Арчибальд (СИ)
Или нет. Арчи не знал. Добрый отец — это то, чему ему правда не хватало в последнее время, а тут — такая резкая перемена.
Ребёнок закусил губу: «Нет, это обман. Всё просто не может, не должно быть хорошо, — сказал он себе». Просто показалось, он надумал, не более.
— Что сказал? — спросил стоявший в дверях хозяин квартиры, кивнув на телефон.
— Что я могу валить на все четыре стороны.
Снова в спальню вернулись.
— Шик. А музыка тебе совсем не зашла? — Продолжил расспросы Карл, успевший к тому моменту выключить проигрыватель.
— Неплохо, — признался, упав на кровать. — Могло быть и хуже, сам знаешь, я другие штуки люблю.
— А поиграться хочешь? — кивнул в сторону приставки.
— Чуть позже. Я поговорить хочу, — ответил тот. — Не только о твоём творчестве, а вообще.
Карл заинтересовано склонил голову набок.
— О чём? Не так, — махнул рукой, призывая молчать, — я сделаю бутербродов, а ты пока подумай, добро?
Не дожидаясь ответа, школьник покинул комнату.
Спустя какое-то время вернулся с новой тарелкой закуски.
— Скажи, — начал Арчибальд, подбирая слова, — вот ты кучу всяких миров придумываешь. Этот твой Луашта — это ведь далеко не первый, так? Ты о разных местах и временах писал, а зачем?
— Ну, — немного подумав, ответил Карл, наминая новый сендвич, — мне нравится их придумывать. Круто, что существуют миры, о которых можно поговорить, разве нет?
Арчибальд понимающе усмехнулся. Кто не представлял себя Большим Змеем и не мечтал о подвигах варвара из Киммерии, тот вряд ли поймёт.
— Но у тебя же почти нет друзей, кроме меня и этой твоей Элины. Разве не повод уйти в тот мир, где они будут?
— А что мне там делать? Там нет «Пудис», да и с «Колой» там тоже наверняка всё плохо. Дети — не взрослые, заводы строить не станут, значит, газировки не подвезут. Да и вообще — зачем выбирать какой-то отдельный мир, когда я могу быть здесь, и создавать много? А друзья… — тут мальчик развёл руками. — Они не умеют делать такие бутерброды. И с кем мне тут дружить, сам подумай? Ну, вот ты есть. Ной из соседней школы, я с ним на олимпиаде познакомился. Элина. Вы классные и умные, остальные — такое.
— А что если ты мог бы жить там, и продолжал создавать другие миры? И притащить туда нас.
— Так я этим и тут заниматься могу, ничего бы не поменялось, — возразил Карл. — Мне нравится, как всё идёт. Тебе бы с Элиной поговорить, она тоже в фантазиях летать любит. Столько об этом… как его… Дримляндия, или Дримлэнд…
— Страна Грёз, — машинально поправил Арчи.
— Да, она самая, так вот, она мне столько о ней рассказывала, видел письма? Половина из них ей посвящена. Собери и опубликуй — уже сборник рассказов получишь, я ей даже предлагал помочь с этим.
В ответ на это Арчибальд тихо посмеялся, покачал головой.
— Что? — непонимающе, даже немного обиженно спросил Карл.
— Всё хорошо, — успокоил его друг. — Так, выходит, несмотря на то, что ты это так всё прописываешь, продумываешь, можно сказать, живёшь своими мирами, тебе они не нужны?
— Ну что значит не нужны! — возмутился парень. — Я люблю и ценю всё, что я делаю. Вообще, знаешь, — он перешёл на шёпот, — я думаю начать писать роман. Не по этому, по другому, более старому миру, Бейн-Абин, про пустыню, где сияет чёрное солнце. С главным героем — чёрным эльфом-наёмником, и его другом гномом на корабле, который может кататься по песку. И про драконов с сокровищами, я даже сюжет почти продумал, хочешь расскажу? А Луашта — он классный, и это правда пока что лучшее, что я придумывал, только боюсь пока о нём что-то серьёзное писать. Приключений хочу, а история о таком мире, мне кажется, должна быть о чём-то таком, что и вообразить нельзя. Как воображу, там видно будет.
— Чуть позже — да, расскажи, — кивнул Арчибальд. — Ты же рисуешь ещё. Есть наброски?
— Ага, целый альбом извёл.
С этими словами мальчик потянулся к верхнему ящику комода.
— А если допустить, что ты по-настоящему можешь оказаться в одном из своих миров, какой бы ты выбрал?
