Диссертация ведьмы (СИ)
— Ну да, это не лишено смысла, — задумался Аллар, потом снова взъерошил волосы и лучезарно улыбнулся. — Ну, я тогда пойду, составлю им ответ, да?
Ну, вот и отлично, и Петриша пристроила, и от лишней работы отделалась. Но не успела я ничего ответить, как дверь снова хлопнула и в кабинет злобной фурией ворвалась профессор Агнесса Асцерийская, декан факультета алхимии и бывшая жена ректора Корде.
Окинув взглядом наши расслабленные позы и стаканы настойки в руках, она презрительно поджала губы:
— Пьете в разгар рабочего дня? — выплюнула она.
Аллар смущенно поставил бокал на низкий столик и торопливо поднялся:
— Ну, я пойду работать. Спасибо за письмо, — скороговоркой выпалил он и испарился из кабинета.
Я лишь намеренно неторопливо отхлебнула из своего бокала и, глядя Агнессе прямо в глаза, нарочито спокойно ответила:
— Вы можете написать об этом докладную на имя ректора.
В глазах Агнессы полыхнуло бешенство. Мы обе прекрасно знали судьбу этих докладных. Господин Корде и госпожа Асцерийская не переносили друг друга на дух. Вряд ли ректор станет ругать меня из-за докладных бывшей жены. Максимум скажет что-то типа «Ай-яй-яй, Эллин, ну нельзя же пить так в открытую, а вдруг бы зашел кто-то другой, а не Агнесса!». И я ему клятвенно пообещаю так больше не делать, исчерпав тем самым весь инцидент.
— Мне некогда тратить время на всякую ерунду, — холодно произнесла профессор Асцерийская. Ого, да мы хамим! Кажется, я все же довела ее до ручки — даже не знаю, радоваться из-за этого или горевать. — А ты, милочка, вместо того, чтобы пьянствовать на рабочем месте, лучше бы подумала о своей диссертации. Как там она у тебя продвигается?
От резкой смены темы и интонации разговора я даже на секунду растерялась. С чего бы Агнессе интересоваться моей диссертацией? Формально, числюсь я не на ее факультете, а на факультете биомагии. И, хотя в Совете госпожа Асцерийская все же состоит, то есть чисто теоретически при защите может проголосовать против моей работы, меня это не особо пугает. Другие-то члены Совета вполне могут быть и «за», так что один возможный голос «против» для меня так себе угроза… Или я чего-то не понимаю?
— Все хорошо, благодарю, — аккуратно сбавила обороты и я. — Работа продвигается, но до завершения еще далеко.
— А как там твой научный руководитель поживает, профессор Лесовски? — еще ласковее поинтересовалась Агнесса.
Я сжала зубы до скрипа. Кажется, сейчас я плесну настойку прямо в ее наглое лицо. Нашла все-таки мое больное место, старая злыдня.
— Думаю, он поживает прекрасно, — максимально спокойным голосом откликнулась я. — Но я об этом знать не могу, поскольку не имею чести быть с ним знакомой. Профессор Лесовски продолжает свои исследования в одном из закрытых миров Содружества, а на мои запросы о командировке к нему Совет Университета согласия не дает. Думаю, вы прекрасно об этом осведомлены. Это по вашей инициативе профессор Лесовски был назначен моим научным руководителем, о чем, вероятно, даже не подозревает.
Агнесса многозначительно ухмыльнулась, но тему развивать не стала.
— Где Иохиммиус? — снова сменила тему разговора она.
«Спит в своем кабинете», — так и подмывало ответить меня, но я все же сдержалась. Не подставлять же начальство?
— Он на важной встрече, — убирая со стола настойку и бокалы, сообщила я. — Передать ему что-то?
— Да, — кивнула Агнесса, не скрывая торжества. — Передай ему, что завтра в четыре часа Совет Университета. Внеплановый, по инициативе большинства членов. На повестке дня вопрос о преобразовании нашего Магического университета в Магическую академию.
С этими словами она развернулась на каблуках и гордо покинула приемную, оставив меня с опустившимися руками и вытянутым от изумления лицом.
