Королева украденных безделушек (СИ)

— Там лежал мужик с мечами, — подсказал он.
— Четверка мечей.
— Ты сказала, что все сложно, что длится необходимый нашим отношениям перерыв и то, к чему он приведет, зависит от нас самих.
Как же хорошо, что он перестал — вроде как — быть ее постоянным клиентом. Многие практически никогда не помнили большинства деталей раскладов — настолько удачно Лина использовала общие слова и подливала водички, размывая смысл.
— Да, и к чему он привел? — спросила она.
— К Башне.
— С каких пор ты выражаешься на языке карт?
Глеб откинулся на спинку кресла и самодовольно улыбнулся.
— С тех пор, как стал ловить каждое твое слово? Решил запилить новый проект?
— Считай, что впечатлил, — признала Лина. — Но Башня тебе не выпадала.
— Не выпадала, но это выбор, который я сделал.
Она растерянно замолчала, переваривая сказанное. А пока переваривала, начала тасовать карты. Глеб не торопил ее.
Он сделал выбор. Означало ли это то, что Лина накрутила себя зря?
— Зачем ты заставил меня взять их? — спросила она, приподнимая колоду.
— Чтобы ты посмотрела для меня удачный момент признаться родителям в том, что я снова их разочаровал. Хотя я подозреваю, что его не существует, и все может случиться в любой момент и без моего участия, так что…
Глеб показал комок воска в руках.
— А как же Лера?
— Мы расстались.
Лина ошиблась в движении рук — колода развалилась и на стол выпали шесть карт, из которых четыре рубашками вверх, а две другие оказались Смертью и тузом кубков. Потрясающе…
Она почувствовала себя одураченной, но мозг пока еще не обработал способ возмущения, поэтому она просто заторможенно прошептала:
— Когда…
— В прошлом месяце, — Глеб отвел в сторону виноватый взгляд. — Когда ты ко мне в гости приходила, я уже был день как свободен. Кстати, получается, твой прогноз на поворотное событие в жизни сбылся. По крайней мере, я постарался его исполнить. Мы расстались на хорошей ноте и выдохнули с облегчением. Эта ноша была в тягость обоим.
— И ты молчал?! — воскликнула Лина. — Какого черта я тебе на нее тогда делала расклад потом?
Глеб честно пытался смотреть ей в глаза, но его взгляд то и дело соскальзывал на карты в ее руках или в сторону.
— Я… Извини, — сказал он. — Я проверял карты и тебя. Мне понравилось, как ты посоветовала мне отстраниться и хорошенько разобраться в себе. А еще увидела между нами расстояние и предположила, что она может быть в поездке.
— Ну ты и придурок, — распалилась Лина. — Тебе выпал Мир, который буквально означает финал и перемирие, а я сломала голову, пытаясь понять, как это вообще привязать к твоему мутному раскладу!
— Я считаю, что ты отлично справилась. Ты зря на себя наговариваешь. Ты вовсе не обманщица. У тебя замечательная интуиция, ты внимательная, быстро делаешь выводы и анализируешь детали с образами на картах, поэтому все и получается складно. Считай, что я убедился.
— Быстро же ты переобулся из скептика в эзотерического адепта.
— Издержки нынешней работы, — пожал плечами Глеб. — Это относится только к картам, не преувеличивай. Твоя подруга все еще меня слегка пугает.
На фоне облегчения из-за упавшей с плеч ответственности за чужие разрушенные отношения всплеск негодования был неярким и недолгим, поэтому Лина быстро сдулась, расслабила плечи и смиренно вздохнула.
— Меня тоже иногда пугает. Но ты можешь проверить и ее, мистер ревизор, — съязвила она.
Глеб завис, видимо, вообразив себе, как идет на консультацию к Ане, и разломил лепешку, которую слепил из воска.
— Нет, спасибо.
— Может быть, и есть что-то такое в нашем мире… — рассеянно проговорила Лина. — Необъяснимое. Может быть, оно даже происходит в соседней комнате. Я не знаю. И не уверена, нужно ли мне вообще это знать…
Глеб удивленно вскинул брови, но его голос был ровным и спокойным, когда он спросил:
— Это пугает тебя?
— Нет, — ответила Лина. — Как ни странно, нет.
