Мой (не)выносимый сосед (СИ)

Последний поворот, и я наконец влетаю в нужную рекреацию. Здесь уже половина нашей заочной группы. Разбились на кружки по четыре- пять человек и заняли все низкие подоконники в длинном как баварская сосиска коридоре.
Мой ищущий взгляд выхватывает знакомые лица и застывает, когда натыкается на Сашкины совершенно равнодушные глаза.
Их безэмоциональное выражение настолько мне непривычно, что я на секунду теряюсь.
Уверена, что на наш холодильник Сашка смотрит с большим энтузиазмом, чем на меня сейчас. Да он вчера даже картофельным очисткам лениво улыбался, а тут…
Будто просто заметил, что на стене за мной штукатурка треснула. Не беда конечно, но и радоваться нечему. Или та трещина – я…
Попытавшись сморгнуть это странное ощущение, машу ему рукой, вежливо улыбнувшись. Он отворачивается, говорит что-то парню, Антону кажется, с которым до этого болтал, и, подхватив мою зеленую папку с подоконника, пересекает рекреацию.
– Привет, – переминаюсь с ноги на ногу, нервно одергивая великоватую мне Кирину юбку- брюки.
Сашка кивает всё с таким же совершенно каменным выражением лица. Протягивает папку.
– Спасибо, что принес, – откашливаюсь, забирая. Хочется сгореть на месте от непонятной неловкости.
– Пожалуйста, – изволит глухо ответить.
Скользит быстрым взглядом вниз- вверх по моей фигуре и останавливается на лице.
– Переоделась даже. Тебе идет, – выдает будто робот механический.
Просто факт. Сейчас зима – ты переоделась – Голод – всадник Апокалипсиса.
Непроизвольно тут же одергиваю блузку с достаточно глубокой V-образной горловиной, хотя Сашка вроде бы и не смотрит туда…Но кожа все равно горит, розовея.
– Спасибо. Это…
Я хочу сказать, что это одежда Киры, и что ночевала я у подруг – мне вдруг кажется жизненно важным это сказать.
Но в этот момент какой-то парень огибает меня и с размаху лупит Сашку по плечу, забирая всё его внимание.
– Санек, здорово!
– Здоров, – Лютик отворачивается от меня и уходит с одногрупником, больше обернувшись.
– А мне пора, – зачем-то растерянно сообщаю его удаляющейся спине, прежде чем покинуть рекреацию и понестись с курсовой на кафедру.
Хорошо, что приходится бежать. Сбитое дыхание, пылающее лицо и сердце, больно бухающее в горле, списываю именно на это.
11.2
На пару я все-таки опаздываю. Буквально на каких-то несколько жалких секунд, но все же. Стучусь и тут же влетаю в аудиторию, пытаясь состроить скорбное выражение на лице. Вжимаюсь лопатками в массивную дверь под тяжелым взглядом Юрия Рудольфовича.
– Керефова, опять? – цедит он с раздражением.
– На кафедре задержали. Извините, здравствуйте, можно? – лепечу покаянно.
– Хватит оправдывать свою безалаберность вашей неумной общественной активностью. Проходите, – машет в сторону дальнего ряда, – Но если завтра так же явитесь на зачет, можете за оценкой даже не подходить, ясно?
– Ясно. Спасибо, – киваю рассеянно, потому что в этот момент разглядываю компанию, занявшую правую сторону заднего ряда.
Марат вроде бы, Антон, Лида Киселева и… Сашка. Сейчас в упор смотрит на меня, впрочем, как и все в аудитории. И взгляд такой же как у всех. Внимательный, но отстраненный. Я – просто опоздавшая, ворующая лишнюю минуту у преподавателя.
Отворачиваюсь. Прохожу к свободным местам. Сердце опять как-то болезненно, поднывая, бьется. Я начинаю уставать от этих муторных ощущений, хочу от них избавиться – страдать и рефлексировать вообще не в моем характере. Но как?! Не тогда, когда мне стоит только чуть повернуть голову, и я тут же взглядом наткнусь на НЕГО, с вежливо -дружелюбным лицом слушая, что ему там нашептывает улыбающееся Лидка.
У-у-у, а она хороша конечно. Тут как тут уже…Коза.
