Если б не было тебя 2. Марк (СИ)

Я проводила их в тот день до порога, поцеловала в солнечную макушку моего мальчика, вдохнула родной аромат любимого, даже не подозревая, что это все в последний раз. Что прикосновение губ к моей переносице я буду чувствовать еще не одну неделю. Мишка вез сына к моей маме, подальше от нервотрепки и пытаясь его уберечь. Он любил его до безумия, до яростного сумасшествия. Готов был сунуть руку в огонь, лишь бы наш мальчик был счастлив. И наши неприятности начались именно с желания Мишки сделать нас счастливыми.
Долг. Сейчас эти проблемы кажутся мне смешными. А тогда... Муж взял головокружительную сумму денег у какого – то человека и не смог ее вернуть. Парадокс – мучитель носил такое же имя, как наш сын. Только мой малыш был светлым и чистым, а тот, другой - порождением тьмы. Я ни разу не встречалась с кредитором мужа, но в моих фантазиях он был не человеком, а черным адским демоном без души. Мишку обманули партнеры, и все его надежды стать богатым, как он мечтал, лопнули, словно мыльный пузырь. А мне и не надо было многого. Он да Марк – мое счастье. А теперь их нет. И меня нет. Я давно не живу.
Сегодня я решила уйти туда где не болит. Туда, откуда нет возврата. Серая хмарь, проникающий под платье холод – все что у меня осталось. Я неслучайно выбрала наряд. Шила это платье на заказ для скромной свадьбы. Оно получилось совсем непраздничным, и Мишка даже обиделся на меня за это. А я просто была счастлива и все. А потом забеременела Марком, и всю беременность лелеяла его в своей утробе. Было жаркое лето, и я носила счастливое платье которое оказалось невероятно удобным.
И сейчас я ждала, что оно принесет мне толику того спокойствия и не позволит струсить.
Обычно оживленное шоссе сегодня было пустынным. Я замерла на обочине, ожидая своего ангела смерти. В кармане завибрировал телефон, заливаясь незнакомой трелью. Странно, я же его выключила. Просто взяла с собой, чтобы мое тело могли опознать и упокоить достойно - единственное желание. Телефон да паспорт. Достала трубку и уставилась на экран.
Алые буквы, похожие на капли крови на снегу.
« Их там нет. Живи»
Я замерла на месте, снова и снова вчитываясь в исчезающую строчку, тающую прямо на глазах.
Синица. Желтогрудая птичка выпорхнула у меня прямо из-под ног. Я испуганно шарахнулась вперед. Последнее, что услышала – ужасный скрежет. Наверное, с таким звуком должны открываться адские врата. И свет – яркий, ослепительный, манящий.
А потом пришел ОН – мой ангел. Я думала всегда, что они все белокурые и смазливые. Мой херувим оказался брюнетом с глазами цвета январского речного льда, и трехдневной щетиной на изуродованной шрамом щеке. Он поднял меня на руки и мне показалось, что больше мне больно не будет никогда.
- Сейчас, только не сдохни смотри,- прохрипел он, раздирая ткань на моей груди. Мое платье, единственная последняя ниточка, оставшаяся от любимых.
Закрыла глаза и почувствовала, как горячая слеза стекает по моей щеке. Я все же не смогла уйти за ними. И пришла боль – страшная, раздирающая, убийственная, уносящая в небытие.
«Их там нет. Живи» - прозвучал в моей голове тихий хрусталь, отпускающий меня в бесконечный полет.
Марк
День первый продолжение
Она мне не нужна. Столько их было таких – через которых я просто переступал, ломал без жалости и раскаяния. Одной больше, одной меньше. Я завел мотор, выруливая на мокрую дорогу. И об этой дуре я бы, скорее всего, забыл уже через час.
Надо было оставить ее подыхать на странно – пустынной дороге. Надо было, но я не смог. Что – то помешало взять на душу еще один грех, заставило выдохнуть, завело моё одеревеневшее сердце, словно кривым стартером доисторический мотор крутануло. Вырвало, выкрутило, заставляя упасть перед ней на колени и понять, что она не умрет. Не сегодня. Только вот в больницу я ее не повезу, зачем мне лишние вопросы? Затащу в свой ад, эту глупую самоубийцу.
Поднял с земли легкое тело, ощущая пальцами обтянутые кожей трогательные косточки. Она растянула запекшиеся губы в подобии улыбки. Странная маленькая птичка, так глупо распорядившаяся своей жизнью. И что – то порвалось во мне с щемящим звоном. Сломалось внутри. Что это? Я не имел представления, но в мозг впились щупальца разрушающего страха, заставив ослепнуть от воспоминаний. Мне не было так мучительно кошмарно с тех пор, как я остался один.
 
