Колонист "Вано" (СИ)
- Они так не считают, похоже! – заметила Сандра, суровая брюнетка.
- Они этого не признают публично! – не согласился Сочинец. – Но их действия показывают, что всё они понимают. Пока Туз с приятелями договариваются с нами. И пока готовы на компромиссы. А вот когда у них появится преимущество – буром попрут на нас. И это второе, что я хотел бы до вас донести.
- А они точно?.. – начала было «воробушек» Саша, но смущённо замолкла.
- Они точно! – сурово припечатала Кострома. – Поверь битой жизнью дуре, которая однажды решила стать солдатом: миром мы с ними не разойдёмся.
- Ладно, это проблемы будущего!.. – отмахнулся Сочинец. – Пока я хотел бы донести до всех то, что многие и так уже знают. Мы с Вано нашли Алтарь Вознаграждения. Он находится на соседнем плоскогорье, за лесом. И пройти к нему можно по той самой промоине, где мы деревья валили. И, самое главное, группа Туза и Романа тоже об этом знает. Ну а я бы хотел договориться с ними о совместном походе.
- Зачем?! – Аня возмущённо посмотрела сначала на Сочинца, потом на меня. – Зачем вы им вообще про Алтарь сказали? Они бандиты, насильники…
- Всё так! – кивнул Сочинец.
- Так надо… Надо самим на них напасть! Надо с ними разобраться! – выкрикнула Сандра, а Аня одобрительно закивала.
- А с кем я должен нападать-то? – Сочинец усмехнулся и посмотрел на брюнетку. – Группой-то мы вроде как стали, Сандра. А вот сработаться и понять друг друга… Нет, этого пока не смогли. У нас шесть мужчин и девять женщин. Знаешь, на скольких из вас я готов положиться?
Сандра ожидаемо мрачно промолчала, так же ожидаемо глядя исподлобья горящим взором юной революционерки.
- На троих мужчин и одну женщину, – ответил Сочинец сам. – На Дуная и Вано с Трибэ, да на Кострому. Они точно не встанут соляными столбами в бою. А значит, и не погибнут без всякой пользы.
- Это всё ваш армейский шовинизм! – возмутилась Сандра.
- О да, он тоже присутствует!.. – кивнул Сочинец. – Но в данном случае он обоснован. Я, Дунай и Кострома – люди с боевым опытом. Какой-никакой, но он у нас есть. Мы учились убивать, мы умеем убивать и не боимся это сделать. Но Вано я упомянул не потому, что он служил. Я даже не знаю, служил ли он. Кстати, Вано?
- Неа! – вставил я свои пять копеек.
- Ну и ладно. Когда потребовалось, он не побоялся и на конфликт пойти, и противника копьём ткнуть! – кивнул Сочинец. – Поэтому я знаю: он не побоится и не подведёт. А ты, Сандра? Ты уверена, что сумеешь ударить врага камнем по голове?
- Да! – с жаром выпалила та.
А вот я был уверен, что не сумеет. Сандра, высокая и гибкая брюнетка с серьёзным лицом, была той девочкой-отличницей, которая добивалась своего усидчивостью – даже если её усидчивости не хватало на пятёрки. Весь тот «пламень справедливости», который она сейчас демонстрировала, был просто пшиком зажигалки, оставшейся без газа.
Почему я так уверен? Да потому что она одной из первых прибилась к Чемодану. И потому что видно было у костра Романа, что она до одури боялась гопников – а, в особенности, Туза. И ещё ей очень нравился правильный мальчик Роман, но решимости подойти, видимо, не хватило.
В её голове были в кучу спрессованы истории про «благородных» революционеров и бомбистов, про справедливость и благородство, рыцарскую честь и королевское достоинство. А все эти истории зачастую с реальностью не имеют ничего общего.
В тот момент, когда Сандра впервые столкнётся с кровавой действительностью – например, в виде необходимости размозжить чей-то затылок – она замрёт. И будет думать: благородно ли это? А в тот момент, когда надо будет всадить оружие в тело врага, начнёт рассуждать о справедливости. И закончится это тем, что враг сам в неё что-нибудь острое воткнёт – лишь бы заткнуть фонтан неиссякающего романтизма.
