Змей Искуситель (СИ)

— Это случайность, — попыталась оправдаться Натали.
Так вот значит, куда завели поиски убийц матери.
— Вовсе нет. Джонни, она похоже не рассказывала тебе. Айзенберг отправил ее в эту организацию под предлогом неугодной дочери с распутным поведением. Два месяца почти ничего не слышали, изредка только короткие сообщения, чтобы уведомить — жива или нет. Затем резкий вызов. Она часть сектантов положила сама при самозащите, когда выводила женщин оттуда. А до этого два месяца собирала улики. Делала видеосъемки, аудиозаписи. Как удалось, до сих пор не знаю. Ее даже наградил губернатор Иллинойса за спасение людей.
— Я знаю, что Натали — женщина века, — Джон хоть и ужаснулся от представленной картины, тем не менее гордился ею неимоверно.
— Но я лично рад, что ты, Натали, ушла из ФБР, — согласился Майкл. — Уж больно ты маниакально выполняла свою работу.
— Это энтузиазм, Майки, — поправила его Селин, отчего у Натали свело скулы.
— Разберемся позже, — шепнул ей на ухо Джон, заметив выражение ее лица. — Сделаем вид, что все в порядке.
Натали улыбнулась, словно он прошептал ей на ухо непристойность.
— Пожалуй, мы отойдем, — проворковала она. Джон отвел ее на террасу, закрыв дверь.
Закатное солнце озарило красным цветом волосы Натали, превратив их в рубиновые нити, способные затмить любой бриллиант. Глаза, полные слез, губы дрожали. Но сама держалась, снова обхватив себя руками.
— Вот мое предчувствие меня еще ни разу не подвело, — проворчал Джон, взглянув сквозь стекло на Майкла. — Он что, слепой? Как можно не заметить, что вы копия друг друга?
— Нет. Она копия моей мамы. Такая же красивая, открытая и сияющая. Я лишь бледная тень. Помню, как плакала после ее смерти, что мне от нее не достались ни глаза, ни волосы.
— Натали, — Джон не мог слушать ее самобичевание. — Посмотри на меня. Если ты считаешь меня хоть немного симпатичным…
Натали фыркнула и захихикала, выпив шампанское.
— Ты хотел сказать, ходячий зажигатель женских сердец?
— Не совсем. Я здесь нужен только одному человеку. Тебе. И ты можешь что угодно думать о себе, но когда я смотрю на тебя, мечтаю украсть, увезти поближе к морю, чтобы больше никто, кроме меня, не мог любоваться тобой.
Он пропустил шелковое пламя ее волос сквозь пальцы.
— Джон, я…
Ему ужасно хотелось ее поцеловать, обнять и успокоить, убедив в том, что можно наплевать на всех и жить так, как ей нравится.
— Вот вы где! — потревожила их Никки. — Ну как вам знакомство с Селин?
— Моего отца хватит удар на свадьбе. Бабушку тоже.
— И Сальваторе, — согласилась Николь. — Я помню Ариану. По мне, так я словно призрак увидела.
— А я говорил, Нэтти. В доме Конте полно призраков, — напомнил Джон и оставил Натали на попечение Николь, а затем и подошедшей Мишель. Ему нужно было сделать пару звонков по работе.
— И ведь не поспоришь, — согласилась с ним Никки.
— Джон всегда прав, — подтвердила Мишель. — Вот ему работы прибавилось, наверное, с твоим знакомством. Кстати, Кьяра тоже здесь.
Натали попросила ее извинить и пошла, как ненормальная, искать Кьяру. Как будто ей мало возникшей из пустоты сестры. Надо еще себе нервишки пошалить. Может, поэтому ей нравилась работа в ФБР. Сколько человек она убила? Боялась считать. Все эти призраки возвращались к ней по ночам.
А теперь слишком скучно. Ходишь себе по магазинам. Никакого адреналина. Кроме Парсонса, никакой опасности. И то удалось его избить.
Теперь нужны ощущения покрепче. Застукать своего парня, например, с бывшей. Или встретить сестру, о которой не знала.
Кьяра в жизни оказалась намного прекрасней, чем на фотографиях в соцсетях. Удивительная редкость. Джон поприветствовал бывшую любовницу и, улыбаясь, нашел взглядом Натали. Улыбка с лица не сошла, наоборот, он как будто обрадовался еще больше.
— Натали, милая, подойди, пожалуйста, — позвал он ее.
