Схватка с судьбой (СИ)

И на следующий день в полдень Ёрдел опять пришёл. И даже позволил познакомить себя с Рамином. Хитрый паренёк – Вотовская порода! – пообещал научить тёмного отрешаться от посторонних звуков без всяких там печатей и куда-то уволок его после осмотра. Майяри даже немного заревновала: это её брат, а другие общаются с ним больше, чем она.
Но она была очень занята сборами. Общинники действительно не умели решать и сомневались, что им следует взять с собой, а что оставить. Не сомневались только Дарелий и его семейство, которые явно вознамерились вывезти всё, что можно. Майяри доверила советнику отобрать деревья из Сада, и ушлый старик отобрал не только самые развесистые и прекрасные, но «присадил» в их корнях как можно больше кустов и травы, яростно убеждая её, что это не отъемлемая часть каждого дерева. И густо увешал ветви мхами! Впрочем, убеждал он госпожу только вначале, пока не понял, что ей в целом всё равно. И вместо пяти деревьев отобрал семь. Майяри милостиво сделала вид, что не заметила.
Отмеренная на сборы неделя неуклонно истекала, и кое-что очень сильно расстраивало Майяри. Сбежавших женщин всё ещё не нашли.
Оборотни прочёсывали окрестности версту за верстой, но следов беглянок не находили.
– Их лагерь наверняка далеко, иначе бы их быстро поймали, – рассуждал Ранхаш.
– Но кто-то порой крутится поблизости, чтобы узнавать новости и помочь сбежать другим женщинам, – добавил Узээриш.
Хайнес и харен улетали каждое утро на поиски, но удача им ещё ни разу не улыбнулась. С ними летал и мастер Дагрен. Он пытался найти защиту, которая, возможно, скрывала женщин от чужих взглядов, но не преуспел.
До отъезда оставалось два дня, когда утром к Майяри пришёл Рийган и тихо сказал, что видел сегодня четыре вершины, стоящие неровным прямоугольником, реку в чаше между ними, густую зелень и баранов на склонах.
Майяри вызвала охотника из общины, и тот сразу по описанию определил приметное место.
Сложнее было убедить хайнеса и харена слетать туда, не объясняя и не выдавая секрет Рийгана. Но оборотни особо допытываться и не стали. Господин Узээриш только пристально посмотрел на Ранхаша, мол, «Вы же проследите, чтобы ваша жена своими тайнами не приманила очередные проблемы?».
И начали собирать на «охоту» оборотней и хаги. Майяри же решительно заявила, что полетит с ними.
– С вами они даже разговаривать не будут.
– Да кто ж спорит? – Риш насмешливо посмотрел сперва на неё, а потом на харена, седлающего дракона двухместным седлом.
Сам хайнес уже своего ящера оседлал, и Майяри с недоумением смерила придурковатого дракона взглядом.
– И что ты так смотришь? – хайнес недовольно уставился на неё, а потом перевёл взгляд на слюнявую драконью морду. – Что осталось, то и взял. Пока думал, лететь или не лететь, старый консер собрал всех драконов в округе, и найти свободного ящера стало просто невозможно. Я даже помощника взять не смог, а из охраны со мной отправились только крылатые.
– Неужели даже вам? – рискнула спросить Майяри.
– Ну не бегать же мне и не просить, чтобы кто-нибудь со мной поменялся, – язвительно отозвался господин Узээриш и с завистью посмотрел на господина Шидая, решительно стягивающего с уже осёдланного ящера Рамина, чтобы занять его место. – Подданные могли бы и сами обо мне позаботиться, но вот никто пока не сообразил.
Майяри опять посмотрела на идиота-дракона. Наверное, подданные решили, что на таком летать можно только сильно любя и жалея животное. И постеснялись оскорблять правителя предложениями поменяться на более достойную зверюгу.
– Можете взять моего, – Майяри решила побыть самоотверженной за всех. Она всё равно с Ранхашем полетит.
Но хайнес щедрый дар не оценил.
– Серьёзно? – насмешливо изломил он брови. – Майяри, мой дурила, – оборотень обнял дракона за шею и притиснул к боку, – хотя бы понимает, что всадник должен быть на спине, а не в лапах.
Хаги настроили щиты и протянули под каменной поверхностью щупы сил ещё в воздухе, за полверсты от места. И хайнес, и Майяри опасались, что одичавшие и озлобившиеся за почти семь дет блужданий женщины не захотят с ними говорить и сразу нападут. А так как они хаги, это может быть очень и очень опасно. Правда, госпожа Ярвиделла и без того весьма опасна. Майяри слышала про случай, когда совсем уж павшие мужчины – их потом даже дед наказал – пробовали принудить Благословлённую на Одиночество к близости. Совсем обездвижить сил у них не хватило, и госпожа Ярвиделла их голыми руками переломала. А потом на своих плечах отнесла стонущих сластолюбцев к воротам их домов, что было совсем уж унизительно. Госпожу Ярвиделлу стороной обходил даже Борий, хотя глаз от неё оторвать не мог.
 
