Алиса в Зомбилэнде (ЛП)

Официально они не встречались, но каждый, кто видел их вместе, понимал, что они принадлежат друг другу. Она заставляла его смеяться, как мы уже видели, выводила его из депрессии из-за Брента, а он отвлекал ее от беспокойных мыслей. В последнее время она слишком часто была бледной и молчаливой, но когда я спрашивала, она отмахивалась от меня и меняла тему.
Я не знала, что с ней делать. Да что там, я в принципе не знала, что мне делать.
* * *
Позже в тот же день я снова оказалась на боксерском ринге с Коулом, мы оба были в форме души, наши тела лежали на койках, но я была слишком рассеянной, чтобы чему-то научиться. Я думала о Кэт и вспоминала некоторые из наших разговоров, пытаясь понять, что с ней может быть не так.
Уход Рен и Поппи не тревожил ее.
— Честно? Я ожидала этого, — сказала она. — Просто надеялась, что они с первого раза поняли, насколько ужасна их жизнь без меня.
Она пропустила еще несколько дней в школе, но когда я спросила почему, она ответила:
— Моя мама подумала, что было бы здорово провести время вместе, — и снова отмахнулась.
— Али!
Резкий голос Коула вернул меня из моих мыслей. Как раз вовремя, чтобы увидеть… но не успеть среагировать… как он завел ногу назад, сбивая меня, и снова опрокидывая на пол.
"Тебе нужно сосредоточиться," — говорило его выражение лица. Нам нельзя было разговаривать в таком состоянии.
"Виновата," — ответила я.
Он не помог мне встать. Он никогда этого не делал. Я сама поднялась.
Каждая секунда, проведенная здесь, должна была сделать меня сильнее. И знаете что? За это он нравился мне гораздо больше. Мне нужно стать сильнее. Зомби…
— Али. — Коул снова ударил ногой, и я упала во второй раз, оказавшись на спине, выпуская воздух из легких. Он развел руками, и я поняла, что он спрашивает: "Что я тебе только что сказал?"
"Извини", — пробормотала я, вставая.
Он молча ткнул пальцем в мою сторону: "Начинай первая".
Я кивнула, давая ему понять, что поняла. Зная, насколько он быстр, я не стала долго раздумывать, как лучше его атаковать. Просто напала. Но даже тогда у него оказалось преимущество. Я наносила удары, он блокировал. Я била ногами, он уклонялся. В те несколько раз, когда Коул ловил мой кулак, он должен был оттолкнуть меня, вывернуть мне руку за спину, да что угодно. Но он этого не сделал. Просто отпустил меня и позволил мне снова напасть на него.
Это меня раздражало. Впервые с тех пор, как мы начали тренироваться вместе, он не делал мне больно. А поддавался.
Больше ударов, больше блокировок. Больше ударов ногами, больше уклонений.
— Ух ты. Вытащи свой тампон, Холланд, и опрокинь ее, как мужчина, — позвал Лёд.
Я слегка сморщилась от громкости его голоса. Я привыкала к увеличению своих чувств, даже к интенсивности запахов.
Лукас и Коллинз… оставившие свои тела дома, потому что арестные браслеты не работали в форме души… стояли рядом с ним и усмехались.
Коул посмотрел на Льда.
Но ему следовало быть внимательнее. Я уже отвела локоть назад, не останавливаясь и не думая. И вот, наконец, нанесла удар. На ринге его душа отшатнулась.
На койке, где лежало его тело, голова Коула повернулась в сторону, а из носа хлынула кровь.
Ладно, я не удержалась. Просто рассмеялась. Я смеялась так сильно, что чуть не описалась, наклонившись и держась за живот. И мне было хорошо. Так прекрасно. Не думаю, что я когда-либо так смеялась.
Коул пролетел через комнату и скользнул в свое тело. Он сел на кровати, кровь все еще сочилась из его носа, и проворчал:
— Это было не так уж смешно. — Но я слышала в его голосе веселье.
Я сделала то же самое, и при первом же прикосновении моей души с телом, стала единым существом, воздух стал теплым, звуки и запахи вернулись к норме.
— Как раз таки наоборот, — сказала я. — Было очень смешно. — И я снова рассмеялась. Наконец, успокоившись, спросила: — У тебя сломан нос?
