Змей Искуситель (СИ)

— Воу-воу, Нэт. Да ты просто космическая женщина. Отпусти бедолагу.
Она быстро успокоилась и отпустила Ройса. И правда, чего так разозлилась?
— Эсперанса хочет поговорить с тобой наедине. Как у тебя дела с испанским? — Кроуфорд ехидно улыбался.
— Попробую справиться. Если что, будешь помогать.
— Она твердит — Натали да Натали, — Кроуфорд развел руками.
Она кивнула и вошла в комнату для допросов, поскрипывая кожаными штанами. Это и правда лучшая одежда для посещения гинеколога в сомнительной клинике. Помимо кожаных штанов, на ней были грубые ботинки, косуха и майка. Вот бы Джон потешался над ней, если бы увидел. Весь образ дополнено макияжем с темной подводкой для глаз и липовым пирсингом в носу. Наверное, она слегка шокировала Эсперансу.
— Натале.
— Рождество?
Женщина кивнула и улыбнулась. Добрая улыбка, но коварное сердце. Дама имела связи с мафией, сомнений не было.
— Сейчас третье августа, — напомнила Натали.
— Натале, — Эсперанса показала на нее пальцем. — Близняшка.
— Вы что-то об этом знаете?
— Я должна была забрать тебя. Натале. Первенца. Рождество. Тяжелые роды. Но тебя забрала она. Кати.
— Катарина?
— Да. Катарина. И родилась вторая. Селена. Та женщина потеряла много крови. Реанимация. Все бегали. Я забрала ее и сказала что ты умерла. Родился один ребенок.
— Кому сказали?
— Моретти.
— Что простите?
— Маттео Моретти, он заплатил, чтобы ребенок не родился. Он не знал, что близнецы.
Натали дрожащими руками налила себе стакан воды и залпом осушила его. Зачем она и ее сестра, еще не рожденные, понадобились Моретти?.
— Но он узнал недавно, так?
— Он не знал. Узнал другой. Молодой. Моретти против рабства. Он не знает, что делает этот молодой с девушками.
— Что тебе сказали, чтобы ты следила за девушками в притоне?
— Сказали, что убьют Селену и сдадут меня властям и посадят за похищение. Но когда я увидела тебя, Натале, поцелованную Богом, поняла, ты спасешь меня и Селену. Она в безопасности?
Натали обернулась к зеркалу с немым вопросом на лице.
В комнату для допросов вошла Селин и сходу обняла Эсперансу.
— Мама, мамочка. Ты жива.
Они плакали друг на друге, обнимаясь и плача. Жаль, что она не может обнять свою маму, Ариану.
— Почему Моретти?
— Ненависть, — прошептала Эсперанса.
Натали кивнула и вышла. Ей было о чем подумать этой ночью.
* * *
Джону снилась Натали. Каждую чертову ночь. Он невыносимо скучал. Иногда, хотелось убивать и кромсать всех вокруг от злости и бессилия. Это же надо было попасться им на глаза Чезаре.
Джон мог бы защитить ее, если бы забрал к себе и не отпускал ни на шаг. Но после того унижения, через которые он провел Натали в казино, чтобы отвести подозрения от нее, он сомневался, что она в принципе когда-нибудь посмотрит на него, как смотрела раньше.
Той ночью он сильно разозлился. Реально был в шаге от того, чтобы сорвать с нее жалкие клочки одежды и изнасиловать. Никто раньше из женщин никогда не выводил его из себя до такой степени. Он прогнал ее вместо извинений. Знал, что так будет лучше для нее. Безопаснее.
— Ты очень угрюм, сынок. Я тебя таким никогда не видела. Что у тебя произошло? — мягкие ладони его мамы, Лилиан Ноулз, погладили его по голове, когда он сидел спиной к дому на живописной террасе своего дома в Беверли-Хиллз. Он смог заработать его своим собственнымтрудом и талантоми поселить своих девочек
— Я полюбил женщину и разбил, нет, растоптал ей сердце, мама, — с горечью произнес Джон, когда Лилиан села на соседний с ним шезлонг.
— Это все поправимо. Любовь лечит. Посмотри, как твой отец уничтожал меня год за годом, но у меня есть ты и Кьяра, а любовь к вам делает меня неуязвимой, словно птицу феникс.
— Что если я, как и он — разрушаю все, к чему прикасаюсь? — он боялся больше всего в жизни быть похожим на отца.
— Тогда бы у тебя не было твоих прекрасных дочерей. А та девушка, по которой ты бесконечно грустишь, никогда не обратила бы на тебя свое внимание. Я тут узнала, что у нее есть награда героя от губернатора Иллинойса. Я ведь правильно понимаю, что речь о Натали Лагранж?
