Некроинтернационал: Неофит (СИ)
— Заткни ему рот, — я обратился к Бринеру, вернувшемуся из подвала.
Надрезав скальпелем свой палец, я капнул кровью на ключевую фигуру, находящуюся на лбу Вэлли. Кровь зашипела, будто попала на горячую сковороду — фигура мигнула тусклым зеленым светом, инициируя глифовые цепочки. Мейстор издал первый стон. В этот же момент комната наполнилась удушливым запахом скатола и сероводорода.
— Ты что уже обосрался? Я же только начал, — скривившись, я подошел к окну и распахнул левую створку.
В комнату немедленно ворвался свежий летний ветер, принесший с собой запахи сирени и раскаленной брусчатки. Откуда-то издалека слышались детские крики, лай собак и грохот мобилей.
Я подошел к распластанному телу и пару минут наблюдал, как один за другим загораются символы на его коже. Зеленая вспышка — резкая конвульсия и протяжный стон, доносящийся из-под кляпа. Бедняга Мейстор наверняка подумал, что к нему применили нечто из мифического арсенала императорских палачей, но на деле это была всего лишь легчайшая вариация Ритуала Боли. Можно сказать детский вариант. По крайней мере я подобное испытал на своей шкуре в шестнадцать лет…
Когда со стола закапала мутно-желтая жидкость, я решил прервать экзекуцию и стер кровь со лба Вэлли. Глифы мгновенно потухли, оставив после себя легкий запах костра и корицы.
— Ну вот, теперь можно и поспрашивать, — улыбнулся я, смотря в испуганные, покрывшиеся сеткой лопнувших сосудов, глаза Мейстора. Выскочившие из орбит, они напоминали потрескавшиеся бильярдные шары, стоит только ударить кием и они резво полетят по сукну, ища свой последний приют в могилах, выкопанных по краям столам.
Я достал из внутреннего кармана сюртука список вопросов и пробежав по нему взглядом, принялся озвучивать. Интересного было мало — неизвестные мне люди, места и сделки. Куда спрятали украденный из грузового поезда товар, кто заложил Флейкстора жандармам, кто стоит за убийством какого-то Алекса. Скукота. Профсоюзный лидер с готовностью отвечал, а Бринер нацепил на нос очки и, как опытный секретарь, принялся записывать полученную информацию в толстую ученическую тетрадь. В таком виде он напоминал типичного заучку-ботаника. Я невольно усмехнулся, чем вызвал испуг у Мейстора. Тот начал заикаться и картавить.
— Я п-п-правду го-го-говорю!
— Да верю я, верю, — успокоив его, я решил задать несколько вопросов от себя: не затевают ли профсоюзы больших забастовок, нет ли у них в городе складов с оружием и как открыть сейф в кабинете. Как ни странно — профсоюз не оправдал моих подозрений, несмотря на громкое имя, ничего противоправного они не планировали. Обычные овечки — визгу много, толку мало. Про склады с огнестрелом тоже не слышали, а значит мой "наследный" арсенал принадлежал кому-то еще.
Ключ от сейфа нашелся в одежде Мейстора. Получив информацию о том, какие комбинации вводить и как снять сигнализацию, мы с Бринером отправились наверх. Нам нужно было получить от профсоюзника еще несколько ответов, в том числе и тот — самый "главный", с которого и начался мой разговор с Эдвином. Но я решил дать передышку себе и "клиенту". К тому же отправлять Бринера на вскрытие сейфа в одиночку было неразумно — прикарманит всё богатство, а скажет, что было пусто. Его гнилую натуру я сразу вычислил.
Тяжелая металлическая дверца отъехала в сторону и мы недоуменно уставились на пустое холодное пространство.
— А…где? — недоуменно пробормотал Бринер, видимо как и я ожидавший увидеть солидную горку денег.
Внутри лежали две шестиугольных кристаллических монеты, достоинством в сто гемов каждая, пара каких-то закладных и бутылка с очередным заморским пойлом.
— Похоже не вышло разбогатеть, — хмыкнул я, и заграбастав монеты, повернулся к лестнице, ведущий на первый этаж.
В этот момент снизу снова раздались звуки открываемой входной двери.
— Мейстор? Ты дома? — послышался тонкий, но властный женский голос.
— Представляешь, только мы доехали до Кротового Уса, как впереди прорвало дамбу — говорят диверсия Союза. Дороги начисто смыло — проехать невозможно!