Мне приходится сесть на тот же ряд, что и им. Уткнуться в конспекты и поднимать голову только на доску, когда там что-то соизволит написать Юрий Рудольфович. Правая сторона лица немеет от желания сделать ее как можно более равнодушной. В аудитории тихо -тихо, только скрип ручек – завтра же зачет, и никто не хочет выводить из себя нашего нервного преподавателя.
 
И потому я особо хорошо улавливаю каждое движение на находящихся от меня правую руку стульях. Не пропускаю ни один приглушенный смешок, шепотом брошенное слово, кажется, даже взгляды чувствую. В основном это парни шушукаются между собой, но бывает и Лидка тоже.
Она сидит крайней, рядом с Сашкой, и будто специально каждый раз пригибается к нему, когда хочет им что-то сказать. Кладет как бы между прочим руку Лютику на локоть или плечо. И у меня жжет аналогичное место на теле. Она убирает руку от него, а меня все равно продолжает потряхивать от ревности, на которую никаких прав у меня нет!
И это убивает больше всего. Я не должна это все чувствовать, но разве можно себе просто запретить?!
С трудом досиживаю до перерыва и первое, что делаю – переношу свои вещи на единственный свободный стул в первом ряду. Лучше я буду сгорать от неизвестности, что у них там происходит, чем точно знать, что Киселева спокойно может его трогать, а я – нет!
***
На перерыве половина ребят высыпает в рекреацию, и я вместе с ними. Присоединяюсь к кружку мало знакомых девчонок – болтаем ни о чем. Лютик со своей компанией остаются в аудитории, что меня должно бы абсолютно устраивать, но…
Я слышу взрывы беспечного смеха, доносящиеся оттуда, и каждый раз мне кажется, что это именно Сашка ржет. Я так внимательно прислушиваюсь внутри себя, только создавая видимость, что увлечена общим разговором, что, когда чужая рука ложится мне на плечо, это оказывается полной неожиданностью.
Вздрагиваю и оборачиваюсь. Арсений.
– Привет, напугал, – прикладываю руки в груди, переводя дух и облегченно улыбаясь.
– Привет, Лиза, – ладонь с моего плеча перемещается на талию и там остается.
Арс тянется к моим губам, и я даже не уворачиваюсь. Легкий, ничего не значащий поцелуй, который я бы могла подарить и Владе. Не Лешке конечно ее, но…
– Девчонки тебя переодели? Тебе очень идет. Только ты будто строже, старше стала, – улыбается Арс, бегло оглядев меня.
– Это Кирины шмотки, ты же знаешь – у нее весь гардероб такой, – отмахиваюсь, пока Арс теснит меня к единственному свободному в рекреации подоконнику, – На меня оказывается все-таки попала кола того мужика.
– Да, мужик был хоро-о-ош, – смеется Арс, прикрывая ладонью глаза.
Я тоже смеюсь, ободряюще тормоша его за плечо.
– Зато я теперь знаю, что с тобой мне ничего страшно – ни бешеный мужик, ни недиетическая кола, – подлизываюсь, чтобы Арс окончательно забыл, как не вовремя я вчера начала над ним угорать.
Мне все-таки стыдно, да. И радует, что, кажется, Арсений решил на вчерашнем не зацикливаться.
– Да, со мной не страшно, – Арс упрямо ловит мой взгляд и вкрадчиво добавляет, – И мое предложение пожить еще в силе, Лиз.
– Э-м-м, – как обычно, когда не знаю, что сказать, я выдаю что-то нечленораздельное.
И в это время из аудитории высыпает компания Сашки. Я почему-то сразу оборачиваюсь на дверь за своей спиной, будто чувствую, что это он.
Лютик тоже моментально врезается в меня взглядом, который быстро переводит на стоящего рядом Арсения. По Сашкиному лицу пробегает странная тень, которая, возможно, связана с тем, что он слышит в трубке телефона, прижатой к уху, а не со мной.
Не убирая телефон от лица, Саша за два шага пересекает коридор, чтобы протянуть Арсу руку и кивнуть на его сухое "привет". Тут же отворачивается и немного отходит от нас, продолжая телефонный разговор.
Обрывочные фразы "Алик, слушай, я не уверен", " у меня завтра зачет", " да-а-а, как настоящий студент" и Сашкин смех доносятся до меня.
Обхватываю себя руками, тру предплечья и становлюсь к Сашке спиной, когда его окружают двое его приятелей и эта чертова Лида!
– Не думаю, что в этом есть необходимость, – тихо отвечаю Арсу на его предложение, отводя глаза.