Жизнь на двоих (СИ)
– Конечно, не буду. Арен… – София обхватила ладонями его лицо и тоже опустилась на колени. – Спасибо.
Он улыбнулся и поцеловал ее, прижав к себе так сильно, словно хотел влиться, врасти в нее, чтобы всегда быть вместе и никогда не разлучаться.
Жаль, что это невозможно.
Глава пятнадцатая
Вечером Виктория долго составляла список желаний, чувствуя, как то повышается, то падает настроение – в зависимости от степени выполнимости этих желаний. Но взгляд ее невольно возвращался к первому пункту, и она смотрела на него, закусив губу и не представляя, насколько это возможно.
«Я хочу, чтобы Арен любил меня». Да, все эти годы она вела себя… не очень хорошо, если не сказать безобразно, но сейчас ведь стало лучше! Он же и сам заметил. И, может, со временем… если она будет стараться и дальше… может, у Арена получится полюбить ее?
Виктория вздохнула и нервно заломила руки. Защитница, как будет хорошо, если эта шаманка действительно найдет на ней какое-нибудь заклятие! Тогда Арен хотя бы сможет оправдать для себя ее поступки. Тогда он ее пожалеет, перестанет отталкивать. И, возможно, останется на ночь рядом с ней.
Виктория ужасно скучала по мужу, ей недоставало тех коротких мгновений, на которые его хватало в последнее время. Так хотелось, чтобы Арен был с ней, вновь целовал нормально, а не как ледяная глыба, и не стремился поскорее уйти.
Именно поэтому Виктория отчаянно надеялась на шаманку. Если вдруг она подтвердит, что на императрице было какое-то заклятие, это можно использовать для сближения с мужем. Ей очень хотелось оказаться не виноватой в том, что она совершала все годы в браке. Истерики, ревность и даже преступления… Конечно, это какое-то заклятие, а она сама ни при чем!
И Арен это поймет, обязательно поймет. Поймет и полюбит.
Арен всю ночь сжимал Софию в объятиях и никак не мог уснуть. Как и Агата с Александром, он не хотел, чтобы наступил завтрашний день и им пришлось расставаться. И не до вечера, а неизвестно насколько.
Известие о том, что следующую ночь он проведет с Викторией, София восприняла со спокойным смирением. Ни капли злости, досады или другого негатива – она просто поцеловала Арена и сказала, что все понимает и будет ждать следующей встречи. А потом поведала о просьбе жены называть ее на «ты». Или это было требование Агаты?
Конечно, его маленький манипулятор пока ничего толком не понимала, она лишь хотела, чтобы мама тоже хорошо относилась к Софии и дружила с ней. Но каково будет самой Софии «дружить» с Викторией?
– Я справлюсь, – сказала девушка, заметив его изумленный взгляд. – Не волнуйся. Спокойствие твоей жены – это твои комфорт и счастье, поэтому я справлюсь.
Арен даже не смог толком ничего ответить, только в очередной раз подумал о том, как же невероятно ему повезло. На фоне искренней и верной любви Софии окружающая его тьма словно становилась чуть светлее и уже не так давила на грудь.
Перед сном император связался с Гектором и выслушал быстрый отчет о допросе Ванессы. Подробности дознаватель должен был рассказать днем на совещании, а вечером лишь сообщил, что выпотрошил из жены Аарона все, что мог, но информация касается в основном Виго Вамиуса и ее контактов с ним – больше ни с кем из заговорщиков Ванесса не общалась.
– Я думаю, они там понимали, что рано или поздно вы ее раскусите, – недовольно морщилась проекция Гектора. – Поэтому все коммуникации осуществлялись только через Виго, демоны его пожри… извините. Но кое-что полезное она таки сообщила.
– Знаешь, что мне интересно? – Арен задумчиво прищурился. – Хотя я понимаю, что это в большей степени лирика, но… Неужели Аарон не потребовал не трогать родственников? При жизни брат не хотел этого делать. Он ни во что не впутывал никого из них.
– Тут есть два варианта, ваше величество. Либо его последователи чихать хотели на эти требования, либо… намного больше, чем его высочество Аарон любил свою жену и детей, он ненавидел вас.
