Забытый чародей. Подруга на день (СИ)
- Мы жили вдвоём, - объяснила гадалка мне, глядя в никуда. - Отец умер до моего рождения. Отчим бросил нас, когда я училась в начальной школе. Другой родни не было. Только мама. Но её смерть означала не просто потерю семьи. Я испугалась. Так сильно, что на долгие годы отреклась от родового дара.
Официально Катерина Матвеевна работала вахтёршей в институтском общежитии. Остальное время отнимала вторая, тайная работа. Было у потомственной гадалки общее дело с тремя другими женщинами, наделенными магическими способностями. Посетителей они принимали в частном доме на окраине. К ним ездили со всего города, но сплошь проверенные клиенты, строго по рекомендациям. Дом был снабжён столь сильной защитой, что местные жители в глаза не видели толпы чужаков, даже если те проходили в двух шагах.
Но Каринина мама нарушала правила. Некоторых клиентов принимала дома, втайне от «коллег». Не часто. Однако этого хватило, чтобы заметили соседи. Разумеется, после жестокого преступления подробности визитов - по большей части выдуманные - были доложены милиции.
- Ни до чего конкретного они не докопались, хотя выводы делали самые разные: от борделя до тайной организации. В конце концов, историю замяли, свалили убийство на умалишенного парня, жившего через три двора. Жестокость объяснили ухудшением его состояния. Заперли в сумасшедшем доме, и всё на этом. Меня не тронули. Но лишь потому, что ко мне неровно дышал следователь, возглавлявший расследование.
Лицо Карины исказилось от ненависти, и я догадалась:
- Аркадий?
- Да, - ответила гадалка после паузы. - Ворвался в мою жизнь, когда я чувствовала себя беззащитной, одинокой и брошенной. Серёжи рядом уже не было. Его родители переполошились и поставили ультиматум: либо я, либо они.
Карина закрыла глаза, и я увидела её в чёрном платье за столом в тёмной комнате. Она не включала свет, пусть по углам и чудились шорохи. Гораздо больше девушка боялась увидеть разводы на стенах, хотя оттирала следы крови до умопомрачения. Их не осталось, но воображение могло дорисовать всё, что угодно.
В этой комнате находила Карину соседка сверху тетя Люба, когда заглядывала узнать, ела ли «бедняжка» сегодня хоть что-нибудь. Здесь с ней разговаривали представители органов. А чаще всего ОН. Высокий следователь с волевым подбородком и цепким взглядом - Аркадий Владимирович Евдокимов. Он был на хорошем счету у высшего начальства, и сам руководил особой следственной группой. В тридцать пять он считал себя неисправимым холостяком, обрученным с работой. Но потерял голову, как мальчишка, увидев восемнадцатилетнюю Карину.
- Неужели, не видишь, как он петухом вокруг тебя вышагивает? - выговаривала тётка Люба, быстро раскусившая намерения следователя. - Крепко ты его зацепила, девочка. Не морщись, не качай головой. Подумаешь, в два раза старше! Ну и пусть, не любишь! Зато за таким, как за каменной стеной будешь. Никто не тронет.
Карина слушала и закрывала лицо ладонями. Разбитое вдребезги сердце ныло, разум решительно отметал саму мысль об отношениях с Аркадием. Нет, девушка не испытывала отвращения. Его уверенность и значимость впечатляли. Но было в голубых глазах что-то тревожное. Мужчина смотрел на неё слишком пристально, не пряча желаний.
А однажды вечером в той же тёмной комнате девушку навестил ещё один человек. Или не совсем человек. Он явился без приглашения. Постоял в подъезде пять минут, но так и не дождавшись хозяйки, вошел сам, минуя входную дверь. Поклонился, снимая шляпу.
- Прошу прощение за вторжение. Но ты не открывала, а нам нужно поговорить. Я старый знакомый твоей матери, Карина.
- Я знаю, кто вы, - ответила девушка тоном, далеким от любезного и гостеприимного. Гость выглядел точь-в-точь, как описывала Катерина Матвеевна. Щегольски одетый блондин с зелеными кошачьими глазами. - Вы главный в этом городе среди... - Карина осеклась, побоявшись назвать светлого мага привычным словом «нечисть».