— Значит, если что-то происходит в соседней комнате, то, возможно, когда-нибудь ты и узнаешь. Позовешь полицию или экзорциста?
 
Лина на секунду замерла, а затем засмеялась, начиная в полной мере ощущать то, как легко становилось на сердце с каждой секундой.
— Ни то, ни другое, — ответила она. — Переживу.
Глеб коротко улыбнулся, после чего кивнул на карты.
— Я думаю, что, когда я тобой заинтересовался, у меня слегка поехала крыша во всех смыслах. Так что некоторые сомнительные вещи, которые происходят в этой квартире, меня бы, наверное, не удивили. Картам, как видишь, я уже верю. И я на полном серьезе хочу узнать ответы.
Лина усмехнулась.
— Хочешь покажу невероятную магию предсказания и расскажу тебе, как отреагирует твоя семья, не разложив ни одной карты?
— С такой магией я и сам справлюсь, — хохотнул Глеб. — Раскладывай карты — во мне еще не умерла надежда на родительское понимание.
— Как скажешь.
— А еще мне нравится твой серьезный голос, когда ты разбираешь расклады.
— Ах вот оно что…
Расклад все же убил надежду Глеба, но позже Лине удалось порадовать его благоприятным прогнозом относительно его проекта с картами, обещавшего открыть новые горизонты и возможности. Глеб, который сказал, что верит картам, поспешил шутливо упрекнуть ее в том, как бессовестно она использует универсальные мотивирующие фразы.
Вскоре пришла Аня, зашумев и загрохотав в коридоре, как слон в посудной лавке — что-то упало, и Лина заподозрила, что это была обувная полка. Подруга очень ясно и громко дала понять, что пришла. Специально.
— Покажите фотки, — попросила она излишне требовательным тоном, когда Лина выглянула в коридор.
— Нет. Как будут готовы, посмотрим вместе.
Аня пытливо заглянула Лине в лицо.
— Ого, красотка! — прокомментировала она. — Зачетный макияж. Хочу увидеть фотки. Я вижу ботинки Глеба. Он тут. И фотки тоже. Глеб?
— Да, я тут, — крикнул он из комнаты. — И фотки тоже.
Он охотно согласился показать их ей, а Лина, стоя поодаль, настороженно смотрела на них обоих, по-прежнему не решаясь подойти и твердо придерживаясь желания дождаться финального варианта.
— Вот эта отлично вышла, — сказала Аня.
— Да, мне тоже нравится, — ответил Глеб. — Я думаю, что эти три. И… вот эта. Какую-то из них выберу.
— С рукой хорошо.
— Ага, но где она на книге — тоже удачная.
— Хах, а тут лыбу давит.
— Это самые первые фотки.
Аня стояла, чуть наклонившись над Глебом и его фотоаппаратом, и он не видел ее лица. Она покосилась в сторону Лины, многозначительно показала на него взглядом и подергала бровями. Лина едва заметно кивнула и почувствовала, как от удивленно-торжествующего выражения лица подруги слегка теплеют щеки.
Аня Глеба, может, и пугала, но он слишком любил потрепаться, так что он с довольным видом поведал ей о том, как прошла фотосессия, о проекте в целом и какие у него дальше планы, и только потом засобирался домой.
— Прям коллекционная колода может получиться, — заметила Аня.
— Я об этом не подумал, но идея вообще-то неплохая!
Провожать его она, разумеется, не пошла. Просто помахала рукой из проема своего кабинета, и, пожелав удачи с остальными картами, закрыла дверь.
— Она королева жезлов, кстати, — задумчиво сказала Лина.
— Протаскиваешь своих по блату? — насмешливо спросил Глеб.
Она засмеялась. Он подошел к ней совсем близко и, приподняв за подбородок, нежно поцеловал в губы.
— Еще несколько раз — и я совсем не буду возражать, — прошептал он и мягко дотронулся до стразы на скуле Лины.
— Я учту, — прикрыв глаза, выдохнула она и снова потянулась за поцелуем.
Через пять минут за ним закрылась дверь, и Лина ощутила, как в груди взрываются фейерверки.
— Куда невеста подевалась? — спросила Аня, которая выползла обратно так быстро, словно ждала, когда закроется входная дверь.
— Расстались. Месяц назад.
— Увела-таки!