Зато стоило ей выпалить это своё горячее «да», как сразу стали видны и её ободрившиеся соратники, и им сочувствующие. Аня, вон, изо всех сил сверкала глазами. Чуть дырку в снегу не прожгла. Видимо, не в состоянии была забыть, как её чуть по кругу не пустили. Ну что ж, её хоть понять можно…
А ещё одобрение было на лицах Прокачуна, Пики и – не поверите! – двух застенчивых «воробушков» Лизы и Саши. Вот сколько раз замечал: чем тише омут, тем более кровавых расправ его рогатые обитатели требуют. Прямо закономерность какая-то... Может, этим людям сдерживаться надо не так сильно, как они себя обычно сдерживают? Тогда и чуть добрее к окружающим будут?
- А я вот не уверен, что ты сможешь, – улыбнулся Сочинец. – А раз не уверен, то как я могу отвечать за тебя в бою?
- Ты за меня можешь не отвечать! Я сама решу! – насупилась Сандра.
- Конечно, можешь… Сама решишь, сама нападёшь, сама победишь. Так? – спокойно спросил военный.
Сандра молчала долго. Попавшись в словесную ловушку, она явно пыталась что-то для себя решить. И я даже знаю что. Обычно в такой ситуации надо либо доказывать свои слова делом, либо признавать, что погорячился.
- Нет, сама не нападу… – наконец, призналась девушка.
- Значит, нападать ты хочешь вместе со всеми! – кивнул Сочинец. – Но я не пойду на такое, пока не буду уверен в людях, которым доверю свою жизнь. И Дунай не пойдёт, и Кострома не пойдёт…
- И я не пойду! – согласился я.
- И я бы не стал, – мрачно подтвердил Трибэ.
- Да что же вы?! – расстроенно воскликнула Аня.
- А они просто голову не потеряли от обиды! – припечатала её Кострома. – Ты у Трибэ спроси, каково это – стоять с одним каменным осколком перед толпой людей. Спроси-спроси! Это он тебя отбил! Думаешь, это легко? Ты и Сандра думаете, что в такие моменты человек только благородные порывы испытывает? Да ни хрена! В такие моменты человек сосредоточен на том, чтобы сфинктер на заднице не расслабился, и дерьмо на ноги не вывалилось!
- Эй! – возмутилась Аня.
- Что «эй»? – Кострома, усмехнувшись, посмотрела на девушку. – Так и есть, красотка! Оглянись! Ты где-то видишь скачущих розовых пони и единорогов с эльфийскими рыцарями на спинах? Хрен там! Вокруг гопники, солдатня и Вано!
- А я что? Я ничего! – я сразу подал голос.
- Да ты один тут вооружён до зубов! – Кострома ткнула пальцем в мой топор и копьё.
- Это инструмент защиты! Я просто очень люблю жизнь! – пафосно провозгласил я.
- Про ядерное оружие тоже так говорили! – кивнул Сочинец. – Я тебе верю, Вано! Но, в общем и целом, я с Костромой солидарен. Пока у нас тут куча нервных женщин, которых можно напугать просто кульком местных насекомых. И вот это факт. Так что ни нападать, ни, тем более, провоцировать развитие конфликта – не в наших интересах. Чем лучше мы к нему подготовимся, тем с меньшими потерями пройдём. Согласна, Сандра?
Несмотря на то, что девушка кивнула, вся её поза, выражение лица и горящие глаза говорили об обратном. Согласие было формальным, но даже это было лучше, чем бесконечные споры.
- Я бы вообще предпочёл какое-то время сотрудничать с той группой. Нам было бы неплохо сохранить единство… – Сочинец покосился на Кострому.
- Они просто усилятся и нападут!.. – буркнула она. – Как только решат, что готовы – так сразу. И не стенка на стенку!
- Да, это я уже слышал, – кивнул Сочинец. – И это будет глупостью.
- Ты же видел Туза! Это воплощение глупости в нашем грешном мире! – Кострома пожала плечами, но дальше спорить не собиралась.
- Когда в товарищах согласья нет, на лад их дело не пойдет. И выйдет из него не дело, только мука… – неожиданно для всех выдал Чемодан. – Везде споры!.. Я считаю, надо забыть про споры. Хотели идти к Алтарю Вознаграждения? Надо идти. Если ты, Сочинец, хочешь, чтобы из той группы народ пошёл с нами – значит, надо соглашаться. Худой мир лучше доброй ссоры.
Не согласен! Категорически! Но молчу! Вот ради этого худого мира. В случае с Тузом худой мир может быть только если этот авторитет недоделанный будет лежать на земле с переломанными рёбрами и выбитыми зубами. Зато очень мирно!..