Босс для Гадкого утёнка (СИ)
— …слышь, Боярка, не грузи меня, а?.. — тем временем мрачно цедит Лебеда по телефону. — Я уже всё тебе сказал ещё вчера. Сам не в курсе… Уехала она, да. А ещё только что кинула меня по смс. Что..? Ага, давай, рад повеселить. Приятного ржания!
Прервав вызов, босс раздражённо прячет мобильник в карман брюк. И продолжает стоять на месте в каком-то глубоком раздумье. Потом потирает виски обеими руками.
— Похмелье замучало, — зачем-то сообщает он мне. — Никогда не надирайся так, как я вчера. Иначе работа уже не работа, а каторга.
— Как скажете, Тимур Аркадьевич, — не могу я удержаться от лёгкого сарказма и толсто намекаю: — Наверное, вас ждут важные дела…
Он снова долго и пристально смотрит в мою сторону. Потом, вместо того, чтобы уйти, вдруг идёт в мой темный угол и садится в кожаное кресло с ободранной посетителями обивкой.
— Ты права, — лениво говорит мне. — Темнота — отличная штука. У тебя глаза меньше болят, а у меня башка уже не так сильно трещит.
— Рада за вас, — кисло отзываюсь я и поднимаю свой предательски упавший стул без спинки, чтобы снова присесть.
Сидим молча несколько секунд, думаем каждый о своем. Не знаю, как босс, а я мучительно размышляю, как бы половчее выбраться из случайной западни.
— Как насчёт того, чтобы дать совет? — вдруг предлагает Лебеда.
— Какой совет? — настораживаюсь я. — Мне ничьи советы не нужны.
— Да не тебе, глупышка. Мне совет.
— Вам? — повторяю я и чувствую себя действительно поглупевшей. От удивления. — И какой совет вам нужен?
— Женский, — небрежно сообщает босс и тихо барабанит пальцами по кожаной обшивке кресла. — И нужен он мне прямо сейчас.
— А… я слушаю.
— Меня интересует женская логика. Уж извини, но с похмелья меня тянет пофилософствовать. Как по-твоему… чисто гипотетически… если девушка на любой знак внимания отвечает… м-м… ну скажем, физической агрессией… и при этом всеми невербальными признаками транслирует заинтересованность… то чем она руководствуется?
Меня охватывает странное чувство раздвоенности. И практически стопроцентная уверенность, что Лебеда советуется со мной… насчёт меня самой же.
Тьфу, блин, ну не бред ли? Шизофрения какая-то получается.
Я нервно откашливаюсь и, в кои-то веки радуясь собственному страшенно-сиплому голосу, отвечаю:
— Возможно, у этой гипотетической девушки уже есть мужчина, и она просто не хочет ему изменять?
— Да нет у нее никакого мужчины, — с досадой хмыкает босс.
Я изумлённо моргаю.
— Откуда вы знаете… то есть… с чего вы так уверены в этом?
— Она ведёт себя, как девочка без… — начинает объяснять похмельный Лебеда и обрывает сам себя, качая головой. — Поверить не могу! Сижу в каком-то темном углу на груде сломанной мебели и откровенничаю с незнакомкой. Ты случайно гипнозом не владеешь?.. Слушай, забудь! Серьезно. У меня сегодня с утра мозги совсем не работают. Я даже не знаю твоего имени… как тебя зовут, кстати?
Я сглатываю вязкую слюну. Может, это и есть момент истины? Сопоставить дважды два вскоре ему труда не составит.
— Меня зовут…
— Тимур Аркадьевич!!! — звонко кричит с лестницы секретарша босса, заглушая мой тихий хриплый голос напрочь. — Вы ещё здесь?
Лебеда неохотно поднимается с кресла и выходит в коридор.
— Здесь я. Что у тебя?
— Там Екатерина Николаевна подъехала. Сообщаю сразу, как вы и велели.
— Умница. А теперь найди мне Алекса. Пусть обслужит ее по высшему разряду…
Даже слова мне не сказав на прощание, босс поднимается по лестнице со своей секретаршей. А я шумно выдыхаю с бессильным облегчением.
Но переварить стресс мне не дают возможности. Уже спустя пару минут мобильник вибрирует вызовом от Алекса.
— Ты где? Смс отправила?
— Да…
— Тогда живо избавляйся от симки! И сразу дуй ко мне. Вип-клиентка приехала.
