Корона Тафелона (СИ)

Колдовство.
Её приковало к месту чужое колдовство.
Но против колдовства тоже есть защита.
— Эрна! — позвала ведьма. Девочка взглянула на неё с безумной надеждой. — Нож… нож, который тебе подарил дядя Виль. Кинь в мою тень. Пусть он вонзится в мою тень.
— Но я…
— Скорее!
Нож, который помог ей когда-то сопротивляться высшему посвящению, для ведьмы означающему безумие. Нож, заговоренный ею ещё семь лет назад. Нож, побывавший в центре сильного и злого колдовства.
— Ну же!
Когда металл пронзил тень ведьмы, она дёрнулась как от настоящей раны. И поняла — теперь она может двигаться. Магда наклонилась и поспешно схватила оружие. Колдун, наконец, очнулся. Увиденное его рассердило, Овелаалуухи затопал ногами, замахал руками и что-то закричал. Слишком быстро, чтобы это можно было разобрать. Обращаясь не к ней. Магда прыгнула. Не к нему — к дочери, двумя взмахами освободила девочку от колдовских пут и толкнула подальше от колдуна. Тени вокруг сгустились, дым стал таким густым, что едва ли что-то было видно. Магда с трудом разглядела костёр и по его отблескам прикинула, куда падает тень Овелаалуухи. Кинула туда нож. Он воткнулся в землю, колдун взвыл громче прежнего… всё закружилось у Магды перед глазами. Тени, головы, клювы… она закричала — страшно, исступлённо, вдруг разглядев в дыму нити чужого колдовства… ведьма ударила по ним руками, кожу обожгло, словно женщина сунула руки в костёр…
Темнота.
Темнота и пустота.
Магда даже не могла вспомнить, кто она и как попала в эту пустоту… есть ли у неё тело и на что оно похоже… а потом… потом…
Горло жгло, словно в него влили жидкий огонь. Лицо горело от оплеух.
— Мама, очнись, — по-прежнему рыдала Эрна.
— Помолчи, Эрлейн, — послышался тревожный голос Виля. — Если сейчас не оклемается…
— То что? — с трудом произнесла ведьма и снова закашлялась. — Зарежешь меня?
— Смотри-ка, помогло! — обрадовался убийца. В его голосе слышалось явное облегчение. Ведьма огляделась по сторонам. Костёр потух, небо развиднелось, но день уже клонился к вечеру. Колдуна нигде не было видно.
— Где… Где Овелаалуухи?
— Ушёл, — сплюнул Виль. — Когда я очнулся, ты что-то рвала в воздухе, он кричал и отмахивался… Враг его знает от чего. Потом он прыгнул в лодочку, тут, у берега припрятал, поганец, и уплыл. А ты рухнула. Как ты всегда делаешь, когда поколдуешь. Я подумал — кто его знает, подлеца?...   Буду за ним бегать, а он за тобой вернётся.
— Что за гадость ты мне дал? — спохватилась ведьма. Она обнаружила, что Виль устроил её на своём плаще, а голову и вовсе положил к себе на колени, но подняться не было сил.
— Украл у Овелаалуухи, — пожал плечами убийца. — Узнать бы, как он это делает.
Ведьма закатила глаза. Напиток не был волшебным, просто немного человеческой хитрости и терпения.
— А если бы это яд был? — спросила она.
— Яд? — с сомнением спросил Виль, и Магда поняла, что он и сам успел приложиться к своей фляжке. — Нее… Ну какой мужик будет такую прелесть портить?
— Так Овелаалуухи всё-таки он? — вмешалась в разговор Эрна. Она всё ещё дрожала от страха, но любопытство оказалось сильнее.
— А, Враг его знает, — отмахнулся убийца. — Может, и баба. Баба и отравить могла. Вредные вы все, бабы-то.
— Виль, прекрати, — поморщилась ведьма и попыталась подняться.
— Что, Маглейн, совсем силёнок не осталось? — наполовину сочувственно спросил убийца, когда ведьма едва смогла пошевелиться. — Вот любишь ты на чужом горбу ездить…
— Прекрати, — повторила ведьма и нахмурилась. Что-то было не так… — Виль!
— Виль то, Виль это… — отозвался убийца.
— Виль, он пытался нас убить! — настойчиво сказала ведьма. — Он хотел отдать нас тем духам, которые за ним гонятся. Помнишь, он рассказывал, ещё при первой встрече!
— Даже так? — усмехнулся Виль.
— «Даже так»?! Он хотел нас убить!!!
— Да понял я, не ори. Я давно догадался. Только сглупа решил, что он до завтра подождёт, вот тебе и не сказал. Но ничего, ты прекрасно ведь справилась. Ещё бы так не раскисала, цены б тебе не было, Маглейн.
 
