Папина дочка (ЛП)

  
Уильям Ф. Нолан
 
Папина дочка
 
William F.Nolan — Daddy's Girl 
© 1989 by William F.Nolan — Daddy's Girl 
© Константин Хотимченко, перевод с англ., 2023
 
Перевод выполнен исключительно в ознакомительных целях и без извлечения экономической выгоды. Все права на произведение принадлежат владельцам авторских прав и их представителям. 
 
* * *
Из файла "Дело Робина"
Это была одиночная ночная работа.
Брюс уехал в Вашингтон, чтобы прочитать лекцию об экономических предпосылках инфляции на деловом съезде, а меня попросил остаться здесь, в Готэме. Моя работа заключалась в поимке Человека-Кота, очень ловкого похитителя драгоценностей, который в полночь, по очереди, обчищал все богатые особняки Вест-Сайда. Многие возмущенные жители Готэм-Сити требовали его ареста, но полиции никогда не удавалось его поймать, не говоря уже о том, чтобы арестовать. Схватить его, когда Бэтмена не было в городе, было моей обязанностью. Можно даже сказать — делом чести.
— Как ты знаешь, бродячая кошка имеет тенденцию следовать установленному маршруту, — напомнил мне Бэтмен. — Поэтому все, что нам нужно сделать, чтобы выяснить, где наш Человек-Кот будет рыскать в следующий раз, это провести контртриангуляцию района его предыдущих ограблений, ввести фиксированные координаты его вероятной зоны присутствия, и мы сузим ее до цели в один квартал. Все просто!
Когда Бэтмен проделывает такие вещи, он напоминает мне Шерлока Холмса — но у старого Шерлока никогда не было Бэт-компьютера для работы. Наш компьютер выдавал информацию о районе в один квартал, особняк за особняком, так что нам оставалось только установить слежку в предполагаемом секторе и ждать появления злодея.
— Тебе предстоит прибить хвост этого Челоека-Кота к забору, — сказал он мне однажды.
— Не волнуйся, я заставлю его вопить, — пообещал я, — Как котенка!
Итак, я был на своей одиночной ночной вылазке. Я приехал на Бэтмобиле, но отправил его обратно в Бэтпещеру; я не хотел, чтобы наш Человек-Кот засек его в этом районе. Бортовой компьютер на автопилоте погнал его обратно — как хорошую лошадь отправляют домой в конюшню.
Теперь я охотился, держась в тени деревьев вдоль Лесной авеню и используя инфраскоп для сканирования зданий на предмет возможной активности Человека-Кота. Над Готэм-Сити висела полная весенняя луна, окрашивая крыши и тротуары тусклым светом. Прекрасная ночь для романтики и преступлений.
Я был рад быть здесь, под чистым небом, на задании, а не торчать в Вашингтоне, как Бэтмен. Несмотря на все годы ловли мошенников, преступников и маньяков азарт охоты никогда не ослабевал. В такую ночь моя кровь бурлила, а все тело было в боевой готовности — каждый мускул напряжен и готов к действию. Для настоящего борца с преступностью что еще нужно?
Именно тогда я увидел — Человека-Кота. Его любимым оружием были пара стальных перчаток с когтистыми наконечниками и острый, как бритва, "катаранг", орудуя которым он пробирался по виноградной лозе к крыше особняка, большого викторианского строения, расположенного далеко в стороне от улицы и почти утопающего в густых деревьях.
Я пробормотал:
— Попался, котик!
И направился к черной железной ограде особняка. Я вскочил на ноги и помчался к высокой стороне дома, возвышавшейся впереди меня, как белый айсберг под луной. Я двигался по траве, тенью, быстро, без звука, и он даже не подозревал, что я иду за ним.
Я вскарабкался на крышу и добрался до нее как раз вовремя, чтобы увидеть мистера Человека-Кота, который присел рядом со световым люком, пытаясь выбить замок ломом. Это был высокий струноподобный парень, весь в черном латексе, в черной шляпе и черных кожаных перчатках, а его острый клювастый профиль напомнил мне Пингвина. Очевидно, он решил, что никого нет дома, так как не пытался действовать тонко, чтобы попасть внутрь.
 
