Локальная метрика (СИ)
Антенн на крыше склада оказался целый лес — спутниковые тарелки, коротковолновые военные штыри, радиорелейки, сотовые бээски, FBWA 8 и прочий радиомусор. Похоже, помещения за складом планировались как штабные. Нужную я отыскал быстро — ёлочка полуволнового вибратора, вертикальной поляризации.
— Вот она.
— Ну-ка…
Ольга отодвинула меня от антенны, приложила к ней свою странную винтовку. К моему немалому удивлению, оказалось, что сбоку у неё откидывается экранчик, как у видеокамеры. Изображение приблизилось, ещё и ещё раз. В прицельной сетке был вокзал.
— Где они могли её разместить, ну? — нетерпеливо спросила Ольга.
— Повыше где-нибудь, — сказал майор, — вряд ли там что-то очень уж мощное, скорее всего, тактический заряд. Его есть смысл поднимать, чтобы волна дальше шла.
— Это?
На экранчике была старая водонапорная башня. Архитектурный рудимент паровозных времен.
— Вполне, — согласился Борух, — я бы там и поставил. Высокие здания не загораживают, волна силу наберёт, полгорода в щебень точно, да и остальное товарный вид потеряет.
Ехали мы, надо сказать, довольно быстро. Как только наблюдатель сообщил, что колонна военных тронулась на выезд, мы рванули к вокзалу на БРДМ-ке, рыча мотором и завывая трансмиссией. Очень всё же внутри неё шумно. Поехали вчетвером — я как единственный условный специалист по всякому электронному, Борух как рулевой этой железной телеги и вообще настоящий мужик, Ольга как ответственная за всё, и Анна — вообще не пойму зачем. Вслед за майором, как мне кажется. Она ничего так, кстати, — кареглазая, черноволосая и крутобедрая женщина семитского типа. Не мой типаж, но не зря на неё майор косится. На мой вкус Ольга лучше. Но возраст, возраст… Ну вот зачем я это узнал, а?
Дмитрию Ольга велела организовать эвакуацию — на случай, если у нас не получится. Усатый сделал недовольное лицо, но мне показалось, что он в герои и не рвался. Хотя я, возможно, пристрастен.
Вокзал имел такой вид, как будто его недавно штурмовали, причем успешно. Россыпи стреляных гильз, побитые пулями стены… Но больше всего меня впечатлила половинка тепловоза, задравшая к небу капот под аркой, увитой кабелями, как веранда виноградом. Какие-то высокочастотные излучатели, но какие и зачем — я даже предположить не мог. Ни одного знакомого блока.
— Ух ты, чем они его так? — майор тоже увидел кусок локомотива.
— Порталом обрубило, — равнодушно сказала Ольга, — чёрт с ним, пойдёмте быстрее. Думаю, как только они отъедут достаточно, то сразу взорвут заряд.
— Достаточно — это куда? — спросил я с понятным любопытством.
— Зависит от мощности заряда. Вряд ли тут что-то, способное снести весь город. Но и тактического килотонн на десять хватит, чтобы сделать тут всё непригодным для жизни надолго. В Хиросиме всего пятнадцать килотонн рвануло, к слову. Мелочь по современным меркам…
Вот за таким приятным воодушевляющим разговором мы и добрались до водонапорной башни. Сказать, что я нервничал — это очень сильно мне польстить. У меня подкашивались ноги, слабели руки, слегка плыло в глазах и даже подташнивало. Старался делать вид, что это вовсе не я сейчас грохнусь в обморок со страху, но, кажется, выходило не очень убедительно. Ольга и Борух периодически на меня косились тревожно, но никак не комментировали. Говно из меня герой, будем честными. Вот майор идёт — и ему хоть бы хны. Деловой такой, собранный. Ольга тоже как будто на прогулке. И даже Анна выглядит так, словно над ней раз в неделю атомную бомбу взрывают. А я думаю только, как бы не блевануть. Пока дошли, я уже так себя накрутил, что чуть не кинулся бегом внутрь, лишь бы быстрее всё кончилось.
— Куда, блядь! — ухватил меня майор за ремень автомата. — Ишь, какой резкий! Тут жди.
Он осторожно подошел к облезлой двери в основании башни и долго её осматривал.
— Что там? — нетерпеливо спросила Ольга, не подходя, впрочем, ближе.
