Схватка с судьбой (СИ)

Майяри ответила на взгляд и, пройдя ближе, опустилась в кресло по другую сторону стола. К чаше не притронулась, хотя она наверняка предназначалась ей.
Некоторое время дед и внучка просто смотрели друг на друга.
На взгляд Майяри старейшина ничуть не изменился за эти годы. Всё такой же крепкий, борода лишь едва посеребрена сединой, ни одной новой морщины. И лицо всё такое же – благородное, величавое.
– И зачем же я тебе понадобилась? – наконец прервала молчание Майяри, расслабленно вытягивая ноги и скрещивая их в щиколотках.
Монеты на платке, небрежно накинутом на плечи, забренчали, и старейшина окинул взглядом её всю. Выглядела внучка сейчас как истинная сумеречница. В тёмно-тёмно-красном наряде, расшитом золотой нитью, и с рассыпанными по плечам косами. Только вот взгляд, дерзкий и насмешливый, придавал ей некое бесстыдство.
– Прошло почти семь лет. За это время ты должен был окончательно разочароваться во мне как в наследнице. Да и господин Агарес вряд ли захочет жену, которая едва не задушила его в родовом храме. Только… – Майяри откинула голову назад и улыбнулась, – только если из-за Книги Знаний. Что? Господин Агарес угрожает? Хаггаресы, знающие расположение общины, – опасные противники, – девушка с наигранным сожалением поцокала языком.
– Значит, её украла всё-таки ты, – медленно качнул головой старейшина.
– Я была зла, – покаянно протянула Майяри.
– Ты подставила своих родичей под удар, – дед не обвинял. Указывал на факт.
– Очень этого хотела, – не стала скрывать девушка.
– Где Книга?
Склонив голову набок, Майяри несколько секунд пристально смотрела на деда, а затем всё же ответила:
– Я была так зла на тебя и на господина Агареса, что жаждала доставить неприятности обоим. Оставить вас с носом. И сожгла Книгу уже на второй день пути. Боялась, что меня всё же перехватят, и моя маленькая месть обернётся для вас лишь лёгким испугом.
– Ты не посмела бы сжечь хаггаресскую Книгу Знаний, – со спокойной уверенностью отозвался дед.
– Это для тебя и господина Агареса она важна. А для меня это просто артефакт, чьё исчезновение принесёт тебе и ему неприятности. Тебе – от разъярённого Агареса, а ему – от других хаггаресов. Он сильно злился? Если честно, удивлена, что он не пошёл войной на общину. Тут, я смотрю, даже ворота старые.
С воротами у Майяри были трепетные отношения.
Раньше главные врата общины были вырезаны из цельного куска камня. Массивные и неподъёмные! Открыть их можно было только силами хаги, и они производили неизгладимое впечатление на заезжих гостей.
Пока Майяри в возрасте пятнадцати лет не расколола их на три части.
Улыбка расползлась по губам от одного только воспоминания.
Когда она пришла в себя после наказания – дня через четыре, – в стене красовались уже новые каменные ворота. Не такие искусные, но смотрелись они даже массивнее прежних.
Через два года Майяри вынесла их вместе с петлями и привратными столбами.
К тому времени старейшина уже смирился, что через боль наследница ничему не учится. Только покалечит зря. И заставил её смастерить новые врата. Силами, разумеется.
Она смастерила и с большим удовольствием пихнула их в фасад храма. С тех самых пор в него стало сложнее попасть.
В конце концов на место главных врат поставили деревянные. Временные, пока из наследницы дурь не выветрится. Их меняли ещё два раза. Ну и вот теперь обновить придётся.
– Ты перешла черту. Тебе прощали многие выходки в надежде, что разум всё же проснётся в тебе и ты осознаешь свою глупость. Это было слишком.
– А разве ты сам не мечтал завладеть Книгой? – вскинула брови Майяри. – Вы с Агаресом хотели обмануть друг друга. Не знаю уж, в чём хотел обмануть тебя Агарес, но я почти уверена, что ты хотел не просто посмотреть Книгу. Ты хотел ею завладеть. Зачем такому уважаемому хаги грязные и презираемые знания хаггаресов?
– Нет в тебе гибкости ума.
Дед устало вздохнул и наконец пригубил свой напиток. По перхару расползся травяной запах.
– Твоя детская злость сковывает разум, – продолжил он, отставляя чашу. – Ты задала вопрос, зачем мне нужны хаггаресские знания, хотя нужно было спросить, зачем мне нужна Книга.
 