- Марк, Марик,- прошептала кукла в моих руках, и я понял, что просто не смогу перейти последнюю черту. – Я буду с тобой всегда.
Прижал к себе странную женщину, ощущая леденящий холод, идущий от ее тела и побежал к машине.
Я ее не потеряю. Не в этот раз.
  
Глава 2-1
 
Мобильник на приборной доске засветился, отвлекая меня от незнакомки. Женщина застонала, когда я слишком резко выдернул руку из под ее головы. Но мне было все равно. Я смотрел на дисплей телефона, и мне казалось, что схожу с ума. Алые буквы, кровяными кляксами разбегались по экрану, превращаясь в пузатого снегиря. Смешно – летом и снегирь. Нужно будет разобраться с мобильным оператором. Такие шутки прощать нельзя.
«Черное сердце можно оживить. Беги»
Я схватил трубку, но экран больше не мерцал, больше не было странных сообщений. Не было ничего в этом мире кроме маленькой полупрозрачной женщины, свернувшейся в позу эмбриона на заднем сиденьи джипа, стонущей от боли.
- Кто ты, черт тебя подери? - сквозь зубы прохрипел я, поворачивая ключ в замке зажигания.- Кто ты такая, мать твою?
Как доехал до дома – не помню. Мне казалось, что она умерла. Ни звука. Ни стона, звенящая, оглушающая тишина, выдирающая с корнем моё наносное спокойствие. Она не просто так выскочила мне под колеса. Но кто тогда подослал? И с какой целью? Голова становится чугунной. Небо распухшее, как лиловый нарыв, и мне хочется свалиться на колени, поднять руки в верх и кричать, до хрипоты, на разрыв. Потому что, то что я сейчас чувствую совсем не похоже на злость – мою вечную спутницу.
Этот дом мне не нравится. Не знаю зачем я приехал в этот богом забытый пригородный поселок, не помню как нашел особняк, выделяющийся среди серой нищей массы ютящихся к нему домишек. И кованый забор больше похож на тюремную ограду, только «колючки» не хватает. Но меня почему – то сюда тянет.
Она такая легкая, невесомая, почти бестелесная. Обветренные губы давно не видели помады. Такие бледные, как лепестки чайной розы, с вишневой каемкой по краю.
Стонет, когда я беру ее на руки и вдруг открывает невидящие глаза.
- Кто ты? – шепчет моё проклятье.
- Марк. Меня зовут Марк.
Я задыхаюсь от вихрящегося в душе черного гнева. Ненавижу эту маленькую женщину. Она заставляет меня чувствовать себя предателем.
Почему? Я ведь не знаю ее вообще. Впервые вижу. Но почему – то не могу отвести взгляд от острых ключиц, проглядывающих сквозь полупрозрачную кожу.
- Марк,- в голосе незнакомки сквозит что – то очень светлое. И эта ее реакция завораживает. Кто она такая, черт бы ее побрал?
- Кто ты? – хриплю я, борясь с желанием просто бросить ее на раскисшую землю и трусливо сбежать, поджав хвост. Как тогда, три года назад.
Она замирает. И кажется, что скукоживается, испуганно глядя мне в лицо. И я знаю, уверен ей противно смотреть на мою небритую физиономию. А в глазах ее плещется страх: первобытный, животный. Чувствую легкую дрожь, прошивающую маленькую фигурку, словно разряды тока. И этот трепет передается, проходит по венам выжигающим холодом, что приводит меня в чувство. Я Мрак, я не умею сочувствовать. Все к чему я прикасаюсь – гибнет. И эту бабу погублю. Я уже это знаю. Только вот почему-то кажется, что она давно уже обескровлена, высосана и выкинута, эта крошечная птичка, свившаяся в захвате моих рук.
- Я не знаю,- наконец выдыхает она три слова, которые повисают в воздухе облачной дымкой.- Я не помню, кто я. Но я знаю тебя. Марк, я знаю, что безумно люблю тебя. Это имя, такое теплое.
Горло сжимает шипастая удавка. До боли, до хруста.