Ветер ненависти (СИ)
— Хорошо. И еще одного нет…
Каждая смерть орка приносит мне удовольствие, каждое убийство облегчает мою боль и помогает справляться с потерей. После такого я лучше сплю.
Еще один.
Почти мертв. Но почти меня не устраивает, а потому я и его добиваю.
— Хорошо…
На корабле вскоре не осталось больше живых. Добил всех, кого можно, а остальные уже сдохли сами. Те, кто упал в море, им деваться некуда. До берега довольно далеко, так что не доплывут. Хотя у них сил полно, а мозгов ноль, может и получится.
Не хотелось бы.
Флот орков, насколько я знаю, в основном сейчас сражается с Кул-Тирасом южнее в районе Залива Барадина, так что до севера добралось не так много кораблей. И то, большая часть сражается в районе залива Стратхольма. Все же там крупнейшие нефтедобывающие предприятия, что очень нужны зеленокожим для создания их омерзительного флота или еще чего.
Поднимаю голову и смотрю на догорающий джаггернаут.
Большой корабль.
Очень большой.
Прямо — плавучая крепость, а не корабль. Очень медленный, броня такая мощная, что пушки и заклятья только вблизи могут ему навредить, а сам отстреливается как демон. Пушек очень много и управлять этим монстром могут только такие же чудовища.
— Поразительно, — сказал кто-то рядом, стоя у борта и смотря на постепенно тонущий джаггернаут. — Они не из досок корпус сделали, а чисто магией гнули стволы деревьев. Создавшие его явно были мастаками в Аркане, раз могли подобное в промышленном масштабе проворачивать.
— Ну, джаггернаутов не так много, — пожал плечами его сосед. — По крайней мере, я так слышал. Видать их волшебники настолько хороши.
— Я слышал, это огры делают.
— Да брось. Эти тупые верзилы даже свою голову от задницы не отличат, а ты им власть над Арканой приписываешь.
— Ну, мы и драконов на стороне Орды никак не ожидали, а тут такое.
— Что верно, то верно. Особенно учитывая как их в легендах представляют.
— Я не читал легенды о драконах. Что там пишут?
— Мудрые, могучие, избегающие смертных, если те к ним не лезут… А тут взяли и теперь носят орков да сжигают наши леса.
— Ну, «сжигают» это сильно ты сказал. Они же сами все и потушили, что подожгли. Орки может дикие звери, но уж не совсем тупые и в объятых пламенем лесах воевать не могут, как и тролли.
— Что верно, то верно, — покивал его друг.
Меня их разговор не сильно волновал.
Я просто заканчивал с выжившими, коих на судне вскоре не осталось.
Хорошо.
Мне стало полегче.
«И как мир мог так резко измениться..?»
Всего месяц назад я наслаждался мирной жизнью, а сейчас с отрядом добровольцев занимаюсь резней напавших на нас тварей.
Сейчас идет война на территории Кель’Таласа. Где именно ведутся бои сказать сложно, будто везде, но меня в детали никто не посвящал, да мне и не сильно интересно. Я просто пришел в пункт приема добровольцев и записался одним из первых. Благо меня многие знали и проверять мои навыки никто не стал, а поняв, какую пользу мои силы могут приносить взводу, то и назначили полевым доктором, а заодно поддержкой в бою. Мои туманы могут усиливать других, а благодаря тому, что я освоил несколько новых приемов с использованием элементальной энергии, то теперь и туманы ветром растянуть куда сильнее способен.
Будоражащий отвар гораздо сильнее зелья Львиной силы, и распространив его эффекты на союзников, можно получить весьма хорошие результаты. В чистой физической силе эльфам не тягаться с орками и даже троллями, но с моей помощью, они могут стать быстрее, а их атаки куда смертоноснее.
В свою очередь энергия ветра и сама помогала движениям моих соратников, увеличивая их скорость. Нельзя сказать, что это было каким-то невероятным ускорением, скорее наоборот, их движения становились лишь чуть быстрее… Но в битве порой именно этого «чуть» не хватает для выживания. Мне даже почти ничего делать не надо было, на три четвертых это просто побочный эффект обращения к стихийным силам, и лишь на четверть — мои навыки. При должной тренировке, поддерживать эту, как её называют, «Ауру Ветробега» я смогу даже во сне.
