Ученик Рун (СИ)

— Господин Кнасс, — сказал я, принимая деньги и перекладывая их в кошель, — уверяю, заплатите один раз и беды знать не будете. А как закончу с печкой — займусь вашими бочками, так?
Трактирщик только кивнул, соглашаясь с моими словами. Лучше один раз отдать даже полновесный серебряный, чем раз в сезон — восемь серебрушек. Тут арифметика была проста и понятна даже самому последнему нищему.
Довольный тем, что заработал первые деньги при помощи магии я, разделавшись с обедом, которым меня угостил трактирщик, отправился в дом к учителю. Прекрасный день!
Вот только мысли мои были не о звенящем в тонком кошеле серебре, а о девичьей груди Марты, что приятной тяжестью давила мне на плечи, пока я чинил печь.
  
Глава 15. Ярмарка
 
Вечера я теперь любил, и даже очень. После ремонта печки и бочек в трактире господина Кнасса моя жизнь круто переменилась. А имя этой перемене было одно — Марта. Дочь кухарки неотрывно следовала за мной каждый раз, когда я занимался волшебством, а в мой последний визит, когда все бочки были отремонтированы, а я получил свои десять серебрушек, мне поступило предложение, от которого я не смог отказаться.
— Рей, — Марта принесла для меня тарелку с копченостями к молодому сидру и остановилась возле моего маленького столика, перебирая край фартука пальцами, — а чем ты занимаешься завтра?
Прямо в этот момент я жевал кусок хлеба, на который щедро уложил обжаренной кровянки, так что вопрос застал меня врасплох.
— Да так… — честно ответил я с набитым ртом, — вроде ничем особым. Утром занятия с учителем, да и все.
Следующий день был рыночным, то есть выходным почти для всех, кроме торговцев и мастеров, что принимали заказы на неделю вперед.
— Сходим на ярмарку? — предложила Марта и в этот момент дыхание у меня перехватило.
Это что, она предлагает мне погулять?!
Осенние ярмарки — главное развлечение в портовом Нипсе после праздника Урожая, что отгремел почти месяц назад. В город приезжали жители окрестных сел и деревень на своих простеньких телегах, реализовать результаты сезона. Именно на ярмарках капитаны охотно закупали свежий провиант и соления–квашения для зимних рейсов, а вояки и трактирщики — фураж, эль, пиво, хмель, веревки и все то, что производили местные крестьяне. На ярмарки ходили, как на праздник, даже если ты ничего не собирался покупать. Я постоянно видел ребят в красивых одеждах и девушек еще в более красивых платьях — из отпрысков местных ремесленников и купцов — что гуляли по рыночной площади под ручку. Но о перспективе оказаться в их рядах я даже и помыслить не мог.
— Конечно сходим… — ответил я, давясь кровянкой.
Собственно, это Марте было и нужно. Не то, чтобы я задохнулся от ставшей в горле еды, нет. Мое согласие. Довольная, девушка упорхнула, предварительно предупредив, что будет ждать меня в полдень у южного входа на рыночную площадь.
В тот день я пришел домой, будто меня мешком ударили. И первое, что я сделал — чуть не сбил с ног куда–то спешащего Ирмана.
— Глаза разуй! — прорычал слуга.
— Ага… — вяло ответил я, двигая в сторону кухни.
Там сидел Осиор, как обычно чаевничая.
Учитель отвлекся от записей, которые он перечитывал прямо тут, разложив перед собой на столе, и посмотрел на меня.
— Что с тобой? — моментально спросил учитель, видя, что я чуть не снес стул.
Я же ничего толком перед собой не видел. Только образ Марты, которая стоит, держась за край фартука пальцами, да мои фантазии, как завтра мы будем под руку гулять по городу. А может даже…
— Все в порядке, — ответил я, пытаясь сфокусироваться на голосе учителя. — Все отлично.
Стул удержался, а вот чашку я все же уронил.
Глиняные черепки и мелкие осколки брызнули во все стороны, а в кухне моментально материализовался Ирман.
Будь воля слуги, он бы выписал мне смачную оплеуху, я прямо заметил, как дернулось его плечо. Но удержался. Ведь даже Осиор ни разу не поднял на меня руку, хотя я знал, что те же мастеровые частенько поколачивали своих учеников и даже подмастерьев, причем за любую провинность.
 