— Заминировано, естественно… — недовольно буркнул Борух. — Карасов сволочь, но не дурак.
— Можешь снять?
— Наверное. Но не быстро. Хорошо накрутили. Сквозь дверь не понятно, что именно, а её только тронь… Надо аккуратно сверлить полотно двери, туда микрокамеру, смотреть, какой детонатор…
— У нас нет на это времени, — решительно сказала Анна, — а ну, бегом все оттуда!
Я оглянулся — брюнетка спокойно раскладывала контейнер гранатомета.
— Эй, там, вообще-то, атомная бомба может быть! — неуверенно сказал я.
— Она от гранаты не сдетонирует, — сказал вернувшийся от двери майор, — башня кирпичная, завалиться не должна… Да, вариант. Анна, вы молодец.
— К вашим услугам, Борис, — кивнула Анна, отходя назад и изготавливаясь к стрельбе. Похоже, она действительно умеет пользоваться этой штукой.
Мы с Ольгой и Борухом присели за бетонным основанием платформы, а брюнетка, вскинув камуфлированную в «песчанку» трубу на плечо, припала к прицелу, на секунду замерла, потом хлопнуло. У башни грохнуло солидней, над нами что-то неприятно просвистело, но и только. Я понял, что подсознательно всё-таки ждал локального ядерного апокалипсиса, хотя умом тоже понимал, что так спецзаряд не взорвёшь. Но организму это не объяснишь, и майку на мне было хоть выжимай от нервного пота. Хорошо, что майку и от пота, а не штаны от… Обошлось.
— Ух, здорово шарахнуло! — Анна улыбалась до ушей, демонстрируя красивые ровные зубы. — Отличная штука этот «Хашим»! Куда лучше РПГ…
Она скинула со спины зеленый рейдовый рюкзак, достала оттуда длинную зеленую гранату с рудиментарным хвостовым оперением и принялась засовывать её в трубу. Борух смотрел на брюнетку так, что Ольге пришлось ткнуть его в плечо. С каким очаровательным фырканьем она сдувает с испачканного копотью носа прядь волос, заряжая гранатомет! При этом довольна, как будто на маникюр записалась. Надо полагать, именно так и должна выглядеть женщина его мечты.
— Можно идти внутрь?
— Погодите, — опомнился он, — сейчас проверю…
Дверь у башни теперь отсутствовала, то место, где она была, стало большой неровной дыркой, но само сооружение устояло и вообще не выглядело сильно поврежденным. Умели раньше строить.
— Чисто! — доложил заглянувший внутрь майор, хоть на мой взгляд там было очень даже грязно.
Меня колотило так, что, пока мы поднялись наверх по узкой спиральной лестнице из ржавого железа, пару раз чуть не навернулся. В ушах звенит, в глазах пелена… Нет, геройство — это не моё.
Бомба не была похожа на бомбу. Я ожидал этакую «боеголовку», как в кино — конус, который на ракету сверху насаживают, — или авиационную каплевидную с крылышками, но наверху пустой, без водяного бака, башни, в перекрестье мощных двутавровых балок на дощатой платформе лежал железный цилиндр размером с бочку-прицеп для торговли квасом. Такие в моём детстве ещё можно было встретить в провинциальных городах. Чтобы затащить сюда эту дуру, наверное, пришлось снять крышу, погрузить краном и вернуть крышу на место. Крашеная зелёной армейской краской, с рёбрами прочности, транспортировочными рымами, чёрными буквенно-цифровыми кодами по трафарету, лючками на болтах, красной круглой херовиной с белой надписью «Для проверки на герметичность» и — аппаратной коробкой сбоку. К ней что-то подключено, но снизу не разглядеть. К платформе приставлена обычная алюминиевая лесенка, но залезть туда может кто-то один, места мало. И все смотрят на меня.
— Сможешь? — спросила с сомнением Ольга.
— Если лестницу подержите, — сказал я почти нормальным голосом.
— Я бы сам залез, — вздохнул Борух, — но про электричество я знаю только то, что у батарейки есть плюс и минус.
— Да лезу уже, лезу…
И я лез. Правда, наощупь, потому что адреналиновый шторм был такой, что я почти ничего не видел. Казалось бы — ну какая разница, где я буду, если эта штука рванет? Хоть на ней сиди, хоть на километр отбегай — разницы ноль. Но с каждой ступенькой мне становилось всё хуже, хотя, казалось бы, уже и некуда.