– Я глупа, – покладисто согласилась Майяри. – Так зачем тебе Книга?
Старейшина взглянул на неё с едва уловимым удивлением. Да, раньше бы она вспылила и попыталась доказать, что глупа здесь не она.
– Хотя подожди. Надо же мне развивать гибкость ума. Дай я сама подумаю. Так тебе нужна Книга? Только Книга? Хм-м-м… Для любого хаггаресского клана очень-очень важный атрибут. Они хранят в ней не только знания, которые семья собрала за века, но и вписывают в неё всех рождённых детей. Не вписанный в Книгу ребёнок не может быть хаггаресом и носит только имя рода. Так?
– Ты узнала кое-что новое, – скупо оценил старейшина.
– Если бы Книга оказалась в твоих руках, то Агарес и весь его род стали бы твоими заложниками, – продолжила развивать мысль Майяри. – Всё же за потерю Книги род Изирш уничтожат другие хаггаресы. Но, думается мне, ты не собирался её возвращать. И Агарес стал бы твоим слугой.
– Жаль, что ты поняла это только сейчас.
– Отчего же? Я понимала это и раньше. Просто, – Майяри улыбнулась, – он стал бы твоим слугой, а я ничего от этого не выиграла бы и даже могла очень мучительно умереть. Ты же не думаешь, что Агарес пощадил бы внучку обманувшего его хаги? Наверняка бы он пригрозил, что убьёт меня, и прислал бы в качестве доказательства серьёзности намерений пару моих пальчиков.
– И в ответ бы мы прислали пару изорванных страниц Книги, – невозмутимо ответил дед. – Он не стал бы рисковать. Ты была в полной безопасности. И ты сама прекрасно это понимаешь, – старейшина пристально посмотрел на неё, явно намекая на печать Недотроги.
– Нет, не понимаю. Но, видишь ли, я знала, что Агарес хочет тебя обмануть. И мне совсем не хотелось сидеть и ждать, кто же кого переиграет. И если бы ты провалился, меня вернули бы в общину изуродованной, но ещё живой, чтобы ты мог полюбоваться моими страданиями.
– Ты переоцениваешь силы хаггаресов, – в ровном голосе деда зазвучало пренебрежение. – Они никогда не смогут сравниться с нами.
– И это меня обвиняют в негибкости разума? В своём высокомерии ты отрицаешь опасность и умаляешь её.
– Не превозноси то, что недостойно похвалы, – сухо осадил дед.
– Почему же недостойно? Они наши самые сильные враги.
– Творение никогда не сможет превзойти своего творца. Это мы создали хаггаресов!
Несколько секунд Майяри в немом изумлении смотрела на деда, не в состоянии поверить в такое фантастическое самомнение. Да, хаггаресы возникли как охотники на хаги, но приписывать себе их создание…
– Я вижу, ты опять ничего не поняла, – поморщился старейшина.
– А мне что-то объяснили? От меня постоянно требуют понимания, но не объясняют, даже что именно я должна понимать. Домысливать? Фантазировать? Но мои фантазии тебе не нравятся. Так…
– Если я сказал, что мы создали хаггаресов, значит, мы их создали, – перебил её дед, и Майяри изумленно умолкла. – Около шестисот лет назад в Сумеречных горах появились оборотни, заявившие, что они научились говорить с миром. Кучка бесполезных идиотов, гораздых на пустые рассуждения о голосе мира и своём предназначении. Но они вполне успешно противостояли почти всем опасностям. Даже нам. Сперва мы думали просто уничтожить заразу, пока она не расползлась. Но, поразмыслив, приняли другое решение. И провозгласили этим недалёким их истинное предназначение.
– Что за бред? – вырвалось у Майяри. – Создали сами себе врагов? Вам скучно жилось? Или вы хотели заявить о себе таким извращённым способом?
 
– Твой разум твёрд как камень, – в очередной раз разочаровался в ней дед, но тут Майяри неожиданно озарило.
Она вспомнила беседу в кабинете господина Узээриша. Вспомнила их рассуждения о причинах смерти двух посланников и выпалила одно из самых невероятных подозрений: