Ариш и Маг. Отсвет феникса (СИ)

Волокут дальше. Дальше. Дальше. Рывок вниз. Корни отпускают.
Я стремительно лечу с высоты и больно ударяюсь спиной о мокрый каменный пол. Однако не так сильно, как должно. Окутывает отвратительная затхлость. Оглушает эхо падающих капель: «Кап!.. Кап!.. Кап!..» Оно множится… множится… множится!..
Хватит!
Резко вдавливаю затылок в пол, стремясь заглушить сводящие с ума звуки. 
Безумие… 
Надо успокоиться. Главное — не паниковать. Думать, действовать!
С горем пополам перекатываюсь на бок. Шиплю сквозь зубы, когда тело пронзает боль, а левую стопу сводит судорогой. Дотянувшись до онемевших пальцев, жёстко массирую, усмиряя неприятные ощущения. Когда отпускает, вглядываюсь во мрак.
Где я?
Поднимаюсь с ледяного пола, покрытого каким-то склизким налётом. Из-за него платье намокло и в некоторых местах неприятно липнет к телу. Брезгливо морщусь. Такое ощущение, что я с ног до головы перемазана слизью. Передёрнувшись, прислушиваюсь.
Тишина.
Темно.
Тревога растёт.
Всё, что остаётся — положиться на слух, обоняние и осязание. Осторожно ступая, чтобы не поскользнуться, добираюсь до стены. Ощупываю бугристый влажный камень. Пещера или подземелье? Где бы я ни находилась, остаётся идти вдоль единственной опоры. 
Медленно продвигаясь вперёд, я сдерживаю инстинктивное желание отдёрнуть пальцы, в плавном скольжении задевающие холодную слизь. Кажется, она везде. Надеюсь, эта гадость — естественное природное образование и не принадлежит какой-нибудь мерзопакостной твари. Знала бы, где нахожусь, смогла бы сориентироваться, а так…
— Не паниковать. Искать выход, — бормочу себе под нос и сглатываю вязкую слюну. 
Где-то тут, в неподвижной черноте, путь к свободе. Ничего, что не ощущается сквозняк. Если сюда ведёт крутой зигзагообразный ход — явной вентиляции нет, и это нормально.
Двигаюсь на ощупь. Минуты? Часы? Утрачиваю восприятие времени. В какой-то момент в сознании вдруг вспыхивает образ, дающий понять, что я хожу по кругу. На вопрос — так ли это — Её Величество молчит. Она вообще безмолвствует с того момента, как доставила меня в «стеклянное поселение». Выкручивайся сама! Так это понимать? 
Мои изрезанные острыми сколами стен пальцы сильно дрожат. Сдают нервы. Я словно снова в отчем доме, откуда не выбраться, как ни старайся. Снова в плену кошмаров, сотканных из деяний маньяка и его последователя, измывающихся над невинными девушками.
Когда глухая давящая тишина нарушается шорохами, меня накрывает паника. Пискнув от неожиданности, подпрыгиваю на месте, ощутив, как кто-то шустрый пронёсся по моим ногам. Мышь, крыса, насекомое? Лучше об этом не думать! Вся эта мелочь ассоциируются у меня с преследуемыми законом Некромантами, использующими мелкую живность для переноса заклинаний от заказчика к жертве. Или с их помощью временно воскрешающих усопших, чтобы вытянуть из тех разнообразные знания и опыт.
Как быть дальше? Продолжать двигаться вдоль стены или последовать пришедшей невесть откуда мысли — отойти?
— Госпожа Грёжес, — решаю я потревожить королевскую душу, — по вашей милости мы невесть где. Выбраться без посторонней помощи не получится. Поэтому огонька подкиньте или к выходу приведите.
В ответ — тишина. Глубокая и раздражающая, как грехи праведников. Почему у Мага прямой контакт с монархом, пусть только эмоциональный, а у меня с королевой и того нет? С досады топаю ногой по мышиному хвосту — громкий писк тому доказательство. Отскакиваю в сторону и, оступившись, кубарем лечу вниз с обрывистого края и дальше по каменной насыпи. Грузно приземляюсь, неподобающе крякнув и полоснув правой рукой по чему-то острому. Шиплю сквозь зубы. Тьма! Тёплая вязкость под пальцами. Шумно выдыхаю и поднимаюсь, чуть пошатываясь.