Весна в горы приходила поздно, и сейчас здесь был именно конец весны – начало лета, и травы ещё не успели иссохнуть под солнечными лучами. Склоны покрывали до определённой черты сперва волны разнотравья, потом отдельные пятна, затем кустики и куртинки самых высотолюбивых, а ещё выше желтел и серо-зеленел лишайник, тянущийся чуть ли не до самых снегов.
Чутьё хайнеса и харена и знания Рийгана привели отряд к четырём вершинам, стоящим неровным пятиугольником. Они обступали небольшую долину, по центру которой змеилась река, сейчас чуть-чуть помелевшая после обильных весенних сходов с гор. На влажной кайме берегов уже зеленели нежные островки травы. Чуть дальше росли кусты и низкорослые деревья, обильно перевитые сухим вьюном – новый ещё нарасти не успел и стелился по земле. Подножия гор чернели трещинами и зияли дырами-вымоинами. Майяри рассмотрела кое-где пасущихся горных баранов.
Вполне удобное местечко для жизни: есть и пещеры, и вода, и укрытие от посторонних глаз, и мясо добыть можно. Только больно уж очевидное место для лагеря. Даже Майяри проверила бы его в первую очередь. Скорее женщины пришли сюда для охоты.
Драконы опустились на склоны со всех сторон, лишние всадники соскользнули с сёдел и бесшумно скрылись в кустах, скатившись вниз.
Волнующаяся Майяри нетерпеливо посмотрела на Ранхаша.
– Они наверняка нас увидели, – спокойно ответил тот, – и затаились. Очень хорошо затаились.
Оборотень скользнул взглядом по ложбинке меж гор, но интуиция словно сомневаясь расходилась по разным сторонам и постоянно перемещала своё внимание. Или же женщины разбежались и теперь перемещаются с места на место. Распространённая тактика для выхода из окружения: все не уйдут, но часть прорвётся.
А Майяри подумала, что у госпожи Ярвиделлы было шесть с половиной лет, чтобы натаскать других девушек и в бою, и в охоте. И заподозрила, что опасна теперь не только Благословлённая на Одиночество.
Они с Ранхашем расположились на южной стороне, скрывшись за кустами. Всадники старались на глаза не лезть. Кто знает, может сорвётся у охотниц шальная стрела, а успеют ли союзники-хаги прикрыть. Всё же не оборотни, реакция у них послабее. Ни от кого не скрываясь стоял только хайнес, правда, это бесстрашие было невольным: дурила-дракон в порыве обожания выпихнул хозяина из кустов и теперь вьюном-щитом вился вокруг раздражённого оборотня, то и дело сползая упитанной задницей вниз по склону и опять забираясь наверх.
Ранхаш заметил внизу мелькнувшую среди кустов песчаную шкуру пумы. Колыхнул ветви дерева торопящийся удрать баран. Его место заняла и тут же исчезла тёмная фигура какого-то оборотня – хаги так быстро двигаться не могут. Наполненный шумом воды и тихим шелестом листьев воздух редко-редко волновали нетерпеливые драконьи рыки да осыпающиеся под ногами камешки. Увы, под чьими ногами они осыпались не было видно даже сверху. Один оборотень бросился на такой шорох, столкнулся с товарищем, и они, молча обругав друг друга знаками, разбежались.
 
Охотницы выжидали и пока не пытались вырваться из ловушки.
Хайнес, в очередной раз отпихнув драконью морду, напряжённо осмотрелся, особенно тщательно приглядываясь к потрескавшимся, готовым рухнуть склонам, большим камням и полуприкрытым сводом дырам, в которых можно было сотворить замечательный взрыв. Не замеченными женщины вырваться из долины не могли. Ни по земле, ни по воде, ни под землёй, ни по воздуху. Оставался вариант под водой – хаги плохо чувствовали реку, – но она была достаточно прозрачной, чтобы за ней могли следить и оборотни. Следовательно, раз возможности вырваться нет, нужно отвлечь противника чем-то ну очень захватывающим и попытаться прорваться. Хотя бы частично.