Глава 2
Преобразование Магического университета в Магическую академию формально было делом благим — и статус выше, и никаких дополнительных обязанностей для работников не предполагает. Но есть один нюанс. Ректор университета, который был избран бессрочно, возглавляет все-таки Магический университет. Глава Магической академии будет избираться заново. А, учитывая, сколько врагов в Совете накопилось у ректора Корде, не видать ему должности главы Магической академии как своих ушей. Изберут в руководители ту же Агнессу Асцерийскую — и попрут меня с должности помощника ректора быстрее, чем я мяукнуть успею. А Агнесса уже празднует победу, вон с каким торжеством новость о преобразовании преподнесла.
— Как у нас тут дела? — раздался за моей спиной хриплый со сна голос ректора Корде. — Меня кто-нибудь искал?
Я обернулась, краем сознания отметив, что ректор все же постарел. Как я раньше этого не замечала? Когда видишь человека каждый день, не замечаешь тех незначительных изменений, что происходят с ним за годы вашего общения. Но сейчас я разом увидела и посеребрившую виски седину, и отсутствие прежней быстроты в движениях. Вожак ослабел, и стая уже готова его растерзать.
— Эллин? Ты в порядке? — от ректора все же не укрылась смертельная бледность на моем лице.
— Заходила Агнесса, — усилием воли собралась я. — Просила передать информацию…
Я вкратце изложила все новости, и Иохиммиус помрачнел.
— Пойдем, — махнул он рукой, приглашая меня в свой кабинет.
Я юркнула за уютный столик у входа, разложив блокнот и ручку. За оставшиеся нам сутки нужно было подготовиться к боевым действиям, а для этого необходимо четко проработать план.
Ректор встал у окна, сложив руки за спиной. Солнечный свет контуром обрисовывал его подтянутую фигуру и… напряженно ссутулившиеся плечи. Он размышлял, но я нюхом чуяла, что настроение у него упадническое.
— Мы справимся, — подбодрила своего начальника я.
— Конечно, — без особого энтузиазма ответил Корде, а потом повернулся ко мне. — Только если Агнесса выносит такие вопросы на голосование, значит, ее поддержали как минимум треть от членов Совета.
— Может, она блефует или подделала подписи?
— Вряд ли, Агнесса так мелко не играет. У нее действительно есть поддержка. А это значит, что и шанс при голосовании тоже есть.
— Но вопрос о преобразовании должен быть согласован и Канцелярией Императора, — напомнила я, потирая виски. Мысли никак не желали выстраиваться в стройные ряды.
— Скорее всего, так и есть. Но я проверю это по своим каналам — на всякий случай, — согласился со мной ректор. — Напомни-ка мне пункты устава про решения Совета.
— При принятии наиболее значимых решений необходимо согласие не менее двух третей от присутствующих членов Совета. Кворум достигается, если присутствует не менее половины от общего числа членов, — по памяти процитировала я.
— То есть из двадцати одного члена Совета как минимум восемь должны быть на нашей стороне. Или как минимум одиннадцать должны не присутствовать завтра.
Я сделала пометку в блокноте и предложила:
— Я сейчас схожу к Ученому секретарю, включу все свое обаяние и напор, и посмотрю на документы Агнессы. Она должна была принести предложение о преобразовании, подписанное всеми согласными членами Совета. Заодно узнаю, сколько у Агнессы сторонников, и кто это.
— Справишься? — приободрился ректор.
— Конечно!
Тем более, не впервой проворачивать такие шпионские действия. Про себя я подумала, что после того, как узнаю сторонников Агнессы, можно будет вывести из битвы некоторых из них. Но ректору об этом лучше не знать, он все-таки далеко не все мои методы одобряет…
…На следующий день я входила в зал Совета собранная и готовая к бою. За истекшие сутки я сделала все, что в моих силах — установила всех, поддержавших Агнессу; выявила самых слабых из них и применила все методы воздействия, которые были в моем арсенале: угрозы, шантаж, обман… одного из сторонников Агнессы, моего давнего поклонника, даже пришлось многообещающе поцеловать в коридоре. А потом посулить продолжение сразу после Совета, если он, конечно, проголосует за ректора. Слово я свое сдерживать не собиралась, и понимала, что на следующем Совете мне, конечно, отомстят, но меня это мало волновало — сейчас главное было выиграть битву.