— Бестолочь! Зачем посуду бьешь?!
— Мне кажется, наш мальчик где–то не здесь, посмотри на него, — хмыкнул Осиор, возвращаясь к своим бумагам. — Ты же в трактире сегодня был? Так?
— Так, — кивнул я, наклоняясь помочь Ирману, но слуга только на меня шикнул, чтобы сел и вообще не двигался.
— Ага, в трактире, значит… — многозначительно протянул Осиор и спрятал улыбку в чашке с чаем.
— Да плевать, где его носило! — ворчал Ирман. — Посуду–то за что!?
— Ой, да успокойся! Если хочешь, заставлю Рея склеить чашку Уром. Заодно и мелкие печати потренирует…
— Да толку от тех печатей! Тут половина — в пыль! И архимаг не справится!
— Недооцениваешь ты архимагов, Ирман…
Я же сидел на своем месте, не знаю, куда себя деть. Так что решив, что чаю не хочу, а учителю я, вроде как, и не нужен, попытался встать со своего места и пойти в комнату. Мечтать о завтрашнем свидании.
— Стоять! В смысле, сядь! — скомандовал Осиор, как только я оторвал зад от стула. — Ну–ка рассказывай, что случилось! Вижу же, что все очень и очень серьезно…
И опять спрятал улыбку в чашке.
— Так это… Меня Марта завтра в город позвала. На ярмарку, — ответил я учителю, глядя при этом куда–то в угол.
Я не планировал сообщать Осиору, что пойду гулять с девушкой. Ни до, ни после. Мне казалось, что учителю это вообще знать не стоило.
— Вот оно! — воскликнул поясной маг, вскакивая с места. — Ирман!
Слуга как раз убрал остатки посуды и подошел к своему господину. Осиор положил свои длинные пальцы на плечо слуги, будто опираясь на него и, устремив взор куда–то в потолок, стал вещать:
— Ирман! Нам выпал уникальный шанс! Ты понимаешь, сколько важнейших вех в жизни моего ученика мы наблюдаем?! Вообрази! Не все отцы застают те моменты, что доведется увидеть нам! И мы должны, нет, мы просто обязаны, мой ворчливый слуга, что трясется за каждую чашку, помочь мальчику! Иначе что мы за мужчины?!
По лицу Ирмана я видел, что в могиле он видал то самое участие в делах ученика Осиора, но для порядка слуга разок кивнул, соглашаясь с магом.
— Рей! Это прекрасный день! Нам срочно нужно в мой кабинет!
От такого напора я даже немного опешил, а когда очнулся, Осиор уже тащил меня за локоть по лестнице.
— Учитель! Что?! Зачем?!
— Как зачем?! Ты что, в этом, — маг окинул мои штаны, рубаху и небольшую жилетку, потому что с моря уже дуло прохладой, — собрался на свидание идти?! Ты что! Быстро, ко мне!
На этих словах маг втолкнул меня в свой кабинет.
— Так, что тут у нас…
Прямо сейчас мой учитель откинул крышку своего сундука и стал копаться в вещах.
— У нас так мало времени, Рей! Так мало! Но хорошо, что мы маги, да? Нам ни один портной не откажет, да и тут же не с нуля шить, а так, может рукава подогнать… Так, это слишком пестро, это я люблю… Ого! Ирман, я ее нашел! Ту самую рубашку! Да ту, ну, помнишь?! Что с кружевным рукавом! Да! Была в сундуке! Да! Я в курсе, что ты говорил!.. Так–так–так… О, нашел! Отличные штаны, Рей, примерь. Длинноваты… Но ничего, штанину можно подрезать, да и по шву ушить. Хорошо! Хорошо! И вот эту рубашку примерь. Да не бойся, не укусит! Я‑то тощий, а ты вон как разъелся! Чуть рукав укоротят и отлично будет, лишнее в штаны заправишь. Ты же приличный юноша и не собираешься завтра штаны снимать? Ха! Да не красней так, Рей! Конечно же не собираешься, это я так, шучу… Хотя ты бы меня таким поведением крайне разочаровал, молодой человек, знай! Ох, хорошо, что я заметил, что с тобой что–то неладное творится, так бы поперся не пойми в чем… Что? Ты говоришь, что даже купеческие в таком не ходят? Слишком дорого? Подожди, а ты–то сам себя кем считаешь?
На этих словах Осиор наконец–то остановился и перестал крутить меня как куклу в разные стороны.