Забытый чародей. Подруга на день (СИ)
- Дитятко-то за что? - прохрипела она обиженно.
- За грехи родителей, - отчеканил чародей. - А теперь, говори!
«А мне что делать?» - чуть не спросила я, но вовремя прикусила язык. Ибо Клавдия с тоской посмотрела на моего пленника, лягающего воздух, и тяжко вздохнула.
- Леший с тобой, - она с отвращением посмотрела на Устинова. - Только много не скажу. Сама толком ничего не знаю.
- Не прибедняйся, - посоветовал Алексей Данилович, выдвигая на середину комнаты стул и вальяжно усаживаясь. - Ты с непроверенными клиентами не работаешь.
- Я правду говорю! Клянусь чертями! - оскорбилась дамочка и театрально ударила себя кулаком в грудь. - Тут особый случай. Пришлось задушить принципы.
Устинов закинул ногу на ногу, снисходительно глядя на Клавдию.
- Принципы? - усмехнулся он. - Ну-ну.
- Ладно, называй, как хочешь, - махнула рукой поверженная собеседница. - Но я обычно на идиотские авантюры не соглашаюсь. Наигралась в юности. Теперь шкура дороже.
Она примолкла, косясь на мохнатое чучелко, продолжающее моими стараниями болтаться между полом и потолком. Отвратительное нечто никак не желало угомониться. Упорно дрыгалось и пыталось дотянуться когтями на ногах до ободранного паркета. Мне приходилось напрягаться, чтобы оно не удрало.
- Отпусти ребёнка, - попросила Клавдия. Но обратилась не к Устинову, а ко мне. - Обещаю, расскажу, что ведаю. Не стану врать.
- Не вздумайте верить! - приказал чародей, не оборачиваясь. - Начинай говорить, Клавдия. Иначе получишь назад отпрыска с опаленным мехом.
Дамочка зарычала, обнажив кривые зубы. По-звериному острые.
- Я не знаю, кто настоящий заказчик, - отчеканила она, продолжая скалиться. - Правда, не знаю. Ко мне вчера мужик пришёл. Холёный и самоуверенный. Зыркал презрительно, похуже чем ты сейчас. Всё руки потирал брезгливо, будто вымыть хотел. У-у-у чистоплюй проклятый! Я б не приняла такого. Да он карту показал. Туза бубнового. Зачарованная она. Отказать я не имела права. Иначе б сама... того.
Устинов подался вперёд.
- Карту? - переспросил он, хмурясь.
- Глупость моей юности, - покачала крашенной головой Клавдия и причмокнула несколько раз пухлыми губами, умильно глядя на чучелко.
Меня передёрнуло. Тоже мне, мамаша!
- В общем, облажалась я однажды за карточным столом, - продолжила она, нехотя. Молодая была, самонадеянная. Пришлось откупаться, чтоб ноги унести. Долгая история. Тебе, чародей, нужно знать лишь, что я тузов заколдовала и отдала четырём господам в качестве платы. Обладатель каждый карты мог трижды обратиться ко мне вне очереди и попросить об услуге.
Устинов покачал головой. Весь его вид говорил: «Поделом тебе, карга!»
- И кому принадлежит бубновый туз?
Клавдия развела руками.
- Первый владелец помер давно. Подружки твоей, - дамочка мстительно кивнула на меня, - ещё в проекте не было. Родители, и те пешком под стол ходили.
На лице Алексея Даниловича не дрогнул ни единый мускул, зато мои щёки однозначно стали розовее. Меня уже принимали за близкую знакомую чародея, но в устах Клавдии это прозвучало особенно мерзко.
- Туз достался брату. Обладателю ещё одной карты - червовой. За тем памятным столом оба напротив меня сидели. Своего-то козырька он быстро израсходовал, вот на братское «наследство» и позарился. Но не успел воспользоваться. По уважительным причинам.
Устинов закатил глаза.
- Уж не ты ли постаралась?
Клавдия оскорбленно хмыкнула.
- Мы руки не мараем, - бросила она. - В отличие от некоторых.
- Поговори-поговори, - пригрозил чародей елейным голосом, но угроза в нём прозвучала ого-го какая!
- В общем, туз бубен сынку покойничка в наследство перешёл, - объяснила женщина поспешно, но ехидную ухмылку спрятать даже не попыталась. - Только выбросил дурачок карту, не подозревая об её истинной ценности. Пробовала я тузика моего отыскать, да сгинул он. Столько лет с тех пор прошло. И вот, пожалуйста! Принесла вашего холеного нелегкая!
- Нашего, - повторил Алексей Данилович с нотками отвращения. - Как ты поняла, что за ним кто-то стоит?