Ноги Натали не шевелились и не слушались. Совсем. Что за испытание — стоять с такой красоткой, как Кьяра, рядом? Хотя здесь большинство женщин красивее ее. Но Кьяра. Волшебная, утонченная. Держала под руку молодого парня и смотрела на него влюбленными глазами.
 
— Привет, — Натали, понимала, насколько унизительна эта ситуация в целом, но схватилась за Джона, как утопающий за соломинку.
— Познакомься. Это Кьяра. Кьяра, это моя Натали, — и с такой гордостью говорил, что ей показался сегодняшний день сплошным театром абсурда.
— Натали! Привет. Джон очень много о тебе рассказывал. Я так рада с тобой познакомиться наконец-то. Со мной Лучано Джероламо, он лично помогает Алексу по вопросам реставрации.
— Приятно познакомиться, — Этот рыжий талантливый парень не был красавцем, но настолько обоятелен и мил, что Натали невольно улыбнулась ему в ответ. Итальянский акцент Кьяры и Лучано показался ей очень приятным для слуха.
— Джон, а почему ты рассказывал обо мне?
— Ой, милая, можно я тебя уведу от наших парней и мы с тобой посплетничаем? — не дав ответить Джону, девушка взяла ее под руку.
Кьяра, очаровательная, искренняя и обаятельная, и Натали в другой ситуации обрадовалась бы такому знакомству и обязательно пообщалась с ней. Но сейчас все в одной куче — любовница, с которой знакомят и которой рассказывают о тебе, сестра, о существовании которой она даже не знала. И мужчина, которого она безумно ревновала, а он себя чувствовал как рыба в воде в рассаднике с очень красивыми женщинами. Все знали его лучше, чем она. Это невыносимо ранило.
— Извините, я попозже подойду. Невеста просила меня о помощи, — Натали придумала первый попавшийся предлог, чтобы раствориться и покинуть это место. На выходе из пентхауса ее поймал Алекс. Не стал расспрашивать, дал ей ключи от своей машины и попросил беречь себя. Натали обняла Алекса и поблагодарила за помощь. Хоть кто-то всегда был на ее стороне.
Глава 22
Как ехала, не помнила. Из-за слез картинка размывалась. В конце концов остановилась, чтобы прийти в себя и не заплакать дорогое платье. Нашла у Алекса салфетки, вытерла слезы, смотря на себя в зеркале заднего вида. Ужасный день. Вечно после кошмаров не собранная, размазня, не способная постоять за себя и любимого.
В сумке телефон разрывался от звонков. Конечно, от Джона. Она была не в состоянии с ним разговаривать. Но он умудрялся еще и сообщениями ее закидать.
“Ты где?”
“Что произошло”
“Почему ты не берешь трубку?”
“Натали!”
И даже одно голосовое: “Натали, мать твою, возьми трубку”
Он правда переживал. Это немного удивило и успокоило. Возможно, Джон просто не знал, как строятся отношения, и что может обижать близких людей. Поэтому рассказывал своей любовнице о ней.
— Алло, — проговорила она в трубку, когда он в очередной раз позвонил.
— Натали, слава богу ты жива. Где ты?
— А что, мне нужно было с крыши броситься? — съязвила Натали.
— Поезжай домой, я сейчас буду там, — попросил он, тяжело вздохнув.
— А где мой дом, Джон?
— Там, где ты захочешь, Натали. Но сейчас я прошу вернуться в нашу квартиру.
Неплохая попытка.
— Забери меня. Я не доеду.
Отправила геопозицию и принялась ждать.
Джон появился на своем “Бугатти” буквально через пять минут. Нарушил все возможные правила, перекрыл дорогу под клаксоны водителей. Натали вышла сама, не провоцируя больший коллапс в и того перегруженном Манхэттене. Сев на пассажирское сиденье, Натали не сказала ни слова и даже не смотрела в сторону Джона.
Однако то, что он находился рядом придавало сил и значительно успокаивало. Плакать точно не хотелось.
— С ума сошла, — проворчал Джон все-таки, остановившись на светофоре у перекрестка.
— Ненавижу людей, — попыталась оправдаться Натали.
— Я заметил, — Джон хотел поймать ее ладонь, но она одернула руку. Так. Он в чем-то провинился. Интересно. В полном молчании добрались до дома, поднялись в лифте и зашли в квартиру.
Он в гостиной сорвал с себя пиджак и бросил на кресло.