Кейдж (ЛП)

— Детка. У меня мало времени. Ты хочешь закончить? Отлично, но это будет жестко и быстро.
Ее язвительно искривленные губы и изогнутая бровь мигом взлетают вверх. Улыбка, которая появляется на ее лице, напоминает мне о том, почему я трачу свое время на Мэнди. Она чертовски красива, и, если бы я не был таким холодным ублюдком я мог бы захотеть чего-то большего, чем простого удовлетворения потребности.
Она подходит к моему столу и запрыгивает на край, раздвигая свои длинные, загорелые ноги и обнажает свою мокрую киску.
— Давай детка. Я вся истекаю, — она проводит по своим складочкам, несколько раз трет клитор, а затем вводит два пальца глубоко во внутрь. Очевидно, что, когда она их достанет они будут покрыты ее соками.
— Хочешь попробовать, малыш? — ее голос возвращает меня из тумана, вызванного похотью, и напоминает мне, зачем она здесь.
— Заткнись, — Я рычу, прежде чем просунуть руки под ее ноги и поднести ее киску к своим губам. Она хватается за мои волосы, вцепившись в них своими длинными пальцами, пока я стою с ней, прижатой к моему рту, и ем, как изголодавшийся мужчина.
— О… Грег, малыш! Я люблю твой рот, люблю, как ты пожираешь меня.
В ответ я лишь рычу, желая, чтобы она заткнулась.
Идя вслепую по коридору, я дважды пригибаюсь, чтобы она не ударилась головой о дверную раму, и бросаю ее обратно в смятый беспорядок моей кровати.
Она быстро переползает на самый край, и, прежде чем я успеваю ее остановить, мой член оказывается глубоко в ее горле. Я приостанавливаюсь на секунду, чтобы насладиться ее порочным трахающим ртом, а затем мягко отталкиваю ее от себя.
— Нет времени, Мэнди. Нужно быстрее разобраться с этим дерьмом.
Потянувшись к приставному столику, я беру еще один презерватив и натягиваю его на свой напряженный член. Если я не окажусь внутри ее тела, то в любую секунду сорвусь.
— Перевернись — она снова хмурится, но поворачивается и поднимает задницу высоко в воздух. Легко шлепнув ее по бедру, я прохожусь кончиком члена по ее половым губам. Каждый раз, когда сталь моего пирсинга касается ее клитора, она нетерпеливо ерзает.
— Трахни меня! — кричит она, толкаясь бедрами.
— Лучше держись Мэнди. Я собираюсь жестко тебя трахнуть.
Я вхожу в ее киску одним быстрым, глубоким толчком. Она вскрикивает от удовольствия, раскачиваясь назад, чтобы встретить мои сильные удары. В этом нет ничего любовного; это удовлетворение потребностей мужчины и женщины.
Проходит всего несколько минут, прежде чем ее стенки плотно обхватывают мой член, высасывая из меня все до последней капли. Крепко шлепнув ее по попе, я выхожу и иду в ванную.
— Мне пора идти, Мэнди. Давай подброшу твою прекрасную задницу домой.
Я закрыл дверь как раз вовремя, чтобы избежать удара от предмета, который она в меня швырнула через комнату.
Сумасшедшая сука. Вот почему я так долго избегал отношений.
Глава 2
Грег
Паркуясь перед домом Акселя и Иззи, я быстро взбегаю по ступенькам и открываю дверь своим ключом.
— Из? — Кричу я и мой голос эхом разносится по всему дому.
— Я здесь, Грег. Готовлю тебе его сумку. — Предполагая, что ее голос доносится с кухни, я иду в том направлении.
Поворачивая за угол на кухню, я чуть не сбиваю Иззи с ног в ее суматохи.
— Малышка, ты должна успокоиться. Как ты думаешь, что именно должно произойти, а?
— О, Грег… Я не знаю. Просто чувствую, что что-то пойдет не так. Теперь, когда Нейт болен, и свадьба в эти выходные, я просто не могу перестать волноваться.
— Тебе нужно остыть. Обещаю, что ничего не случится. — Я заключаю ее в объятия, ожидая, пока ее неистовое дыхание немного успокоится. — Где мой маленький приятель?
— Там, у черного входа. Прямо сейчас он одержим тем, чтобы смотреть в окно. — Я ухожу, позволяя ей продолжать метаться по кухне.
А, вот и он. День, когда родился Натаниэль Грегори Рид, был одним из лучших дней в моей жизни. Не потому, что он не мой ребенок, нет. Потому что девочка, которая выросла и стала мне сестрой, не только родила его, но и победила своих демонов, чтобы сделать это. Плюс, помогает то, что симпатичный малыш назван в честь его любимого дяди.