— Мейс? Ты где? Я видела твой мобиль! Ты что уже нажрался скотина? Стоило оставить тебя всего лишь на день и ты опять взялся за старое!
Мы с Бринером принялись осторожно спускаться по лестнице:
— Жена что ли? — шепотом спросил я.
— Похоже на то, — кивнул Бри.
— С ней нужно поаккуратнее, отключим как Мейстора и свяжем, — сказал я.
— Только семейство за порог, а он пьянствовать! Ну, где ты? Прячешься что ли? — она продолжала кричать.
— Мейс? М-мейс? — неожиданно ее голос задрожал, женщина зашла в гостиную и увидела распластанное на столе тело своего мужа. Тот как бешенное животное дергался в своих путах и беззвучно ревел, пытаясь выплюнуть кляп.
— Папа! Папа! Что с тобой? — следом раздалось два тонких детских голоска.
Увидев детей, мы с Бринером замешкались, а вот вынырнувший из подвала Фелин действовал как спецагент тайной канцелярии. Подбежав к детям, он что есть мочи стукнул их головами друг об друга, раздался сухой треск и те, как кегли повалились на пол. В ту же секунду он прыгнул к жене Мейстора и попытался обхватить ее сзади, одновременно зажав ладонью рот. Однако женщина оказалась слишком резвой и, несмотря на сковывающее движения длинное платье, смогла воткнуть свое колено в пах Фелина. Тот завизжал, как свинья и согнулся пополам. В следующий момент в женской руке блеснул тонкий стилет. Воспользоваться им она уже не успела — подоспели мы с Бринером и выбив оружие из рук, повалили на пол. Через несколько секунд я смог добраться до её сонной артерии и женщина потеряла сознание.
— Вот тебе и тихая операция! — устало произнес я, ложась на забрызганный кровью ковер и закладывая руки за голову.
— Профессионалы все подготовили… — пробормотал я, вспомнив слова Фелина.
— Да кто же знал, что они вернутся! Форсмажор! — возмутился Бринер.
— У мясника что людей не хватает? Так сложно было отрядить одного на слежку за этой семейкой? — вздохнул я.
Фелин был на своей волне, он стоял над женщиной и пускал слюни на открывшиеся виды — в результате борьбы, платье задралось оголив длинные стройные ноги, затянутые в белые чулки.
— А она ничего, вы только посмотрите какая цаца! — он едва не хрипел от вожделения.
— Ты что, бабу в первый раз увидел? Снимешь себе вечером шлюху, да развлечёшься. — сказал я, невольно отметив, что девушка и правда была весьма привлекательна. Значительно младше Мейстора, она имела отличную фигуру и дерзкое веснушчатое лицо с пухлыми губами.
— Не-е-ет, эта особенная, — завороженно пробормотал Фелин.
Мне бы стоило обратить внимание на странный блеск в его глазах, но адреналин от короткой схватки, притупил мыслительные процессы. Мы связали неожиданных гостей веревками, найденными в подвале, и отнесли их на второй этаж, разместив в спальне.
— Я послежу за ними, мало ли что, — сказал Фелин, оставшись с пленниками.
Не чуя подвоха, я согласился и, вместе с Бринером, вернулся к допросу Мейстора.
— Что вы с ними сделали мрази? — из его голоса пропал страх, были только ненависть и злость. Жирный подбородок яростно колыхался, делая его похожим на квохчущую жабу.
— Всё в порядке, жить будут. Давай по-быстрому закончим наше маленькое дельце и сможешь вернуться к своей обычной жизни, — криво ухмыльнувшись, сказал я.
Боюсь это приключение еще долго не выветрится из его памяти.
— Я нич…
— Мейс, я и сам не рад сложившейся ситуации. Но если ты вздумал заартачиться — я могу привести сюда твою дочку и немного с ней поиграть, — глубоко вздохнув, сказал я.
— Н-нет! Не нужно, я всё расскажу, — его глаза потухли, он снова вернулся в нужное мне состояние.
— Вот и славно. На чем мы остановились? — я развернул список и пробежал взглядом по строчкам.
Допрос продолжился: нам удалось узнать, что груз Эдвина Мясника действительно пал жертвой крысятничества профсоюзника, а также кто и в каком размере из жандармских чиновников получил взятки. Создавалось впечатление, что подобные дела здесь вообще поставлены на поток. Как же бедные бандиты существуют в такой обстановке? Не покладая рук воруют у простых людей, а все сливки снимают высокопоставленные жандармы. Возникает резонный вопрос: кто здесь больший вор….