- Хочу выразить соболезнования, - проговорил мужчина мягко. - То, что случилось, чудовищно. Могу заверить, виновный в гибели твоей матери понёс наказание. Его приговор более суров, чем выносят судьи-люди.
- Кто он? - Карина обхватила себя руками, пытаясь унять дрожь.
- Маг. К несчастью, Катерина вмешалась в его судьбу, дав неосторожный совет клиенту. Одному и тех, кого принимала здесь.
К щекам девушки хлынул жар.
- Хотите сказать, мама сама виновата?!
- Нет! - гость выставил ладони вперёд. - Разумеется, нет. Прошу прощения, если мои слова приобрели столь неприятный смысл. Поверь, я его не вкладывал.
Карина отошла в угол и взобралась в кресло с ногами. Хотелось слиться с ним. Раствориться. Спрятаться. Но непрошеный визитер не собирался уходить. Взял стул и устроился напротив.
- Карина, - он пристально смотрел в её мрачное лицо, а она нарочно отводила взгляд. - Тебе не стоит оставаться одной. Не следует жить здесь. Эта комната впитала в себя слишком много зла. Зла опасного для тебя - дочери Катерины. Я предлагаю тебе работу. Соответствующую твоему врождённому дару.
Девушка яростно замотала головой.
- Нет! - зашипела она, посмотрев на мага с ненавистью, будто это он был виновником всех бед, причиной смерти матери и ухода Сергея. - Я не хочу иметь с вами ничего общего! С такими, как вы!
- С такими, как ты, Карина, - поправил гость без тени упрёка. - В тебе говорят горе и страх. Но, подумай, тебе будет лучше рядом с другими обладателями особых способностей.
Девушка вскочила с кресла. Наклонилась к лицу чародея, сжав кулаки.
- Я не собираюсь пользоваться никакими способностями! Ясно?! Никогда!
Он собирался привести ещё с десяток аргументов, найти способ убедить её в своей правоте. Но что-то в облике девушки заставило передумать. Она, и впрямь, в это мгновение походила на воплощение злых сил. Жгучая брюнетка в чёрном. Растрёпанная и разъярённая.
- Что ж, - протянул мужчина с грустью. - Мне очень жаль, но, боюсь, тебя не спасти. По крайней мере, сейчас.
- Убирайтесь! - процедила Карина. - И никогда больше не приходите! Я - человек! И буду жить человеческой жизнью!
Чародей подчинился. Бесшумно направился к выходу. Но на пороге обернулся.
- Помни, ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью. Хоть через год, хоть через сорок лет. Я не откажу.
Карина промолчала. Едва чародея поглотил тёмный подъезд, она упала на пол тряпичной куклой. Обхватила голову руками и расплакалась. Слёзы, не желавшие приходить несколько дней, хлынули потоком, словно в глазах скопилось глубокое озеро...
- Удивительно, - пробормотала я, «выключая» картинку с плачущей юной Кариной. - Не скажу, что знаю Алексея Даниловича хорошо. Но он точно способен любого заставить подчиниться. А ты не выглядела непробиваемой скалой.
Карина потёрла переносицу.
- Я спрашивала его об этом годы спустя, - ответила она, с философским видом передёрнув плечами. - Алексей Данилович сказал, что разглядел некий знак. Понял, что получит гораздо больше в будущем, если оставит меня наедине с собственным упрямством. Так и вышло. Забери он меня тогда с собой, не приобрёл бы двух ценных помощников. Руфина не появилась бы на свет, а пути чародея с Глебом никогда бы не пересеклись.
- Судьба? - усмехнулась я.
- Возможно, - Карина стала печальной, как та юная девушка в тёмной комнате. - Но встреча с Устиновым точно стала судьбоносной. Через день снова пришёл Аркадий. И я решилась...
Он сидел перед ней с похоронным видом и перебирал листы с показаниями. Мрачно сводил брови.
- Карина Родионовна, - он заговорил, дождавшись, пока она начнёт ёрзать на стуле от волнения. - Вы же понимаете, что я вообще не должен сюда приходить. Вас следует допрашивать в конторе.
- Почему меня вообще нужно допрашивать? Я ничего не сделала. Убийцу же нашли!
Это причиняло боль. Несправедливость, обрушившаяся на умалишенного парня, с рождения обиженного высшими силами. Карина его жалела. Но себя она жалела сильнее.