 
— Нейт! Как сегодня поживает этот красивый малыш? — Он отворачивается от окна, смотрит на меня и одаривает широкой, пускающей слюни улыбкой. Подхватив его на руки, я прижимаю его к своему телу, просто наслаждаясь ощущением его маленького тела рядом с моим.
— Вот его сумка. Закуски, бутылочка и его соска. Подгузники, салфетки и все остальное, что может понадобиться. У него назначена встреча с доктором Шенноном. Ты ведь знаешь, как добраться до кабинета педиатра, верно?
— Да, Иззи. Знаю. Мне нужно идти, иначе мы пропустим эту встречу. Хочешь поменяться машинами, чтобы тебе не пришлось переставлять кресло?
— Было бы прекрасно, и Грег… спасибо. — Она наклоняется и целует меня в щеку, прежде чем окружить Нейта своей любовью. Возможно, я даже видел, как бедный ребенок умолял меня глазами вытащить его отсюда. Дядя Грег спешит на помощь.
***
Мы добираемся до кабинета врача с запасом в несколько минут. Вытащить Нейта из машины и доставить в кабинет — самая простая часть; попытка вытащить мои жетоны у него изо рта — совершенно другая проблема. Я знаю, что Иззи ненавидит, когда он так поступает с Акселем, но, черт возьми, бедный ребенок несчастен. За две секунды он превращается из чертовски счастливого в кричащего. Я ненавижу видеть, как малышу больно, поэтому я знаю, что это должно убить Иззи и Акселя.
Подходя к стойке регистрации, я улыбаюсь хорошенькой маленькой блондинке.
— Здравствуйте, Нейт Рид к доктору Шеннон. — Она смотрит на меня широко раскрытыми глазами, и, клянусь, у нее текут слюнки. Я ненавижу подобные реакции. Да, я крупный мужчина, но, черт возьми. — Мисс? Нейт. На прием.
— О, да. Простите. — Она делает несколько заметок, пару раз поднимает на меня глаза, прежде чем покраснеть и почти просовывает голову через монитор. — У Вас есть страховка Вашего сына? Мы только что обновили новую систему, поэтому нам нужно убедиться, что они совпадают.
Острая боль, которая всегда пронзает мой организм при одной мысли о том, что у меня будет собственный ребенок, кажется, никогда не притупляется. Однажды.
— Нейт — мой племянник. Его мать, Иззи, не дала ее, но я могу заверить Вас, что с их страховкой ничего не изменилось. — Поскольку эта маленькая цыпочка все еще пускает слюни, я предполагаю, что можно с уверенностью сказать, что она ни черта не слышала из того, что я только что сказал. Глядя на ее бейдж с именем, я готовлюсь помочь ей сосредоточиться, прежде чем обратиться к ней:
— Лорен, дорогая?
Она несколько раз моргает, а затем, наконец, обращается к программе. Она регистрирует Нейта и велит мне присесть и подождать, пока кто-нибудь нас позовет. Отлично.
* * *
Следуя ее инструкциям, я беру Нейта и плюхаюсь на один из жестких стульев в комнате ожидания. Господи, да они, наверное, сделаны для женщин или очень маленьких мужчин. Приспособив Нейта, чтобы убедиться, что я могу хотя бы на время сделать его счастливым и молчаливым, я достаю свой телефон, чтобы отправить быстрое сообщение Иззи, чтобы она знала, что мы здесь. Нейт в очередной раз решает, что мои жетоны отлично подходят для режущихся зубов. Иззи может надрать мне задницу, но я ни за что на свете не отниму это у него теперь, когда он счастлив. Черт возьми, нет.
Через тридцать минут, когда рубашка, жетоны и Нейт промокли насквозь, кто-то окликнул его по имени.
— Нейт Рид? — Я слышу голос откуда-то сбоку. Поднимаю глаза, теперь моя очередь проглотить язык. Черт возьми. Прошло много времени с тех пор, как один взгляд на женщину сбивал меня с ног. Это необычная женщина. Нет, эта женщина кричала о сексе.
Ее ярко-розовая одежда облегает ее тело, как будто сшита специально для нее. Может быть, на добрых шесть дюймов ниже моих шести футов трех дюймов, с такими привлекательными ногами, что даже ее ужасная униформа не может этого скрыть, и сиськами… Трахните меня, эти сиськи, огромные. Мне приходится заставить свой язык не высовываться, чтобы облизать губы.