Обеспокоенно оглядевшись в темноте, замечаю в отдалении зеленоватое мерцание. Выбор невелик, направляюсь туда. По мере приближения становятся хорошо видны ровные, покрытые фосфорным налётом стены коридора. Оказавшись внутри, я сразу подмечаю, что в проходе суше, чем в оставленной позади пещере, и воздух намного свежее. Причина кроется в магических печатях на потолке. Их используют для изоляции своих владений от нежелательного внешнего воздействия. Мне знакомы пентаграммы по своеобразной двойной окантовке: одна круглая, а вторая с выступающими пирамидальными гранями, от которых зависит направление ограждающей магии.
 
Осматриваю себя. Рана на правой руке незначительная и уже не кровоточит. Боль в изрезанных пальцах переживу. Мелкие царапины внимания не стоят, как и неприятно саднящие ушибы. Можно сказать, отделалась лёгким испугом. Досаду вызывает лишь одно — порвавшееся платье. Поддеваю треугольный отрыв, оголивший грудь, и наискось привязываю край к уцелевшей лямке нижней сорочки. Какая-никакая видимость приличий соблюдена. Хотя на людях в таком виде лучше не показываться.
Что же, теперь в путь.
Длинный коридор дважды поворачивает направо, и я оказываюсь перед лестницей, ведущей вниз. Настороженно прислушиваясь, спускаюсь в узкое овальное помещение. По одну сторону несколько дверей с небольшими зарешеченными оконцами. Предчувствуя неладное, осторожно заглядываю в ближайшее. Мрак внутри плотный и густой. Живого присутствия не ощущаю. Как и в других трёх камерах. Неясные звуки долетают из следующей. Сердце сбоит, к горлу подкатывает спазм.
— Есть кто живой? — спрашиваю с опаской.
Шорохи обрываются. Повисшая тишина выматывает неопределённостью. Собравшись с духом, заглядываю сквозь металлические прутья. Где-то в кромешной темноте притаился узник. Улавливаю надрывное дыхание. Там заперт маг? Зачем ещё руническая вязь, оплетающая деревянные столбики по бокам двери? Но какой маг? Из тёмных? Светлых? Важен ранг — со вторыми легче сладить.
Долетает панический выдох, в котором много ужаса:
— Ариш, ты?
Я невольно пячусь.
— Кто вы?
— Я… — слышится надрывный хриплый кашель и сиплый приказ вместо ответа: — Уходи!
И новый удушающий приступ, явно изматывающий женщину. Изучаю висячий замок — удивительно простой. Мне бы что-нибудь длинное и острое, возможно, открою. Я баловалась взломами, когда в обители начиналась неделя молен. Обычно пробиралась в сад, который закрывали на период очищающего голодания, когда ни воды, ни еды около недели. 
Давно, правда, в проникновениях практиковалась, но вряд ли навыки утеряны. 
Оглядываюсь по сторонам. Ничего стоящего, только пара небольших камней в отдалении... Камни! Поднимаю один, взвешиваю на ладони и возвращаюсь к двери. Для начала острым краем соскрёбываю руны, снимая магический барьер. Может, глупо спасать неизвестного человека, но сердце кричит, что я обязана помочь. Заговорив замок — та немногая магия, которую я некогда освоила для «побегов», беззвучно обрушиваю увесистый булыжник на него. Успеваю ударить дважды, прежде чем сквозь женский кашель долетает: 
— Не смей, Ариш!
В недоумении замираю.
— Вам необходим лекарь!
— Лекарь не поможет, — упорствует женщина, рвано дыша.
Её голос кажется знакомым. Похож на мой. Мы раньше встречались? Хотя неважно. Всё равно в плену не оставлю.
Женщина просовывает руку сквозь прутья и с неожиданной силой отталкивает меня прочь. Я буквально впечатываюсь в каменную стену позади, до звёзд в глазах стукнувшись затылком. Вспышки образов, неясных, хаотичных, невесть откуда взявшихся, дают понять, что отступать нельзя. По ту сторону двери находится Алевтина Грёжес. А вот как она в заточении оказалась, если два дня назад на балу была — загадка.
Рэк побери, это слишком! 
Схватившись за голову, опускаюсь на корточки. Звенит в ушах, но не в этом причина минутной слабости. Одно дело — себя из передряги вытаскивать, совсем другое — мать Мага. Если не получится её вызволить, если с нею что-нибудь случится — саму себя не прощу. В который раз охватывает отчаяние, что не имею в своём арсенале стоящих магических умений. Их так не хватает, когда необходимы. И зелья бы не помешали. Или знания Ари Шамэи Грёжес. Остаётся полагаться на собственные силы. Впервые с того момента, как абонесса забрала меня из отчего дома.