Мой (не)выносимый сосед (СИ)

– Лиз, нам надо поговорить. Так нельзя. Это вообще не для нас, – тихо бурчит мне в волосы через какое-то время.
Так и тянет закатить глаза. Зануда…Я уж думала всё. Проехали. С разочарованным вздохом отстраняюсь и становлюсь в закрытую позу, скрещивая руки на груди.
– Что не для нас, Саш?
– Флирт с другими, ревность, мы просто не вывезем, – Сашка смотрит серьезно, совершенно не улыбаясь, – Никаких больше «назло», Кис.
– Я не делала «назло», я просто улыбалась клиенту! Твоему, между прочим! – ухожу в оборону.
– Ну да! – Сашка закатывает глаза, – Лиз, я все своими глазами видел, не надо делать из меня идиота. Улыбки бывают разные, и твои были не «просто», ты сама знаешь! И более того, вот именно про тебя нельзя сказать, что ты можешь случайно флиртовать. Ты слишком хорошо умеешь это делать! Профессионально практически! Так что не надо мне тут гнать! Я этого мудака не оправдываю, но давай честно говорить, а?
– Хочешь честно? – распаляюсь в ответ, – Тогда не тебе отчитывать меня за улыбки! Ты скольким бабам сегодня переулыбался, у меня пальцев столько нет!
– И что-то никто из них за мной пьяный не бегает! – рявкает Сашка, сжимая кулаки, – Как думаешь почему? Может потому, что я как раз знаю разницу между вежливой улыбкой и улыбкой «трахни меня – я только для вида сопротивляюсь» ?!
– А может потому, что у женщин просто не принято за кем-то бегать? – выгибаю бровь, чувствуя, как меня начинает покачивать от гнева.
– Ты слишком высокого мнения о женщинах.
– А ты нет?!
Открывает было рот, чтобы ответить, но проглатывает слова. Стоим друг напротив друга, раздувая ноздри, у Сашки глаза лихорадочно горят, и у меня наверно не лучше…Вижу, как по его щеках прокатываются желваки.
–Лиз…– тянет на шумном выдохе, – Я всего лишь хочу донести до тебя, что не надо пытаться вызвать мою ревность. Не играй со мной в это пожалуйста. НЕ играй. Я в свою очередь обещаю тебе, что постараюсь ни малейшего повода тебе не давать. Мы по-другому не сможем быть вместе, понимаешь? Без вариантов. Только доверять. Но оно, это доверие, должно на что-то опираться, да? Если буду знать, что ты в любой непонятной ситуации, при любой ссоре способна пойти и хвостом начать крутить, то как мне верить тебе, а? Сейчас мы вместе, хорошо. Поругались, потрахались, все отлично. А когда расстанемся? Как? Я после сессии уеду сюда, ты останешься в Москве, и что мне делать? Бояться слово тебе поперек сказать, чтобы не думать потом ночами, где ты и с кем ты? Так что ли? И долго мы так выдержим, скажи?
Пока я слушаю Сашку, меня столько эмоций разом одолевает. И обидно, и нервно, и радостно, что он о нашем будущем говорит. Не выдуманном для кого-то, фейковом, а настоящем, где есть слово «мы».
– Саш, мне сложно. Я, оказывается, очень ревнива, – признаюсь, всхлипывая. Делаю два торопливых шага, покрывая расстояние, разделяющее нас, и прячу горящее лицо на его груди, – Вокруг тебя столько девушек, столько…
– А вокруг тебя парней, и я тоже ревнивый. Но если ты пообещаешь, я поверю, – шепчет мне в макушку, прижимая к себе.
Обнимаю его за талию и прикрываю полами своей куртки. Он в одной футболке стоит, и все равно такой горячий. Внутри клубятся поднятые из самой глубины эмоции. Я чувствую их, пропитываюсь ими, они просятся наружу, щекочут язык.
– Мне казалось, тебе по большому счету все равно… – признаюсь тихо, жмурясь, так как в шоке от самой себя, что это говорю, – Просто…знаешь, у меня такое чувство было, что я тебя заставляю, а ты только соглашаешься, от нечего делать идешь на поводу…Я подошла знакомиться, я оказалась в твоей квартире, я ляпнула про женитьбу эту дурацкую, и призналась первая тоже я…
– Лиз! Что за глупости?! – Сашка хватает меня за плечи и отстраняет от себя, чтобы заглянуть в лицо. У него в этот момент такой изумленный взгляд, что это только еще больше меня расшатывает, – Неужели ты…
– Подожди, дай договорить, – тороплюсь, перебиваю его. Раз уж начала говорить – надо сказать.
– Ведь все действительно так! Когда ты думал, что я с Арсом, ты и не лез особо ко мне. Ну есть и есть… Не добивался…
 
