Легенды девяти миров. Пробуждение (СИ)
— Что? — отец дёрнулся, и его руки задрожали — Что это значит?
— Что Лив дочь Тора, Ричард. Когда Локи отправил меня сюда, я была беременна ею.
— Твою же… — отец сильно дрожал, и я крепко схватила его холодную и мокрую ладонь — Я… я не могу поверить.
— Пап, они говорят правду. Я тоже могу вызвать разряды тока из пальцев. Но пока что у меня это получилось сделать всего пару раз.
— Моя дочь, дочь Тора громовержца — прошептал отец — Я походу совсем тронулся умом, раз пытаюсь поверить во все услышанное сейчас.
— Ричард, ты же понимаешь, что тебе стоит теперь быть аккуратным — мать смирила отца строгим взглядом, в котором читалась некоторая забота.
— Из-за того, что на меня может охотиться Один? Всесильный бог скандинавской мифологии? — впервые за наш разговор отец разговаривал с сильным сарказмом.
— Он не всесилен — голос Тома звучал уверенно и твердо — Тем более Локи ослабил его, уничтожив наш дом.
— То есть Асгард из сказок — проговорил отец все с тем же сарказмом.
— Да, мистер Вильямс — Том кивнул и посмотрел на отца строгим взглядом — Асгард наш дом и наша Родина. Также, как и истинная Родина Лив и ее наследство.
— Если вы не против, я выпью — отец встал со своего места и потянулся за бутылкой бренди на журнальном столике.
— Я бы тоже не отказался — проговорил Том с громким вздохом — Мне сейчас тоже немного не по себе.
— Тебе не по себе? — отец наигранно засмеялся — Ты же вроде как сильнейший воитель во вселенной и вроде как Бог. Чего тебе бояться?
— Я не боюсь, мистер Вильямс. Я лишь испытываю некоторую неловкость перед вами.
— Заканчивай это «вы». Ты же Бог, а значит, на несколько тысяч лет старше меня. Это я должен обращаться к тебе на «вы».
— Пап, прекрати это — я прижалась к плечу отца и с мольбой произнесла — Ты всегда был, есть и будешь самым близким человеком для меня. Я люблю тебя, пап, и буду любить до конца своих дней.
— Оливка… — Папа прижал меня к себе и стал глубоко дышать — Не зависимо от того, кто ты, кто твои родители и кто твой настоящий отец, ты моя дочь и всегда ею будешь.
Мать и Том смотрели на нас с некоторой болью в глазах. Но я видела в глазах Тома ещё что-то наподобие радости и благодарности. Он был благодарен отцу за все, что он делал и делает для меня и матери. По итогу, отец простил мать и Тома, и сказал о том, что больше у него нет обид ни на кого из них. Он пообещал отдать матери наш бывший дом, а сам планировал купить себе отдельное жильё. Мать и Том уехали уже на рассвете, а мы с отцом ещё до самого утра разговаривали о нашей жизни. Как бы там не было, но отец всегда будет для меня близким другом и человеком, ради которого я была готова на все. Я не знала, что ждёт меня в будущем, и какая жизнь будет у меня дальше, но одно я знала точно. Я сделаю все возможное для защиты близких мне людей, и я приложу все усилия, чтоб вернуть свою истинную и единственную любовь.
Глава 22
— Лив, соберись — голос Тома звучал слишком возбужденно и был полон недовольства — Ты же можешь, когда хочешь.
— Я не могу! — вскрикнула я, устало упав на песок — Ты меня измотал так, что я стоять на ногах не могу.
— Ты все можешь, просто не хочешь.
— Том, ещё одно слово и ты труп — мои глаза злобно сверкнули, и я крепко сжала свои кулаки.
— Вот! Вот это мне и требуется от тебя. Разозлись, разбуди в себе желание разорвать меня на куски и испепелить до пепла.