— Ты знал?! Ты позволил, чтобы я… ты сам мне велел у него учиться!
— Конечно, велел. А ты хотела всю жизнь крестьян запугивать да бормотать над зельями заговоры? Гляди, как он умеет! Хоть что-то успела разобрать, а, Маглейн?
— Ты… ты нарочно…
— Какая ты тихая, когда двигаться не можешь, — издевательски заметил убийца. — Связывать тебя, что ли?..
— Да ты!..
Ведьма дёрнулась, пытаясь не то вскочить, не то отодвинуться от своего товарища, — и села.
— Во, другое дело! — одобрил Виль. — Давай, в себя приходи — и пойдём домой.
— Домой, — грустно усмехнулась ведьма. Она так хотела домой!...   может, хоть теперь её Виль отпустит?
— И нечего кукситься. Маглейн, самой-то не надоело? Вот тебе ещё папаша Виль сопли не вытирал. Вставай-вставай, ты за зиму-то отъелась, я тебя не потащу. Ну, чего смотришь? Если бы я тебе сразу сказал, что этот Овелаалуухи скотина, я б тебя к нему не заманил и ты б дурочку не сыграла. Зато теперь мы знаем, что такие колдуны умеют.
— Зачем тебе это знать? — спросила Эрна, которая до того побаивалась вмешиваться в ссору взрослых.
— Зачем надо, — коротко отрезал Виль. Магда отстранилась от него, кое-как встала на четвереньки и, отталкиваясь руками от земли, поднялась на ноги. Колени дрожали, но, во всяком случае, держали. — Вот, молодец. Можешь же!
— Он хотел нас убить, — снова произнесла ведьма. — Мы могли погибнуть!
Виль тоже поднялся, взял названную сестру за плечи и встряхнул.
— Окстись, Маглейн. Ты одна прервала высшее посвящение — а над ним трудились все старшие ведьмы с Бурой башни. От этой, рыжей-то, Денны с её идолом отмахалась. С чего б мы сейчас погибли, а? Стал бы я с собой кого попало таскать. Последний раз тебя хвалю, чтобы больше не напрашивалась, поняла?
Ведьма покорно кивнула. Её всё ещё трясло. Дочь подошла к ней и прижалась. Девочку тоже колотило — от пережитого ужаса и, как поняла мать, ещё и от боли. Что бы ни происходило во время колдовского транса, для Эрны это было больно.
— Уйдёмте отсюда, — предложила Магда. Ей было неуютно. Краски словно выцвели. Серый закат сиял над муторно-чёрной рекой… то ли звенело в ушах, то ли слышались навязчивые шепотки…
— А я о чём? — проворчал Виль, поднимая с земли свой плащ. Ведьма оглянулась по сторонам, разыскивая оборотницу, но той нигде не было видно. Или… Вон там?...   Ведьма посмотрела в сторону — но там ничего не было. Прячется она, что ли?...   Что-то вроде виднелось где-то сбоку, но, как Магда ни вертела головой, ничего не могла разглядеть. Только в ушах зазвенело сильнее прежнего… Или это был не звон, а… шёпот? Пение?...   Виль свистнул, хлопнул себя по ноге — раздался жалобный скулёж. Виль снова свистнул. Из камышей к ним выполз насмерть перепуганный волчонок — с прижатыми к голове ушами и поджатым хвостом. Ведьма снова огляделась. Что-то не так было в длинных вечерних тенях.
— Виль… Эрна… вы видите?...   — выдохнула Магда, вцепляясь в руку товарища. — Вы их видите?!
— Что, Маглейн? — недовольно спросил убийца.
— Ты чего, мамочка? — испугалась девочка.
Спрашивать оборотницу было бесполезно, она не говорила в обоих своих обличиях.
— Духи, — простонала ведьма, закрывая лицо руками. Теперь она видела их куда яснее… когтистые лапы тянулись к лицу, хватали за ноги, цеплялись за руки… У самых глаз мелькали пугающе-острые клювы. — Он наслал на нас своих духов!
  
Глава третья
 
Начало розысков
 
Наёмники Увара воспользовались старой нагбарской дорогой — путь через лес ещё не был проложен, — и вышли к земляным стенам Пьярбе. Городок показался Врени неказистым. В Тафелоне даже самые бедные города одевались в камни. А тут… впрочем, с камнями у них, верно, плохо, в этих лесистых и болотистых землях. Как рассказывал Увар, в городе «сидел» князь Галлают, про него наёмники много слышали. Причём как плохого, так и хорошего. Словом, обычный был князь. Не хуже других. Сидел — то есть управлял этим городом, как поняла Врени. Почему он делает это сидя, она так и не сумела взять в толк.