 
— Это уже неважно, мама. Нам нужно начать жить заново.
— Ты боишься за нее?
— У меня до сих пор перед глазами все, что отец вытворял с тобой. Я радуюсь, что смог хотя бы защитить Кьяру, — Джон поморщился. — Не вынесу, если с Натали что-нибудь случится.
— Но ведь она смелая, упрямая и открытая, а не размазня вроде меня. Ты приехал с разбитым и расцарапанным лицом — это она так тебя отделала?
Джон усмехнулся. Дикая ведьма. Еще недавно он злился на нее за истерику в машине. Но сейчас, когда шрамы зажили, ему хотелось мчаться к ней и просить вернуться.
— Я думаю, что тебе нужно дать ей шанс. Она еще удивит тебя.
— Когда мы вдвоем, мир словно перестает существовать. Это так необычно. Но стоит кому-то оказаться рядом, как эта магия разрушается. Да и к тому же у нее слишком близкая связь с Конте. Если встанет выбор — я или они, она выберет их.
— Но ведь на самом деле выбирать не нужно, Джон. Ты это прекрасно знаешь.
Он знал, на что намекает мать.
— Тогда отец убьет не только Натали, но и тебя с Кьярой, просто чтобы я никогда даже не думал об этой ереси.
— Но я не об этом, сынок. Дай ей время узнать тебе получше. Сделай так, чтобы никого кроме вас двоих не существовало. Отвези ее в путешествие.
— Я планировал. Уже все подготовил. Но она добровольно не поедет. Не-а, — он помотал головой и от бессилия тяжело вздохнул.
— С каких это пор Джону Ноулзу нужно разрешение и согласие? — мама негромко рассмеялась, слишком хорошо зная сына.
Он пообещал подумать над ее предложением.
Той ночью ему снова снилась Натали. Она манила его за собой в легком летнем платье с цветами. Смеялась и танцевала на берегу соленого моря, а закатное солнце превратило ее волосы в алое пламя.
Джон проснулся от вибрирующего сотового. Чезаре. Проклятье. Время три часа ночи. У Джона пробежал холодок по спине. Неужели он сделал что-то Натали?
— Эй, Джонни, у меня проблемы, — сходу перешел к делу младший брат.
— Что ты хочешь от меня?
— Твоя сучка Лагранж раскрыла мой притон с девочками из Восточной Европы. ФБР как тараканы раскрывают один бордель за другим.
— Я предупреждал тебя, что рано или поздно тебя раскроют, — холодно напомнил Джон. Но сердце гулко забилось в груди. Натали? Снова в ФБР?
— Да черт бы с ними, с этими федералами. Отец узнал, что это моих рук дело. Хочет спустить с меня шкуру.
— Тогда тебе пора залечь на дно, — единственное предложение Джона в такой ситуации выглядело логичным. Отец ненавидел рабство и притоны с проститутками, при том, что держал в рабстве собственную семью, пока его старший сын достаточно не окреп, чтобы дать сдачи.
— Ты не хочешь узнать, что там делала Лагранж? Я навел справки — она даже консультантом у федералов не числится. Не ты ли ей слил информацию обо мне?
— Твои подозрения нелепы. Мы с Лагранж встречались всего недельку, — Джон сделал максимально скучающий и равнодушный голос, но то, что Натали не служит в ФБР успокоило. — Да и зачем мне отца травить на тебя? Мне больше нравится, когда вы занимаетесь своими делами отдельно от меня. Моя задача компанией управлять.
— Поверю тебе. Но все равно прижми эту сучку, иначе с ней я разберусь.
— Куда поедешь? — Джон встал с кровати. Нужно созвониться с пилотом и мчаться в аэропорт. Натали ходит по очень тонкому льду.
— Куда-нибудь на острова. Залягу на дно, пока отец в истерике.
— Буду рад не видеть тебя еще лет десять, — хмыкнул Джон.
— Я не предоставлю тебе такой роскоши, — запищал в трубку Чез. Глупо было бесить его, но Джон сбросил вызов. Срочно нужно спасать Натали. Опять она ввязывалась в игры не для своей песочницы.
Глава 28
— Не пойму, что ты там лепечешь, — устало проворчал Джон своему помощнику, Марку, идя вместе с ним по широкому коридору здания “Левентис Груп”. Он час назад приземлился из Лос-Анджелеса и все, о чем он мечтал — прижать к себе Натали и никогда больше не отпускать ее от себя. И совсем не настроен решать какие-то срочные проблемы. А они появились именно сегодня, в пятницу вечером.