Если б не было тебя 2. Марк (СИ)

- Марк, я все сделаю. Но ты же понимаешь, что первые сутки самые важные в поиске пропавших детей,- отвечает устало мой собеседник.- И в твоем случае огласка излишня. Этот ребенок...
- Плевать. Это мой ребенок, делай все, что обычно делают в таких случаях,- хриплю, понимая его правоту. - У меня нет прав на Марика. Зато у меня есть козырь в рукаве. Мать мальчика рядом. Она по закону имеет право на розыски сына.
- Марк, ты творишь глупости. Эту бабу нужно слить. Пока она не упекла тебя за похищение ребенка,- шипит на том конце провода хищный мужик, прошедший горячие точки.
- Я скорее солью тебя,- говорю я, встаю с кресла и иду к дивану, на котором сидит Ангелина. Она смотрит с испугом за моими передвижениями. Следит за каждым моим жестом. Скрючившаяся. Жалкая, такая желанная, черт бы ее побрал.
- Что ты хочешь сделать? – спрашивает тихо, когда я стаскиваю ее с дивана, и прижимаю к себе. Голое плечо, с которого снова свалилась кофта мерцает в полумраке снежно – прозрачной белизной.- Марк...
Ничего, мне просто нужно почувствовать, что она рядом, что она осязаема, что она в моей власти. Хотя, это вопрос спорный. Это я теперь в плену ведьмячьих чар.
- Расскажи мне, что нас связывает? – тихо шепчет мой ангел,- Марк, я должна знать. Хочу понять.
- Ты правда этого так желаешь? – ухмыляюсь я, — Ангел, есть истины, которые скрывает от нас мирозданье не просто так. Зачем тебе нужны знания, похожие на вздувшиеся гнойники?
- Они уже лопнули, Марк, и теперь сочатся ядом непонимания.
Эта маленькая женщина переворачивает мой мир с ног на голову, с самого ее появления в моей жизни. И я уже не понимаю, какова моя истина.
- Ну хорошо. Слушай.
  
Глава 6-2
 
Ангелина
- Это какая – то изощренная ложь,- шепчу я мертвыми губами. То что я чувствую даже не боль – это агония, последние судороги реальности, которая давно уже неизлечимо больна.
- Ну что, птичка, ты ненавидишь меня, ведь так? – ухмыляется мой мучитель, но я вижу в его потемневших глазах такой омут боли, что просто не могу, не хочу его ненавидеть.
- За что? – этот хрип похож на скрип адских врат. Он сломан, выдавлен, как пустой тюбик из под зубной пасты. Он такой же, как я. Но у меня есть преимущество. Благо, дарованное мне всевышним – я не помню, а значит не люблю, не умираю от чувства потери, не живу.- Марк, я не верю. Я не могла быть женой монстра. Никогда, слышишь, даже думать не смей, что я могла бы так поступить. Знать и не вмешаться. Я бы сама сдохла, но не позволила убить. Слышишь?
Мой крик срывается, когда сильные руки вжимают мое лицо в пахнущую силой мужскую грудь. Он глушится, впиваясь в левую половину, туда, где бьется сердце Марка.
- Ты была с ним одним целым, Ангел,- шепчут горячие губы. — Он всегда хвастался, что ты готова идти за ним по раскаленным углям. И я ему верю, даже сейчас. Потому что вижу, насколько ты глупа. Твоя слепая вера в меня отвратительна. Потому что я ничем не лучше твоего мужа. А ты даже не можешь возненавидеть того, кто отнял у тебя сына. Слабачка.
Молчу. А что тут скажешь? Да, я не могу ненавидеть единственного на этом свете человека, способного мне вернуть моего мальчика. Он ведь знает, где мой сын. Мне почему-то так кажется.
- Я уезжаю, — вдруг выплевывает Марк, отстраняясь. И мне кажется, что я снова теряю часть себя. И этому нет конца. Снова и снова я остаюсь одна.- Ангел, нужно проверить кое-что. Будь умницей, сиди дома.
- А если нет? – тихо спрашиваю, не сводя глаз с его лица.
- Тогда я не дам за твою жизни ржавой копейки,- кривится просыпающийся в Марке монстр, который все же пророс в него. Сейчас он действительно уродлив, и я отшатываюсь. Что не может укрыться от умного взгляда пронзительны как пистолетное дуло, глаз.-Я уничтожу тебя, маленькая птичка, если ослушаешься. Это станет доказательством того, что я не ошибался. Сотру с лица земли скверну. Не верю тебе. Ты не помнишь что сотворила просто.
- Я не убийца, -говорю уверенно, но голос дрожит. – И ты это знаешь. Зачем ты мучаешь меня Марк? Тем более, что ты уже уничтожил тварь, разрушившую твою жизнь.
 