— Этот, — однозначно ответил Карл, как отрезал. — В моих мирах я бы, во-первых, не выжил — они для крутых парней, а не для меня, а во-вторых — я хочу быть богом, а бог миры создаёт, но не спускается в них, понимаешь?
— По-твоему — бог — такой же школьник, как и все мы, просто в своём мире?
— А почему бы и да. По крайней мере, это многое объясняет, — рассмеялся Карл.
— Ага… — протянул Арчи, вздохнув спокойно.
Всё-таки он не ошибся: его другу действительно всё равно.
— Хотя, — добавил Карл, немного подумав, — я бы пришёл посмотреть. Хотя бы и тот же Луашта, с этим городом для детей. Так, не надолго, просто пожить там, пообщаться с теми, кто оказался там. Может, подружиться с кем-нибудь. Элине показать, ей он очень понравился. Да, хотя бы погулять я бы не отказался. Кстати, — вскинув руку, прервал он себя. — Ты же ведь слышал про этот дом на окраине города?
— На ***штрассе, 9, так? Конечно!
— Так вот, ты же знаешь, что там ещё при королях ведьм судили? А где нечистая сила…
— Там и иные миры, — закончил за него Арчибальд.
— Так вот, — продолжил Карл, — я копался в библиотеке, и нашёл-таки книги по метафизике, и всё-таки были такие алхимики, которые с помощью чёрной магии и каких-то сложных формул могли искажать реальность. Я не верю, что это сработает, но поиграться можем. Мне для персонажа опыт нужен. Ты только представь…
Дальше мальчик всё додумал за друга: Карл может ошибаться и не верить, но своим неведением он, по крайней мере, поможет самому Арчи исчезнуть отсюда. Главное он уже выяснил, и теперь можно домой.
Его друг в деле.
СТИХ ПЯТЫЙ. «СВЕТЛЫЕ МЕЧТЫ, СТАРЫЙ ДОМ НА ОТШИБЕ, МОСТ ЧЕРЕЗ ЗВЁЗДЫ И ТРИУМФ ВОЛИ»
Вечер и ночь у Карла — это приятно. За музыкой и играми, просмотром «Космической Одиссеи» и обсуждением героического фентези друзья провели остаток дня. Выбирались на прогулку в парк уже под ночь, строя планы на следующий день, и, вернувшись, почти сразу отошли ко сну.
Арчи спалось неспокойно. Выбрав для ночлега родительскую комнату, он то и дело просыпался и ворочался, то угадывая, то дорисовывая очертания своей спальни из Синего Дома, вновь и вновь вспоминал время, проведённое с Немели.
За столько дней вместе он уже совсем отвык спать один. Её тихий и нежный голос, мягкие, ласковые касания рук, крепкие объятья, — снова и снова он мысленно возвращался к ней туда. Хотел рассказать всё, как есть, но слова застывали в воздухе, а к горлу подступал комок. Тянулся к ней — и словно натыкался на прозрачную стену из собственного же льда, а она — она стояла по ту сторону, склонив голову, спрятав лицо за прядями своих волнистых лиловых волос, сложив руки, отведя взгляд.
Уже вот-вот — и он вернётся к ней, обязательно.
По-другому никак.
Она ведь любит, она дождётся. Встретится там, у ворот, вместе с Тохрой и Таолокой, с Трисом, другими. Обнимет его и спросит, не устал ли, как ему внешний мир, не жалеет, что снова с ними?
Скажет, что он дурак, что Карпа — и есть его истинный мир, его дом, где ему рады и счастливы. Всё будет так, не иначе. И концерт все вместе дадут. Извинится перед Императрицей, что ушёл с праздника в его честь, вместо — даст новый, лучше.
Думая обо всём этом, мальчик улыбнулся и, обняв себя за плечи, наконец уснул, отпуская дурные мысли.
С первыми лучами солнца — потянулся и сладко зевнул: сегодня предстояло много дел, и в первую очередь — поход за подарками. Прийти с вещами, которые могли бы порадовать друзей: пластинку и кассету Марлен Дитрих для Немели, фарфоровые фигурки для Амади, тетрадку с нотами Трисмегисту, и сладостей для Императрицы и её подруг. И Тохре нужно было бы подыскать что-то. Лёжа в постели и смотря в потолок, Арчи мысленно перебирал разные варианты, пока не остановился на чёрной футболке с логотипом какой-нибудь группы. По его мнению, такое бы ей подошло.