В этот момент я окончательно разозлилась и дала волю всему негативу, что скопился внутри меня. Вот уже неделю, как я занималась с Томом способностью управлять моими силами. К моему сожалению, никаких продвижений в наших занятиях пока не было. Я все ещё не умела контролировать свои силы и вызывать их в нужное время и в нужный момент. Том был до невозможного дотошен. Он был хуже моего отца, когда тот учил меня кататься на велосипеде или водить автомобиль. Том был требовательным и никогда не давал мне хоть малейшего послабления. Каждую нашу тренировку я была выжата до полного изнеможения и, возвращаясь домой, устало падала на диван и засыпала. Теперь я понимала, о чем Том говорил мне вначале. Все те представления о силе богов и о том, что они даются как само собой разумеющееся, у меня тут же пропали. Как и любую способность, эти силы нужно было подчинить себе и взять их под контроль. С этим у меня были проблемы, что не давало мне возможность хоть на шаг приблизиться к моей конечной цели. Я понимала, что пока я не овладею своими способностями и не приму своё наследие, то я не могла и думать о том, чтоб пойти искать Скотта. Том и мать постоянно напоминали мне об этом, чем вызывали сильную злость у меня. Мой отец был единственным, кому я могла хоть немного пожаловаться на все это и получить хоть небольшую, но поддержку. Мать стала со мной заниматься физической подготовкой, что для меня было полной неожиданностью. За неделю я даже не смогла научиться держать меч в руке, не говоря о большем. Но каждый раз, когда мне казалось, что все это безнадёжно и не имеет никакого смысла, я вызывала у себя в голове образ Скотта. Я тут же вспоминала его самоуверенное выражение лица и его мелодичный и немного грубоватый голос. «Ты все сможешь док. Даже не сомневайся в этом». Я слышала эти слова голосом Скотта и всегда заставляла себя вновь вставать и заново пробовать свои силы.
Сегодня я и Том выбрались на безлюдную часть дикого пляжа, недалеко от загородного дома отца. Том решил сегодня заставить меня хоть немного, но дать волю эмоциям и изменить погоду. Я уже несколько часов пыталась вызвать хоть мимолётную вспышку молнии или разряд грома, но пока мои успехи оставляли желать лучшего. Том вновь покосился на меня с недовольной гримасой и стал недовольно бурчать что-то себе под нос.
— Лив, твоя теория и твоя диссертация основывается на эмоциях и на том, что они должны заставить работать нейроны мозга на полную мощность. Тем самым вызвав ментальную память в голове. Так что сейчас тебе мешает применить свои же знания на практике?
— Мешает твоя недовольная гримаса и твой невозможный тон! — прошипела я и кинула в Тома небольшим камнем, который я нащупала под своей рукой.
— Ты вроде не была никогда слабой и немощной. И разве не ты рассказывала мне о том, что ты никогда не сдаёшься?
— Я и не сдаюсь. Я просто сильно устала.
— От чего? От сидения на белоснежном песочке на берегу океана? — Том говорил с сильным сарказмом, что вновь вызвало во мне бурю негатива.
— Том, не добивай меня.
— В таком случае можем поговорить о тебе и о Локи. Как получилось, что ты влюбилась в самое тяжелое на характер существо во всех вселенных?
— Том, чего ты добиваешься?
— Я? Откровения с твоей стороны. И тем самым я хочу поддержать дружественную беседу.
— Дружественные беседы ведут с друзьями за бокалом вина или виски, но никак не с отцом, который требует от тебя невозможного.
— Лив, невозможное лишь твоё отношение и твоё нежелание поверить в себя и в свои силы. Ты все ещё отрицаешь все своё наследие и пытаешься мыслить, как человек.
— Так я и есть человек!
— Не совсем — Том подошел ближе ко мне и сел на соседнее место — Ты нечто большее, чем просто человек. К тому же ты потомок великих богов Асгарда и всесильных асов. Для тебя нет ничего невозможного.
— Но сейчас я не могу вызвать даже небольшую искру, не говоря уже о молниях и громе. Все это никак не укладывается в моей голове, так же, как и то, что все вы реальны.
— В таком случае просто откинь эти мысли в сторону — голос Тома стих и стал приглушённым — Не думай ни о нас, ни о том, кто мы такие. Не думай ни о чем, что тебя пугает или чего ты не понимаешь.
— Тогда о чем мне думать? — я повернулась в сторону Тома и тихо спросила — Как я должна подчинить себе силы, которые я не понимаю и которые для меня невообразимы.
— Думай о Скотте — Том придвинулся ближе ко мне, и теперь его плечо касалось моего плеча — Но думай о нем ни как о Локи и о боге обмана, а думай именно о Скотте и о твоих чувствах к нему.