- Ты любила его,- уже кричит измученный мужчина. Он не жалок. Он болен. Ему нужна помощь.
- Я не помню, — выдыхаю я, — как думаешь, можно забыть того, кого любишь? Это где-то на грани, на пределе чувств. Я помню, как обожала сына. Но мужчину, о котором мы сейчас говорим я не могу даже воспроизвести в памяти. Я любила то, что сама себе придумала, так бывает.
- Прости,- вдруг хрипит Марк,- прости.
Он уходит и я понимаю, что-то в этом мироздании все вывернулось наизнанку. Любовь, ненависть, непонимание, сплетаются в тугой клубок, и в нем нет ни начала ни конца. И найти нить, ведущую к истине практически невозможно.
Тихо. Этот дом болен. Я почувствовала это сразу, как только переступила порог дорогого особняка. Он пропитан энергией страданий.
- Ангелина.
Вздрагиваю. Тонкая женская фигура выступает из полумрака, будто бестелесный призрак.- Марк уехал, и мне ничего не сказал.
Мать Марка смотрит на меня с интересом, я бы даже сказала с любопытством. Они не похожи совсем. У женщины воспитавшей монстра тонкие черты лица и добрые глаза.
- Мне он тоже ничего не сообщил, — улыбаюсь я, глядя за спину моей собеседницы. Там маленькая дверь, похожая на вход в каморку за нарисованным очагом. – Что там?
- Не знаю,- нервно дергает плечом пожилая женщина. – Но я боюсь этого места. Пойдемте пить чай.
- Как вы можете? – вопрос сам слетает с моих губ.- Ваш внук...
- Вы ведь его мать, Ангелина? – жестко спрашивает женщина, и воздух вокруг сжимается, словно кузнечный мех.
- Я не помню, — хриплю, понимая, что ступаю на новый виток адских кругов.
- Он так ждал вас.
Марк
Я просто трусливо бегу: от нее, от себя, от чувства разрушающей пустоты и рвущей в лоскуты вины. И эта ее глупая доверчивость бесит до одури, до искр в глазах. Машина слушается каждого движения, скользя по темной дороге, укрытой влажными серыми сумерками.
Я должен вернуть ей сына. Но даже примерно не представляю откуда начинать поиски. Как слепой.
Телефон на приборной доске мерцает экраном. Снова чертово СМС, от которых у меня стынет в жилах кровь. Не читаю. Не хочу. Экран не гаснет, и я нехотя беру мобильник. Это не сообщение – звонок. Номер неопределен.
И я знаю, что ничего хорошего этот вызов мне не сулит.
- Здравствуй, Мрак,- шелестит бесполый голос, впиваясь в мой мозг болезненным шипением.- Пришло время собирать камни.
- Кто ты, мать твою? Верни мне мальчишку, — рычу в трубку. Мне не страшно, я в ярости. У меня забрали то, что мне принадлежит. Мое. Какой – то урод, который только и может, что скрывать свою сущность и даже голос, за безликим звонком со скрытым номером. Ненавижу таких тварей. Они страшнее разозленных гиен, которые хотя бы нападают не со спины.
- Мы же оба знаем, что я забрал свое,- глумливо отвечает монстр.- Этот ребенок никогда не был твоим.
- Я найду тебя и вырву сердце,- хриплю, ослепнув от бессилия.- Если с головы Марика упадет хоть один волос, я...
- Папа, не надо,- далекий голос в трубке, звук удара. Еще немного и я просто сойду с ума.
- Щенок – предатель. Такой же, как и все, вокруг,- шипит голос. Черт, я даже примерно не представляю, кто это может быть. Да кто угодно, слишком много врагов я нажил. – У тебя есть еще одна моя вещь и я приду за ней. Ты слабак, Мрак. Жалостливая тряпка. Слухи о тебе сильно преувеличены.
- Что ты хочешь? Денег? Говори условия,- скриплю зубами. Я не желаю переговоров, мне нужна голова придурка, посягнувшего на мою семью. Чертов сын монстра все же смог влезть мне под кожу.
- Я хочу твою душу,- смеется незнакомец. – И я ее заберу
- Ты опоздал,- ухмыляюсь, стараясь просчитать эту тварь. Я ведь явно знаю его. И знаю хорошо.
- Э нет. Марк, ты ошибаешься. Твоя душа сейчас вполне осязаема. Она живет и дышит. И у нее даже есть имя. Когда – то я сам хотел отдать ее тебе, а ты отказался. Все возвращается на круги своя. Только теперь я хищник.