Колонист "Вано" (СИ)
И тут у Костромы внутри будто бомба взорвалась…
Я так и не понял, каким образом копьё Туза перекочевало ей в руки, а сам он оказался на земле, держась за кокушки и подвывая… Это случилось слишком быстро для моего восприятия. Одно смазанное движение – и результат…
Но вот как лишились копий оставшиеся два гопника, я заметить успел… К Костроме они стояли боком, уделяя внимание мужикам, а не хрупкой на вид девушке. Поэтому даже не успели развернуться, когда им обоим по рукам прилетело тяжёлым деревянным древком, которое грозно прогудело, рассекая воздух.
Удар пришёлся по кистям, сжимавшим оружие. И оказался он таким сильным, что шансов не разжать руки у гопников не было. Под крик Маши: «Прекратите уже!» два копья полетели на землю.
И немедленно были подхвачены Сочинцем и Дунаем.
А Кострома, как грозная Валькирия, опёрлась на третье копьё, поставив ногу на воющего от обиды и боли Туза. После чего оглядела гостей и громко повторила:
- Когда я говорю: «Валите!» – вы валите. Когда я говорю: «Заткнулись» – вы затыкаетесь.
- Мы поняли… Всё! Хватит ссор! – сразу же вмешалась Маша. – Отдай им их копья, и мы уходим!..
- Разве, мать твою, я сказала: «Идите сюда за своими приблудами»? – воскликнула Кострома. – Разве я сказала: «Маша, можно вякать херню»? Нет! Я сказала: «Валите отсюда к бабуям!». Так какого хрена вы ещё здесь, ушлёпки?!
- Оружие… – попытался попросить Борис.
И еле увернулся от прогудевшего в воздухе древка копья.
- Сука, я за себя больше не отвечаю! – взвилась Кострома. – Ещё один «вяк» про копья, и я его верну остриём в живот!..
И тут я понял, что нахожусь в очень неудобной позе… Я не встал, но и не сижу. Так и застыл, как какающий мальчик. Поэтому пришлось выбирать, что делать. То ли сесть, то ли встать, то ли уже свои делишки сделать. Благо, повод обосраться имелся…
Я решил встать.
- И козырь свой заберите! – Кострома сняла ногу с Туза, а затем от души отвесила ему в живот.
Гости всё ещё растерянно переглядывались. А наша валькирия уже как ни в чём не бывало вернулась на своё место. И заговорщицки подмигнула мне.
- Я же говорила, броня – не лучшая защита!.. – прошептала она.
- Ну, чего стоите? – спросил Сочинец, которого маленькое шоу Костромы, похоже, ни разу не удивило. – Взяли Туза и ножками отсюда – топ-топ!
И наши незваные гости ушли.
Плохо так ушли… По пути они оглядывались и бросали на нас злобные взгляды. И, тем не менее, не проронили больше не слова.
Итак… Конфликт созрел и вышел на финишную прямую. А у бедного-несчастного Вано по-прежнему был только топор да копьё.
И что ему прикажете делать? Иголкой из швейного набора защищаться?
Правило №3 успешного и живого колониста неизученных планет (отредактированная версия с уточнениями и следствиями).
Не верь другим колонистам! Никогда не доверяй их словам на все 100% – ни-ког-да! Особенно не верь словам, которыми они выражают согласие с твоей ценной и весьма разумной точкой зрения, которая им не нравится!
Потому что на словах они согласятся с этой ценной и разумной точкой зрения, но, если она будет мешать их собственному благополучию (или противоречить их ценной и разумной точке зрения), её посчитают блажью дурака. А с дураками спорить не надо – надо соглашаться.
И, когда придёт час, они поступят так, как посчитают нужным, не считаясь с данными ранее обещаниями.
Уточнение №1 к правилу №3 успешного и живого колониста неизученных планет.
Успешный и живой колонист поступает так, как того требует выживание. А потому – не верь, в первую очередь, собственным обещаниям, какими бы разумными они ни казались в момент, когда ты их даёшь. И тогда не будешь сам собой обманут.
Следствие №1 из правила №3 успешного и живого колониста неизученных планет.
Все колонисты врут и нарушают обещания. Однако это не означает, что любое обещание будет нарушено.
