S-T-I-K-S. Сварной-3 (СИ)
Первая вражеская пущенная ракета, точно поразила «Кенар». Цербер аж взвыл, когда увидел разлетающиеся и горящие обломки УАЗа. Сварной интуитивно почувствовал наведение дронов на окопчик. Толкнув друга на его дно, закрыл собой и включил Камень.
Серия взрывов разнесла бруствер, осыпала рейдеров землёй и осколками. Металл местами вспорол «горку» Сварного, но не пробил его тело. Церберу повезло меньше — правую стопу вспороло осколком, словно консервным ножом. Командир вколол товарищу лайт-спек и принялся перевязывать рану.
С шелестом лопастей и рёвом турбин, над окопчиком пролетели два Ми-24. Через несколько секунд, застучали их пушки. Несмотря на ранение, Цербер вновь схватился за снайперскую винтовку.
Экипажи «крокодилов», явные профессионалы, с ходу уничтожили несколько дронов. Противотанковые ракеты начали жечь бронетехнику, которая вновь шла в атаку.
Но, враг не был беззубым. Сначала получила ракету в борт один вертолёт, за ним — второй. Первый, с пламенем и дымом на правом борту, потянул обратно. Другой закрутило в штопор, он врезался в землю и взорвался.
— Ну, вот мы снова одни, — вздохнул Цербер, перезаряжая «Выхлоп».
Атака противника продолжалась. Бронетехника растянулась широким фронтом, в воздухе засвистели мины. Рейдеры упали на дно окопчика. При каждом близком разрыве, Сварной вновь включал Камень и прикрывал собой товарища. Один крупный осколок срезал автоматный ремень, вспорол разгрузку и «горку», но так и не пробил тело.
Наконец обстрел закончился. Судя по близкому гулу двигателей, противник вошёл на брошенные позиции. Сварной осторожно поднял голову на верхний срез окопчика. Слева его огибали танк и БТР, справа — танк и два БТРа. Закольцевав «жгуты» экипажей и десанта, командир крикнул Церберу:
— Жги эту пятёрку, пока они в коматозе!
Соратник приподнялся с игломётом в руке. Методично выпустив пять игл, прошил все пять единиц бронетехники. Глядя на другие приближающиеся танки и бронетранспортёры, Сварной поднялся и включил «скреббера».
Техника снова заметалась по полю. Командир одновременно взял под контроль, три ближайшие танка.
— Жги! — выдавил он, ощущая, как быстро тает энергия, растрачиваемая сразу на два действа.
Товарищ сжёг заданные цели и видя, как Сварной зашатался, включил подзарядку. Большая часть противника, разворачивалась обратно. Лишь единичные танки стреляли по фантому скреббера.
В небе послышался многоголосый вой реактивных снарядов, которые секунды спустя, упали в тылу внешников. Полностью исчерпав энергию, Сварной безвольно опустил руки. Истерзанная взрывами земля, стремительно приблизилась и ударила в лицо…
Из забытья его вывел мерный вибрирующий гул и такая же вибрация под его телом. Рейдер лежал на спине, на каком-то жёстком металлическом полу, руки чем-то стянуты. Не открывая глаз, сосредоточился на ощущениях. «Скорее всего, я в вертолёте, — решил он. — И судя по стяжкам — я в плену…»
Сварной еле приоткрыл веки. Точно, он в «вертушке». Аппарат, явно какой-то импортный. Ставни с обеих сторон раздвинуты, за пулемётными турелями сидят бойцы в респираторных масках. На сиденьях — шесть автоматчиков.
— Очухался?
Пленника чувствительно пнул под рёбра ботинок. Повернув голову, рейдер наткнулся на злобный взгляд ярко-голубых глаз, мужчины в чёрной униформе. Тот сидел ближе всех. На груди у него висела G36, из открытой кобуры торчала рукоятка «Глок-17». В отличие от всех бойцов, у врага не было респираторной маски, а из-под кевларового шлема, виднелись пшеничные волосы.
— Как тебя зовут? — продолжил блондин, в голосе которого проскакивал едва заметный прибалтийский акцент.
— Какая тебе разница? — выдавил рейдер.
— Ты прав — никакой.
От резкого удара ботинком, Сварной издал краткий рык. «Ещё стукнет — включу Камень. Пусть этот урод пальцы сломает», — решил он.
— Ты — стронг? Или просто рейдер? — снова поинтересовался блондин.
— Я — самый главный стронг, — усмехнулся пленник.
