Отто фон Штиглиц (СИ)
– Господа?
– Два номера. Один двухместный и один одноместный. – Брехт сказал это понятно на немецком и даже сам у себя страшный деревенский акцент услышал. Ну, всё же немецкий. Не Идиш.
– У вас есть деньги и документы? – прямо полицейский. Уже пожалел Иван Яковлевич, что полез в центр Берлина.
Сунул руку в карман, достал два испанских паспорта и справку Хуана Прьето. Потом из другого кармана достал пачку рейсхмарок и помахал в воздухе перед носом господина. Господин, скорее всего, служил внештатным агентом полиции. Просто место обязывает. Взял через услужливого портье паспорта, пролистал, чуть дольше читал справку «великого шахматиста».
– Вы коммунисты? – ещё и в Гестапо подрабатывает. А может и в СД, шпионов иностранных ловит. Ох, зря залезли.
– Нет, это мой племянник. У меня фабрика … по переработке шерсти. У него эпилепсия, часто бывают припадки. Наши испанские врачи разводят руками, мол, медицина бессильна. А тут в какой-то газете наши знакомые прочитали статью, что в Германии могут эту болезнь лечить. Электричеством. Вот мы собрали деньги и приехали. Сложность в том, что мы не видели статьи и не знаем, как зовут доктора, только знаем, что клиника в Берлине.
Брехт говорил всю эту белиберду, а сам внимательно наблюдал за тройным агентом. Верит или нет. Нда, тёртый калач, стоит и бесстрастно выслушивает, хоть бы бровью повёл.
– Так вы нас поселите на пару дней, пока мы не определились с врачом и сроком проживания? – Так и не узнав, решил ли этот дядечка срочно звонить в Гестапо или отложит это мероприятие до утра.
– Не вижу причин отказывать вам господин Брехт и этому больному ребёнку, а кто ваш третий спутник? Какова его роль?
Да, охренеть, прямо, уже в Гестапо. «Смотреть в глаза! Отвечать!».
– Хуан хороший шахматист, а это его личный тренер. Хуан это второй Капабланка. Он будет чемпионом мира. Ему нужно всё тремя тренироваться, вот и пришлось взять с собой его тренера.
– Капабланка? У меня звание чемпиона Берлина по шахматам, я, если господа согласятся, с удовольствие сыграл бы партию с молодым дарованием. И, конечно же, с уважаемым метром.
Да, бляха-муха! Етить-колотить! Вот это попали.
Глава 18
Событие пятидесятое
Мент тормозит КамАЗ и говорит.
– Что, КамАЗ, танки грязи не боятся?
– А ты не грязь, ты мусор.
Вчера было. В соседнем номере парни, наверное, спали, а Иван Яковлевич проснулся среди ночи и как отрезало. Опять думы одолели. Чёткого плана нет. Вечером купил немецкие газеты и прочитал, что творится во Французско – Германских отношениях. Гитлер вернулся из Австрии. Теперь велено её называть «Восточная Марка». Вернулся и вызвал посла Франции. Покричал должно быть на него, об этом, правда, газеты не писали. Но должен же покричать, слюной на лягушатника-петушатника побрызгать. Каплуном обозвать. Не написали газеты. Написали они о том, что Франции выкатили ультиматум. Она должна немедленно освободить всех дипломатов и принести им свои извинения. Затем французские власти должны вернуть имущество «Дойчебанка» и выплатить ему моральную компенсацию, то же самое должно произойти и с другими немецкими предпринимателями. Если же немец или члены его семьи погибли при беспорядках, то Франция должна выплатить семье миллион рейхсмарок. Это около десяти миллионов франков. Просто сумасшедшие деньги. В принципе, всё остальное французы сделают, но вот этот пункт. И что произойдёт? Будут торговаться?! А что сделает Гитлер? Вот! Помочь ему надо определиться. Для этого, теперь, убийство двух немецких генералов, что Брехт задумал, прямо в жилу. Срок выполнения Ультиматума определён Гитлером в неделю. Уже два дня прошло, пока Брехт с пацанами путешествовал. Значит, на его дельце остаётся пять дней. Нужно успеть.