Утром в понедельник император с трудом оторвался от сонно-нежной Софии – поздно уснул, и вставать теперь было сложно. Но пришлось – дел на сегодня назначили слишком много.
После традиционного просмотра документов Арен разбудил Викторию и детей, быстро позавтракал с ними и, проводив жену в оранжерею, а детей передав Софии, перенесся в свой кабинет, где его уже ждал Гектор Дайд.
– Что-то ты какой-то нерадостный, – хмыкнул император, попросив Адну принести им с дознавателем чаю. – Я думал, будешь пободрее.
– Пока допрашивал, пока раздавал всем указания, ночь прошла, – буркнул Гектор, вытаскивая портсигар из нагрудного кармана. Эмоции его были похожи на камень, лежащий на груди, и Арен все же поставил щит, закрываясь от них. – Я…
– Кури.
Дознаватель кивнул, прикурил от магической искры, затянулся и, полюбовавшись на густое облако светло-серого дыма, начал отчитываться:
– Через три недели после Дня Альганны к ее высочеству Ванессе в комнату пришел Виго. Пришел под иллюзорным амулетом – выглядел он при этом как Мэл Руди, ее служанка. Сама Мэл была не в курсе – так утверждают и Ванесса, и допрошенная девушка. Судя по всему, Вамиус использовал иллюзорный амулет, когда она находилась внизу с другими слугами, обедала или выполняла поручения их высочеств. Виго сообщил жене вашего брата, что она может помочь тем, кто уцелел после арестов, если желает отомстить императору. Она согласилась сразу, и он объяснил, что делать пока ничего не нужно – только наблюдать и передавать информацию. У них имелся условный знак – в том случае, если Ванессе требовалось встретиться с Вамиусом, она просила Мэл – настоящую Мэл – поставить в комнату белые розы или, если они уже стояли, поменять их на алые. Эти сведения быстро доходили до Виго – он наверняка прослушивал браслет служанки в то время, когда она находилась в покоях ее высочества.
– А Ванесса знала?..
– Что к ней под внешностью Мэл приходит именно Вамиус? Она утверждает, что нет. Но догадывалась, что это кто-то из высшего эшелона охраны. Ей не было дела до личности преступника, она хотела только отомстить. Убить дорогого вам человека, как вы убили ее любимого мужа.
– Защитник… – Император поморщился. – Я бы в жизни не стал убивать Аарона, если бы…
– Я знаю, – совсем невежливо перебил его Гектор, но Дайду такое было простительно. – Это понимает каждый нормальный человек. Но ее высочество не совсем нормальна, это и наш психиатр подтвердил. У нее депрессия и навязчивая идея о мести, не поддающаяся никакой логике. Кроме того, если Ванессу спрашивать о том, о чем она думать не хочет, – сознание сопротивляется и на вопрос, а соответственно и на ответ ставится блок.
– Например?
– Я спросил, не жалко ли ей Агату – маленькую девочку, которая ни в чем не виновата. Ответ: «Я просто хотела сделать ему больно». – Гектор, закатив глаза, раздраженно затянулся сигарой. – Как видите, связи между вопросом и ответом не имеется. Я поинтересовался, не жалко ли ей погибших в портальной ловушке горожан. Ответ: «Я не знала, что их будет столько». Опять же – никакой связи с вопросом. Но мы отвлеклись. Итак, Ванесса просила поставить в комнату белые розы, и через некоторое время к ней приходил Вамиус под амулетом, выслушивал информацию и уходил. Кстати, в данный момент у меня нет доказательств, что это был именно начальник охраны дворца, а не кто-то другой. Теоретически возможно участие еще одного человека, но практически это затруднительно, поэтому пока основная версия: под видом Мэл Руди к Ванессе ходил именно Вамиус. У двери ее покоев в то время не было патруля, и это сыграло ему на руку – иначе дежурные заметили бы, что на служанке сильный иллюзорный амулет, и это вызвало бы подозрения. С коридорным патрулем проще, да и Вамиус как начальник охраны знал расписание обходов, поэтому мог вообще не сталкиваться с коллегами.
– Я все больше понимаю, как же прав Рильо со своей инициативой запретить иллюзорные амулеты, – пробормотал Арен, качая головой. – Если бы не эта вольность, подобное преступление было бы сложнее осуществить.