– Лиза, – теперь уже Сашка перебивает меня, – Ты была чужой девушкой, ездила ночевать к своему идеальному парню, выглядела всем довольной и в любой ситуации демонстративно выбирала не меня. Добиваться девушку, у которой есть отношения, зная, что уедешь через неделю, а ей просто испортишь жизнь? Нет, я конечно мог бы поведать Сене, что ты не такая уж верная пай девочка, как он думает, но это был бы какой-то стремный поступок, не находишь?
– Я- я –я…– открываю и закрываю рот, переваривая его слова.
Сашка начинает улыбаться. Хватает меня ладонями за щеки, так что губы становятся как у уточки и, наклонившись, смачно целует.
– Ты реально думаешь, что я бы с любой девушкой просто так поехал к ее семье, забив на родных и работу, и начал бы строить из себя жениха?
– Эм-м-м, – тяну, краснея. Похоже, слова у меня кончились.
– Лиза, – добивает меня Саша, – Я люблю тебя. Перестань варить в голове всякую чушь.
– Л-ладно, – наконец выдавливаю из себя что-то вразумительное, – Хорошо, да.
Хмыкает довольно, целует меня. Закрывая глаза, повисаю на Сашкиной шее. На заднем фоне вся улица взрывается счастливыми криками и шумом петард. Похоже, наступил Новый год.
  
24.3
 
– Ребят! Давайте! С Новым годом!
Какие-то совершенно незнакомые люди подходят к нам, протягивают до краев наполненные пластиковые бокалы с шампанским, мне в руку улыбающаяся девушка сует мандаринку. Я беру, улыбнувшись в ответ, нюхаю кожуру оранжевого шарика в моей ладони и блаженно жмурюсь, пропитываясь моментом до краев.
– С Новым годом! С Новым годом! С Новым годом!
Все орут. Начинают грохать салюты. Огненные цветы разных форм и размеров взрываются в небе. Из колонок, вынесенных на улицу, несется обязательная " Новый год к нам мчится, скоро всё случится…", и Сашка вальяжно обнимает меня, положив свою тяжелую руку мне на плечи. Смотрим друг на друга, чокаемся. Пузырьки шампанского щекочут язык.
Саша залпом допивает свой бокал, наклоняется и целует меня, толкая язык в рот. Вкус шампанского становится острее. Ноги подгибаются, сердце горячо бьется, срываясь вскачь. Я знаю, куда он меня сейчас уведет, и от этого внизу тягуче скручивает живот. У меня наверно еще слишком мало опыта, и поэтому каждый раз для меня почти как первый. Прямо перед нервничаю и хочу, хочу и нервничаю.
– Пойдем, – у него чуть меняется тембр голоса, становясь ниже.
Дымный взгляд блуждает по моему заалевшему лицу. Облизываю губы, киваю. Сашка крепко сжимает мою ладошку, ведет внутрь "Короны". Проталкиваемся сквозь беснующуюся в баре толпу, под ногами шуршит ковер из конфетти, кто-то то и дело порывается нас с Сашкой обнять, из-за музыки вообще ничего не слышно. Выходим через хозблок в коридор, тут же попадая в относительную тишину. Звуки из бара здесь приглушенные, лишь от басов вибрируют стены. Сашка сжимает мою ладонь крепче, ведет по коридору к своему номеру. Жду, затаив дыхание, пока откроет дверь магнитным ключом, пока заведет меня в комнату.
Свет так и не включает. Слышу его ускоряющееся дыхание. Сама хватаю воздух в такт. От поцелуя в темноте голова кругом. Горячо, глубоко, влажно…Я плыву от ощущения его языка у меня во рту. С трудом перебираю слабеющими ногами, пока Сашка, наступая, подталкивает меня к кровати.
Безвольно задираю руки вверх, когда снимает с меня кроп-топ. Отщелкивает застежку бюстгальтера, тут же сминает в ладонях грудь. Жадно дышим друг другу в губы, обнимаясь и крепко- крепко прижимаясь друг другу. Кожа горит. Тяну его футболку наверх – потребность обнять его голое тело съедает меня изнутри.
Музыка из бара сюда еле долетает. Она как шепот, как мысли в твоей голове.
Ты стоишь вся без белья, а я все равно