Убить ведь решил давно, ещё в Испании и совсем по другим причинам. Это были самые умные и самые деятельные генералы Гитлера. Да, и самые успешные. Знаковые фигуры и их снятие с доски шахматную партию между Германией и СССР должно изменить. Одного генерала звали – Манштейн. Второго – Гудериан.
Генерал-лейтенант Гудериан – Информация к размышлению.
«Быстроходный Хайнц» (Schneller Heinz), «Хайнц-ураган» (Heinz Brausewetter), «Отец Немецких Танковых войск». Это всё прозвища Хайнца Вильгельма Гудериана. Сейчас генерал-лейтенант. 4 февраля 1938 года назначен командующим танковыми войсками. Есть интересный факт в биографии Гудериана. Его Брехт давным-давно нарыл в интернете. Все же знают про «встречу на Эльбе». Это наши повстречались с американцами, и даже слегка постреляли в них при этом, в 1945 году. Почти такая же встреча произошла и в 1939 году. Состав чуть другой. Наши прибирали к рукам Польшу и столкнулись с не менее азартными немецкими друзьями, которые откусили чуть больше, чем по договору между Молотовым и Риббентропом следовало. Во время польской кампании произошла встреча германских и советских войск в Бресте-над-Бугом. Германию как раз генерал Гудериан и представлял. Он и передал Брест под контроль РККА.
Иван Яковлевич считал, что если у Германии не будет «Быстроходного Хайнца», то все эти охваты танковыми клиньями в начале войны могут не состояться. Решил и тут проверить роль личности в истории. Хуже уж точно не станет. И ещё тот факт душу карябал, что Гудериана не повесят после Нюрнбергского трибунала, он – просто вояка, приказы выполнял, свидетелем будет на процессе, выпустят на свободу, и он будет создавать новую армию ФРГ. А сколько крови советских людей на его руках? Нет, нужно подкорректировать приговор. Повесить не удастся, а вот пулю в живот, чтобы долго умирал. Это, пожалуйста. А если выживет. Хорошие врачи в Германии. Ну, тогда ещё одну в колено. С одной ногой будет менее быстроходным «Хайнц-ураган».
А что будет с танками в Германии без Гудериана? Немцы не придумали танк. Но они первыми организовали эффективные танковые войска, придумали теорию их применения и применили их. Самым известным теоретиком и практиком применения танков был именно – Гейнц (или Хайнц) Вильгельм Гудериан.
Когда к власти в Германии в 1933 году пришёл Адольф Гитлер, он посетил военные манёвры и видел на «поле боя» несколько малых Panzer I Гудериана. Игрушек с пулемётами, из трактора сделанных на коленке. Гитлер был восхищён. Наплевав на Версальский договор и установив воинскую обязанность, в 1934 году Гитлер приказал приступить к формированию трёх танковых дивизий. Тогда же началась профессиональная подготовка немецких танкистов, некоторые из них обучались в Советском Союзе, в частности в Казанском танковом училище. Выучили на свою голову.
Когда началась война с Францией, «Хайнц-ураган» сделал реальностью стратегию блицкрига. Вопреки приказам ставки, он неумолимо продвигал свои танки вперёд и вперёд, пока не закончилось топливо и силы у экипажей, производя опустошение далеко за ожидаемой линией фронта, блокируя коммуникации и захватывая в плен целые французские штабы, которые ничтоже сумняшеся полагали, что германские войска всё ещё находятся на западном берегу реки Мез, тем самым, оставляя французские части без командования и командиров.
Самое интересное, что французский танк Char B был на порядок лучше немецких Panzer I, II и III, а Panzer IV, вооружённых 75мм орудием было всего несколько десятков. Однако Гудериан уже тогда смог выжать из переделанных тракторов максимум, каждый германский танк был оборудован рацией, что в боевых условиях помогало в координации действий и позволяло быстро и просто направить танковые клинья туда, где они в этот момент необходимы больше всего. К тому же все танки участвовали в боевых действиях в составе укомплектованных независимых подразделений и не были приписаны к пехотным частям, как во Франции. И главное – все танковые подразделения находились под командой офицеров, которые были обучены и натренированы самим создателем германских бронетанковых сил – Хайнцем Гудерианом.