Чем больше обещание соответствует задаче выжить, и чем меньше оно мешает выполнению правила №1, тем больше шансов, что на него не положат болт.
Глава 22. Чересчур гигантские
Дневник Листова И.А.
День восьмой. Много суеты из ничего для ничего, а ещё вопрос горчичного зерна и гор.
- Вот так вот… – Сочинец вернулся на валун, который занимал во время собрания, и оглядел присутствующих. – Если кто-то думает, что теперь можно ходить в гордом одиночестве, то зря… Всё ещё нельзя.
- Но они же теперь без оружия! – возразила Пика.
- Если вырвать клык у бешеной собаки, у неё останутся другие зубы! – негромко, но веско напомнила Кострома. – А то, что они собаки бешеные – надеюсь, теперь каждому наглядно видно.
- Не надо собак обижать! – попросил Чемодан. – Они хорошие. А эта гопота – дерьмо полное…
- Ну да, как будто меня сейчас уважение к собакам волнует! – фыркнула девушка.
- Ребятушки, да вы поймите наконец-то!.. – взмолился Сочинец, прерывая спорщиков. – Нам всем и камнем по башке хватит, чтобы ноги протянуть! А камней тут – вон, целое поле. Они уже попробовали крови! Они уже убили людей! Они не остановятся!
- И что теперь? – поёжившись, спросила Аня.
- Готовиться теперь… – хмуро ответил военный. – Готовиться и всегда быть начеку!
Собрание закончилось как-то скомканно. Люди разбредались по своим делам, но пока держались группами. Как и обещали Сочинцу. И я тоже искал себе группу.
Правда, мои насущные дела особо никого не волновали. Кострома и Дунай пошли дочищать шкуру, на которую мы возлагали немалые надежды. Аня и Трибэ отправились собирать дрова. Девушки Чемодана вернулись в капсулы, а сам Чемодан с Сочинцем ушёл к обрыву.
И как-то само собой получилось, что я остался один. В нарушение всех приказов.
В общем, я не стал терять времени даром. И воспользовался моментом. А именно, сбежал в лес.
Я ведь как раз успел проверить каучук, пока Сочинец пытался сплотить наши ряды. Оказалось, что для копья и топора «грибной материал» не слишком подходит. Несомненно, ему было несложно найти применение. И даже тысячу применений. Но я-то не Юлий Цезарь, чтоб сразу и обо всём думать.
Если с кем меня и сравнить, так разве что с Нероном! Спалить всё ради искусства – это я могу. И всё-таки надо было доделать оружие… Поэтому я решил искать хорошую смолу.
С собой взял обрезанное горлышко от той бутылки, в которую налил каучук. Этого объёма хватало, чтобы проверить каждый образец у костра и снова отправиться на поиски.
Я, наверно, раз сорок сходил в лес и обратно за полдня… Ноги под конец аж гудели от напряжения. А в какой-то момент я и вовсе слишком углубился в чащу. И даже не сразу заметил, как слегка заплутал.
Вот тут-то и обнаружилось кое-что приятное. Оказывается, далеко не весь лес представлял собой покров гниющих мёртвых растений. Есть и такие места, где можно даже спать на земле. Да и наверху там нашлось, на что посмотреть… Я стоял среди зарослей какой-то гигантской травы, листья которой срастались у основания, образуя короткий и толстый ствол – а потом распускались над головой широкими лопухами.
То тут, то там были видны ножки ещё более громадных растений – большей частью, грибовидных. Упругий белый ствол возносился к небу, поддерживая обширную, хоть и тонкую шляпку, сквозь которую проникали лучи солнца. А ещё эту шляпку увивали вьюны, которых я бы с удовольствием собрал. Правда, они находились слишком высоко: и не допрыгнешь даже.
Из земли, сквозь шуршащую сухую подложку, пробивались зелёные побеги молодой поросли. Гигантской травы или ещё чего-то? Не знаю. Я как раз хотел присмотреться, как…
- Ш-ш-ш-ш-ш! – тихо зашипел кто-то из темноты.
Самое время уносить ноги… Но я-то слегка заблудился. А значит, теперь не знал, куда бежать. Бегство без цели хорошо лишь тогда, когда ты уверен, что окажешься быстрее противника.