Я пробирался по крыше, улыбаясь, уверенный в своей победе. Поймать эту кошку будет проще простого.
Я ошибся. Когда я был всего в двух шагах от него, он задрал голову, издал ядовитое кошачье шипение и бросился на меня с тяжелым ломом, который не доставил бы мне никаких проблем, если бы моя правая нога не зацепилась за рыхлую черепицу, выведя меня из равновесия.
Лом Человека-Кота врезался мне в грудь, и выпустив весь воздух я обмер, в попытке вздохнуть. И в этот момент Человек-Кот схватил меня за шиворот и бросил головой вперед через стеклянный люк. Я почувствовал, что падаю сквозь пространство. Затем сильный грохот, звон разбитого стекла и темнота.
Кромешная тьма.
Далее я увидел нежное белое лицо, парящее надо мной, — лицо красивой молодой женщины с круглыми, темными, испуганными глазами, похожими на глаза олененка в лесу.
— Привет, — сказала она голосом таким же мягким, как и ее глаза. — Болит ли у тебя плоть?
Странный вопрос.
— Мое... тело из плоти?
Вокруг меня все прояснялось. Я находился в большой спальне, скорее всего, в ее спальне, поскольку все было розовым и плюшевым. И молодая леди тоже была одета в розовое кружевное викторианское платье с широкой юбкой, которое можно было бы надеть на костюмированный бал прошлого столетия.
Я попытался сесть.
— Ай! — простонал я, схватившись за бок. — Это действительно больно.
И тут я понял, что на мне белая шелковая пижама. Мой плащ, маска и одежда исчезли! Это было серьезно, ведь никто в Готэм-Cити не должен был видеть Робина без маски. Бэтмен будет очень зол на меня за это!
— Кто ты? — спросил я девушку.
— Сью-Эллен, — мягко сказала она.
— Какая еще Сью-Эллен?
Она покраснела.
— У меня нет фамилии. Иногда я даже не чувствую себя настоящим человеком. Ведь у настоящих людей есть фамилии, а отец никогда не говорил мне, какая у меня.
— Рискну предположить, что такая же, что и у него, — заметил я.
Красотка в розовом улыбнулась.
— Но я и этого не знаю. Я просто называю его отцом. — Она моргнула на меня. — А как тебя зовут?
— Я... Я не уполномочен раскрывать свою истинную личность.
Ее глаза расширились.
— Ты из ФБР?!
— Нет. Но я тоже борюсь с преступностью.
— Так вот почему ты носишь маску?
У нее были длинные светлые волосы, обрамляющие овал лица; лунный свет из окна делал их сияющими, как ореол.
Я поправил подушку и сел прямо.
— Разве ты не видел мою фотографию в газетах?
— Я никогда не вижу газет. И журналов тоже. Отец не приносит их в дом.
Она застала меня в полном костюме, а Робина много раз показывали по телевизору.
— Ты, наверное, видела меня по телевизору?
— У нас здесь нет телевидения, — сказала она. 
Затем она снова улыбнулась и засияла. Я был ошеломлен ее бледной красотой.
— Но я знаю что это такое!
Этот сюрреалистический разговор ни к чему не привел; пора было его заканчивать.
— Извини, но мне пора уходить, — сказал я ей. — Как долго я был в отключке?
— Около десяти часов. Но ты не можешь уйти. Никто никогда не покидает этот дом, кроме отца. А он сейчас далеко. Далеко, далеко и еще раз далеко.
— Нет, правда, — сказал я, — я должен идти. У меня есть еще дела. Просто принеси мне одежду, в которой я был, когда ты меня нашла.
Она покачала головой.
— Я хочу, чтобы ты остался здесь со мной. Ты первый человек из плоти, которого я когда-либо знала, кроме отца.
— Послушай, Сью-Эллен, — сказал я, перекинув ноги через край кровати. — Я очень ценю то, что ты для меня сделала — вправила мне ребро и все такое — но я должен немедленно уйти, — Я встал. — Даже если мне придется выйти отсюда в шелковой пижаме.
— Горк остановит тебя, — заявила она. — Я сказала ему, что ты должен остаться. 
И она щелкнула пальцами.