— Не свисти. Босс — ваш главарь.
Блондин коротко размахнулся ногой. Сварной в ту же секунду хотел включить Камень — но, почему-то не смог. Удар пришёлся под рёбра, и там послышался хруст.
— Ублюдок! — взвыл рейдер. — Кайфуешь, когда бьёшь связанных?!
— Извини, больше не буду, — смиренно произнёс палач. — Просто, ты со своим напарником, много наших перебили.
— Это война. Ничего личного. А где мой напарник?
— Не смогли взять живым. Симулировал сдачу в плен, а сам две «лимонки» взорвал. Сам готов и напоследок пятерых наших забрал.
«Эх, Цербер, дорогой товарищ… — вздохнул про себя Сварной. — Мир твоему праху. Может, в следующей твоей перезагрузке, тебе лучше повезёт…»
— Какие у тебя дары? — продолжил допрос враг.
— Ты же знаешь — в Улье неприлично интересоваться подобным, — ответил пленник и приготовился к очередному удару ботинком.
— Ну, это ваши рейдерские суеверия. Так какие?
— Ты не видел?
— Когда изображал скреббера? Видел. А другие?
— Всё.
— Можешь не говорить. На базе, наши эскулапы всё у тебя выведают. Кстати, заметил, что твои дары не работают?
— Ещё не пробовал.
— Не свисти, по любому пробовал. Можешь поднять голову и посмотреть, что на тебя надето.
Сварной так и сделал. Вместо разгрузки, на изорванной и изрезанной по швам «горке», через голову на плечи — была наброшена какая-то сетчатая «манишка» из чёрного плотного материала, внешне похожего на пластик или резину.
— Что за хрень… — выдавил рейдер.
— «Недар», — усмехнулся блондин. — Нейтрализатор даров. Пока он на тебе — ты не сможешь активировать даже самый простейший дар.
— Ясно…
«Ну вот и всё, Сварной — отбегался ты по Улью, — грустно подумал рейдер. — Жаль, конечно, заканчивать свой жизненный путь на разделочном столе у внешников. Лучше бы я погиб вместе с Цербером… А вообще-то, рано себя хоронить! Просто так, я им не дамся! Зубами буду грызть, раз дары накрылись! Хотя, эту манишку можно попробовать и скинуть. Только, как? Для этого надо встать на ноги, да кто же мне даст это сделать? Ладно, пока буду ждать момента…»
— Эй, белобрысый! — крикнул пленник. — Дай живчика хлебнуть.
— Нет проблем, — отозвался враг, снимая с пояса фляжку.
Заботливо приподняв голову рейдера, он приложил к его губам тару. Жадно втянув первый глоток, Сварной едва не задохнулся. Вместо живца, там оказался крепкий коньяк. Блондин и его товарищи, дружно захохотали. Справившись со спазмом, пленник снова приложился к горлышку.
— Ну, хватит, хватит! — Внешник убрал фляжку. — Это очень дорогой коньяк. Ты даже не представляешь, сколько он стоит.
— Да пофигу, — отозвался Сварной. — Я при случае, тебе ящик такого отдам.
— Ха, да ты юморист!
— Кстати, напоил — теперь дай и закусить.
— Сейчас.
Враг достал из кармашка разгрузки энергетический батончик. Едва принялся снимать обёртку, как вертолёт затрясло, словно тот попал в ураган. На приборной доске тревожно запищал зуммер, пилот трёхэтажно и по-русски выругался.
— Что случилось?! — выкрикнул блондин.
— Чёрный кластер резко поменял воздушную границу! — отозвался лётчик. — Вот под неё мы и попали!
— Так какого ж… ты рядом летел?
— Не учи! У меня свои инструкции!
Летательный аппарат продолжало трясти. Внешники вцепились в рукояти по бокам сидений и тревожно смотрели в открытые ставни. Блондин вернулся на своё место. В этот момент турбины вертолёта заглохли. «Везёт же мне, — усмехнулся про себя Сварной, — Но, лучше уж такой конец…»
— Сделай что-нибудь! — От волнения, акцент в голосе белобрысого, прорезался более сильно.
— Попробую сесть на авторотации! — ответил пилот.
Вертолёт резко накренился налево, затем направо. Пленник сначала чуть не вылетел в открытые створки, но был пойман, а затем отброшен пулемётчиком с правого борта. Уткнувшись под ноги сидящим автоматчикам, Сварной попытался встать. Новый рывок летательного аппарата, сбил его с ног.