Клавдия снова сплюнула. На лице промелькнула звериная ярость. Того гляди, огненные волосы дыбом встанут.
- Пахло от него. Мертвечиной. Не живой он. Вот! Только-только прибыл. А карта у кого-то хранилась всё это время. К тому же, хоть мужик и привык указания направо-налево раздавать, его явно натаскали, как себя со мной вести. Неопытный он по нашей-то части.
- Куда он девушку увёз?
- Не знаю, - Клавдия повела плечами. - Он двух чертей попросил. Их задачей было технику обмануть и ухажёру девицы разум затуманить. А как дело сделали, высадил мужик обоих и сам за руль пересел.
- Где?
- Возле метро «Горки». Куда клиент дальше отправился, мои парни не знают. Чар ещё минут на пятнадцать должно было хватить. Если уложился в это время, значит камеры тачку не засекли.
Я поморщилась. В выходные без пробок за четверть часа можно уехать на очень приличное расстояние.
- А теперь отпустите детеныша, - велела Клавдия, неуклюже поднимаясь с пола. - Я всё рассказала. Как договаривались.
Устинов поднял руку и щёлкнул пальцами. Я была уверена, что мой пленник плюхнется на пятую точку. Без моего участия. Поэтому чуть не подпрыгнула, когда карга поперхнулась и схватилась за горло.
- Ой! - вырвалось у меня помимо воли.
Ещё бы! Любому нормальному человеку станет не по себе, если рядом кто-то начнёт хрипеть и закатывать глаза, отчаянно пытаясь ослабить хватку невидимых ладоней на шее. Но Алексей Данилович не оценил мою реакцию. Глянул хмуро и кивнул на детёныша Клавдии. Мол, продолжай держать, не упусти.
Маг ослабил магическую хватку лишь, когда у вредной дамочки изо рта пошла пена.
- Мне осточертело твоё враньё, Клавдия, - проговорил он беспощадным тоном, пока жертва, лёжа на животе, старалась надышаться в волю. - Говори!
Дамочка подняла на него заслезившиеся от боли глаза.
- Будь ты проклят, чародей, - прохрипела она.
Но Устинов и бровью не повёл.
- Говори, - повторил он спокойнее. - Иначе то же самое проделаю с детёнышем.
Если бы взглядом можно было б убивать, Алексей Данилович свалился б замертво. И я заодно. Но у Клавдии явно не осталось козырей.
- Ладно, - смирилась она с неизбежным. - Вашего холёного женщина послала. Я запах духов уловила. От карты жасмином пахло. Это всё, что я знаю. Клянусь! Сам теперь думай, которая из твоих пассий обозлилась. А дитятко отпусти. Хватит мучить.
Устинов, наконец, остался удовлетворён ответом Клавдии. Сделал мне знак, и я с удовольствие разжала задеревеневшие от напряжения пальцы. Нечто свалилась на пол, заскулило и поползло к Клавдии, поджав хвост.
Мне стало тошно, и я отвернулась.
- Нам пора.
Алексей Данилович сжал мою ладонь поверх ткани перчатки. Я с трудом подавила желание вырвать руку. У меня и раньше были причины недолюбливать чародея. Но впервые я почувствовала настоящее отвращение.
Часть 5
Открыв глаза, я ожидала увидеть квартиру Глеба Вениаминовича. Но взору предстало иное помещение - кабинет в приторных розово-сиреневых тонах, как спальня Ярославы. Окна «украшали» ажурные занавески с каймой кружев, стол покрывала скатерть с рюшами, на диване в ряд лежали подушечки, а дополнял картину мохнатый пуфик у кремового кресла в цветочек.
Но моё изумление было ерундой по сравнению с реакцией чародея. Он ошалело крякнул, потер затылок, будто кто-то основательно по нему двинул. Взгляд кошачьих глаз потерянно скользнул по стенам и мебели. А потом на лице отразилась ярость похлеще, чем в «апартаментах» Клавдии.
- Какого?! - взревел Алексей Данилович. - Какого, я спрашиваю, лешего?!
За открытой настежь дверью нервно скрипнули половицы.
- Так это... того... - послышался смутно знакомый голос.
В проеме показалось круглое лицо с мелированной шевелюрой и очками на носу. Я узнала штатного бухгалтера «Забытого чародея» Инессу Павловну. Правда, выглядела она несколько иначе, чем мне запомнилось. Дело было вовсе не в отросших волосах, а в выражении лица. Обычно дамочка смотрела на окружающих с лёгким нахальством и лукавством, а сейчас в глазах застыла настороженность.