Глава 20. Гадкий Утёнок и Золушка
— Улыбайся и помалкивай, — вполголоса рекомендует Алекс.
Мы стоим в его кабинете, встречая вип-клиентку Лебеды, но сразу она не входит. Первыми к нам вваливаются широкоплечие молодцы в черном, которые холодными острыми взглядами обшаривают каждый закуточек кабинета в поисках неведомых врагов. Один даже проверяет содержимое единственного во всей комнате шкафа с дверцами и не ленится заглянуть под стол.
— Она что, дочка какой-то важной шишки? — шепотом любопытствую я.
— Не совсем, — еле слышно шипит в ответ Алекс, с натужной улыбкой наблюдая за бесцеремонными телохранителями. — Важной шишке она приходится не дочкой, а девушкой. Какая-то официантка охмурила одного из самых влиятельных людей в нашем городе[*]. Сейчас во всех светских кулуарах о ней сплетничают. Только не вздумай ляпнуть ей об этом, а то важная шишка от тебя живого места потом не оставит. Он оберегает ее нежные ушки от сплетен, как ненормальный. А за один косой взгляд в ее сторону превратит тебя в общественного аутсайдера по щелчку пальцев…
— Как романтично, — умиляюсь я иронически. — Так эти люди в черном проверяют, не спрятался ли в твоём шкафу какой-нибудь особо опасный сплетник с косоглазием?
Визажист косится на меня без комментариев, но его плечи слегка трясутся от сдерживаемого смеха.
Когда охрана вип-клиентки наконец выметается прочь, в кабинет лёгким шагом входит… Катя.
С нею вместе, держась за руку, топает ребенок — маленькая девочка годиков пяти на вид. Алекс подмигивает ей и радушно, слегка перегибая палку с градусом радости в голосе, обращается к гостье:
— Екатерина Николаевна, рад знакомству! Я Алекс.
— Взаимно, — вежливо отвечает Катя и переводит взгляд на меня.
— Это Диана, — беспечно представляет меня Алекс, не подозревающий о том, что мы с ней уже встречались, когда я изображала Дину. — Моя ассистентка.
Катя пристально смотрит на меня, чуть хмурясь в легком недоумении. У меня возникает ощущение, что она видит меня насквозь. Да уж, ведь женский взгляд более проницателен, чем мужской, когда дело касается наличия или отсутствия макияжа. С другой стороны, мы общались совсем недолго…
Узнает или нет?..
Занервничав, я переступаю с ноги на ногу. В подвернутой накануне лодыжке вспыхивает тупой отголосок боли, и срабатывает рефлекс — колено слегка подгибается, вынуждая меня быстро перенести вес на здоровую ногу.
Но этот крошечный инцидент становится тем самым роковым ключиком к разоблачению.
Глаза Кати расширяются и вспыхивают узнаванием. Она даже рот приоткрывает, чтобы задать вопрос. Но я умоляюще мотаю головой за спиной визажиста и прикладываю палец к губам. Хоть Алекс и в курсе моей конспирации, он и без того слишком многое уже обо мне знает, да ещё и шантажом балуется. Ужас как не хочется посвящать его в новый виток своей запутанной жизни..!
Вижу, как брови девушки взлетают вверх, а затем она молча прикусывает нижнюю губу и делает вид, что ничего особенного не происходит.
У меня словно камень с плеч исчезает. Какая же она классная, эта Катя! Свой человек.
— Екатерина Николаевна, вы позволите снять ваш размерчик? — тем временем деликатно интересуется Алекс и косится на девочку. — Кстати, а как зовут эту милую маленькую феечку?
— Меня зовут Настя! — сообщает та и восторженно наблюдает за тем, как визажист жестом фокусника извлекает из нагрудного кармашка своей модной жилетки плотный кругляш измерительной ленты.
После того, как все нужные параметры фигур зафиксированы в электронной программке на рабочем планшете Алекса, мы отправляемся в особый зал для вип-клиентов с внушительным хвостом Катиной охраны. К залу примыкает самая большая трендовая гардеробная, где хранятся наряды исключительно текущего сезона. И никакого прошлогоднего «старья».
Помнится, как-то я случайно развесила там платья из осенней коллекции, которым и года не натикало. Так Лизавета Сергеевна чуть не загрызла меня в тот день, да ещё и штраф повесила.
— Ирочка, — щелкает пальцами Алекс, подзывая мою детдомовскую подружку-гардеробщицу за неимением ассистенток. — Организуй нам чай, милая.