И это лишь самое начало искусства Танцующего с Ветром. Мне еще предстоит массу всего освоить. Слишком долго я шел только по пути Ткача Туманов, слишком долго заблуждался, думая, что исцелять важнее, чем убивать.
— А-а-а-а-а! Стойте! Подождите! — послышался писклявый голосок на Общем языке.
Мои соратники вытащили из воды гоблина, что пытался незаметно проползти к нам. Его поймали и вытащили на палубу.
— Не убивайте! Умоляю! — визжал зеленокожий ублюдок.
Эльфы бросили его на палубу и коротышка дрожал, закрывшись руками.
— Эйс! Господин Эйсиндаль! Спасите! — кричал он мне. — Вы помните меня?! Это же я Взрывкусс! Я был инструктором ваших матросов в стрельбе из пушек! Умоляю, спасите меня!
— А-а-а, это ты, — вспомнил я, подойдя к гоблину.
— Господин Эйсиндаль, я… ГХА! — прервал он свою речь, когда мой меч воткнулся ему в грудь. — Гос…под…ин…?
— Сдохни… — прошептал я и резким движением вырвал свою саблю из его тела. — Предателям нет прощения.
Зеленый уродец быстро сдох, залив пол своей кровью.
— Убивать его было не обязательно, — сказал командир нашего взвода. — Он мог знать что-то полезное.
— Что-то полезнее прошлых пленников, коих мы пытали? — посмотрел я на старшего по званию.
Забыл как там его зовут… А, не важно.
— Гоблины Хитрой Шестеренки вступили в Орду, такие как он, учат орков стрелять, строят и обслуживают их корабли. Так что нет им никакого прощения и милосердия. Нужно убить всех! Каждого! До единого!
— Я понимаю твои чувства, но тактика важнее эмоций, — не согласился командир. — Мы должны подходить ко всему с холодной головой. А раз ты мой подчиненный, Звездочёт, то будешь слушать мои приказы, и без них убивать пленников я запрещаю, иначе будешь отправлен обратно. Мне нужны воины, что готовы сражаться, а не мясники, что могут забыться в своей кровожадности.
— Да, командир, — заскрежетал я зубами.
— У нас раненые есть. Исполняй свои обязанности, целитель.
— Да, командир…
Глава 2. Плывя в тумане.
— Эйс! Эйс! Сыно-о-ок! Спускайся! — послышался ласковый мамин голос.
— Вставай, малыш, уже утро! — крикнул смеющийся папа.
— Братик, ну поднимайся же! — хихикала Дани.
Нехотя я все же открыл глаза и потянулся.
Моя комната была все такой же светлой и приятной, а яркое утреннее солнце проходило с легким ветерком через белые занавески. Я поднимаю голову от подушки и смотрю на свою комнату, такую же, как всегда. Ничего не случилось.
— Это… был сон? — спросил я сам себя.
Мне снился какой-то кошмар, будто все плохо, но вроде все хорошо.
Выбравшись из кровати, я, как и обычные дети, умылся, оделся в свежую одежду и спустился на первый этажа.
— Мам?! Пап?! Вы где?! — позвал я родителей, когда никого в гостиной не нашел. — Дани?! Аууу!
— Мы тут! — подали они голос. — На улице! Скорее к нам!
— Иду! — радостно кричу и выбегаю наружу.
Там как просто наша деревня, где по улице прогуливаются соседи, что радостно махают рукой и здороваются. Все как обычно.
— Мам? Пап? Мне тут такой сон приснился. Вы где?
— Эйс, — послышалось позади.
— Мама, я… — говорю и оборачиваюсь…
И тут же застываю,… смотря на аллею, на которой развешены трупы моей семьи.
Тела, истекающие кровью, пришпиленные копьями к деревьям и смотрящие на меня с осуждением и гневом. Мама, папа, сестра, соседи и просто друзья, болтаются окровавленными тушками, словно спелые фрукты в роще самой смерти.
Они с презрением смотрят на меня и заговорили все хором:
— ПОЧЕМУ ТЫ НЕ СПАС НАС?!!!
— А-а-а-ах! — резко открываю глаза и подрываюсь с моего лежака.