорее всего, остров они уже захватили и сейчас двинутся на столицу. Более чем уверен, что гражданских из близлежащих деревень уже эвакуировали, но осада если не началась, то скоро начнется. Это вопрос нескольких дней.
Комната погрузилась в неприятное молчание, а паладин продолжил:
— По сведениям, что мы получили, армия спустилась с гор в западной части. Похоже, они все это время прятались в Альтераке.
— Это почти невозможно, — нахмурилась Аллерия. — Дороги еще толком не просохли, и собрать рассыпавшуюся в поисках пищи Орду не получится. Да и пройти к побережью озера Лордамер — тоже. Разве что их перевозили по кусочкам всю зиму и подкармливали при этом…
— Ну, вот мы и пришли к одному выводу, — мрачно произнес Кадгар. — Альтерак предал Альянс.
— Я бы не спешил с выводом, — сказал генерал. — Возможно, они нашли способ как-то поставить припасы из Хиллсбрада.
— Рука Тира, — напомнил маг. — Когда мы пришли туда, там началось крестьянское восстание, которое словно с ничего случилось, а вот зачинщиков так и не нашли. Мы так спешили на помощь эльфов, что просто не успевали разобраться в происходящем. Однако если сейчас сопоставить факты, то можно заметить, что Орда была ну слишком осведомленной о многих наших действиях. Не все можно узнать из захваченного Штормвинда. Кто-то помогал им с нашей стороны и сливал информацию. Когда на Совете Королей предложили создать Альянс, то лишь короли Перенольд и Седогрив отказывались до последнего и затягивали происходящее. Однако, несмотря на это, экспедиционный корпус Гилнеаса с первого же дня выступил в полном составе, а вот Альтерак постоянно находит причины оставаться в тылу.