— Нет. Для того, чтобы причинить мне большой вред, нужна кувалда. Мне жаль, кексик, но ты не кувалда. — Он повернул нос в разные стороны, затем вытер кровь тыльной стороной запястья.
 
— Буду рада изменить твое мнение, — мило сказала я.
— Пожалуйста. Я ведь не дурак. Достаточно уже рукопашной. Мое лицо может не выжить. Пришло время для мечей. Посмотрим, стала ли ты лучше.
Я подошла к стене с оружием в дальнем конце сарая, пока Коул ставил манекен в центр ринга. И нет, я говорю не о нем или одном из его друзей (ха-ха), а о боевой кукле в полный рост.
Чаще всего я тренировалась не с манекеном, а с кем-то из ребят, но вчера я чуть не отрубила голову Крузу. И не потому, что мои навыки были потрясающими, а потому, что споткнулась, а потом споткнулся он. Так что сегодня мы решили проработать основы, которые я уже проходила тысячу раз.
Я выбрала короткий меч с более легкой рукояткой.
— Если бы ты отжималась, как я тебе говорила… — Трина вышла из ванной, одетая в свою обычную черную майку и спортивных штанах, с белым полотенцем, накинутым на шею — … тебе бы не пришлось брать меч для хлюпиков.
После той ночи в лесу она по-настоящему приняла меня в команду. Когда я была с Кэт, она подходила ко мне и болтала обо всем на свете, что сводило Кэт с ума. К счастью, она никогда не просила меня бросить Трину. Хотя… может быть, именно это ее и беспокоило? То, что я не сделала этого сама?
Металл просвистел в воздухе, когда я со свирепостью размахивала своим выбором.
— Легкий меч убивает не хуже тяжелого.
Она провела рукой по своим коротким волосам и усмехнулась.
— Может быть. Но ты не будешь круто выглядеть, совершая им убийство.
— Возвращайся на ринг, Али, — позвал Коул.
— Сэр, да, сэр, — сказала я, и несколько ребят рассмеялись.
Я заняла свою позицию. Прежде чем успела сделать первый замах, я увидела Маккензи, выходящую из ванной. Она была одета в камуфляж и вооружена для битвы. Сегодня ночью она выслеживала гнезда. Маккензи сухо кивнула мне… в ее глазах не было ненависти.
Что ж, ладно. Это что-то новенькое.
— Я поговорил с ней, — сказал Коул, удивив меня.
Знаю. Я ударила манекен сильнее, чем планировала.
— И что же ты сказал ей на этот раз? — Последние два слова были резкими, признаю это.
— Что бы с тобой ни случилось, она не пострадает. Я также напомнил ей о том, что ты спасла ей жизнь.
"Что бы с тобой ни случилось…" Меч выскользнул из моих рук в тот момент, когда я ударила им о манекен. Я повернулась, намереваясь посмотреть в лицо Коулу, и мне это удалось, но я также поцарапала ему шею, когда руками пыталась удержать равновесие.
— Прости!
Он вытер пятно крови.
— Хорошо, так и быть. Признаю, ты можешь быть настоящей занозой в… шее.
— Эй!
— Что? Я подчистил свою фразу. — Он поднял меч и встал за моей спиной, показывая, как правильно нужно держать меч, прежде чем переложить его в другую руку. Когда наши руки соприкоснулись, по позвоночнику пробежала дрожь.
— Трина сражается с топором, — сказала я, чтобы скрыть свою реакцию. Что он имел в виду, говоря "что бы с тобой ни случилось"? В одну минуту он был горяч, в другую — холоден, и это сбивало с толку. — Может, мне тоже стоит научиться сражаться с ним?
— Трина сильнее тебя. У нее достаточно силы, чтобы расколоть кость, независимо от того, какое держит оружие. — Теплое дыхание ласкало мой затылок. — Сейчас у тебя больше получается с мечом.
У меня по всему телу побежали мурашки.
— Как скажешь.
Медленными и легкими движениями, Коул направил мою руку с кинжалом к туловищу манекена.
— Зомби могут не чувствовать боли, но они чувствуют силу. Ударь одного здесь… — мы вонзили меч в бок, — … и тело прогнется в этом направлении, оставляя другую сторону открытой.
Он направил мою руку с мечом вверх и сделал вид, что обезглавливает манекен. Это заставило мои руки скреститься.