Босс для Гадкого утёнка (СИ)

Тем временем рядом со мной начинается суета с другим фотографом.
— Так! — командует он. — Выстраиваемся в ряд вдоль бассейна и принимаем позу бодибилдера, ясно? И плечи, плечи напрягаем посильней..!
Красавцы послушно позируют, напрягают бицепсы и трицепсы, играют кубиками пресса на животе… словом, красуются по полной. Причем многие зазывно улыбаются мне, а кое-кто и подмигивает, вгоняя меня в лёгкое смятение таким количеством внимания.
Я хочу отойти подальше, чтобы не мешать фотосессии, но неожиданно фотограф ловит меня за руку и ставит перед всеми.
— Идея! — объявляет он. — Выстраиваемся дугой, осторожно берём русалочку на руки и медленно поднимаем наверх. Изображаем трон морской принцессы, ясно?
— Э-э… погодите, — блею я, отступая назад. — К такому я не готова…
Но меня никто не слушает.
Множество рук самым бессовестным образом подхватывают меня под колени, плечи и пятую точку, и я оказываюсь в крайне своеобразном подобии колыбели.
— Прекрасно! Восторг! — одобряет фотограф, непрерывно щёлкая увесистым фотоаппаратом на высокой треноге. — Теперь опускаем и… Так, что у нас с типажами, отобрали? Пусть подойдут. Русалочка, не надо кукситься, это нефотогенично. Кто-нибудь, помогите девушке расслабиться! Пощекочите ее, что ли..?
Ну и шуточки у фотографа, хмуро думается мне. Вот только в следующий момент я понимаю, что никакая это не шутка.
Сразу несколько мужчин щекочут меня, как будто я ребенок какой-то. Я взвизгиваю и отталкиваю их, но они не сдаются. Изверг-фотограф продолжает щёлкать и даже заявляет:
— А так даже лучше!
— Ну хватит..! — начинаю я злиться и слышу с дальнего конца бассейна голос бьюти-блогерши:
— Тимур Аркадьевич, куда вы? Мы ещё не закончили!
Щекотка прекращается так же неожиданно, как и началась. Все куда-то смотрят, ну и я оглядываюсь за компанию. И вижу Лебеду, который с угрожающим видом стремительно идёт в нашу сторону.
И снова возникает невероятно острое впечатление, будто мужчины в плавках вокруг меня — члены какой-то своеобразной и очень красивой стаи, которые мгновенно освобождают путь сильному и грозному самцу. Расступаются перед боссом с безропотностью более слабых. И пространство вокруг меня пустеет, как по волшебству.
Лебеда останавливается передо мной, неотрывно глядя только в глаза и ни на миллиметр ниже. Потом протягивает руку.
— Пойдем. Будешь участвовать в фотосессии со мной.
Мотнув головой, я отступаю на маленький шажок назад.
— Мне не хочется, Тимур Аркадьевич. И… э-э… голова разболелась. Можно, я в сторонке посижу?
— Сейчас пройдет, — с кривой усмешкой сообщает он.
И без предупреждения взваливает меня на свое плечо — точь-в-точь, как вчера, когда убегал от назойливой блондинки Ангелины из своего кабинета.
— Тимур Аркадьевич! — возмущаюсь я, беспомощно дрыгая ногами. Но это всё бесполезно, хватка у босса очень крепкая.
Да что это такое, а?! Беспредел какой-то! Я ему что — манекен пустоголовый, чтобы таскать туда-сюда, когда вздумается..?
Глазом моргнуть не успеваю, как оказываюсь под прицелом первого фотографа уже в объятиях Лебеды. Он расслабленно приобнимает меня за талию, но стоит дернуться в сторону, как его пальцы сжимаются на моём боку клещами.
— Оригинальное решение… — бьюти-блогерша Зоя со смешком наблюдает за нами. — Что ж, давайте попробуем поработать с парой. Тимур Аркадьевич, только не сдвигайте так сильно брови, пожалуйста! А Диночка будет вести себя хорошо. Да, Диночка?
— Постараюсь, — бурчу я угрюмо.
Затем начинается длительная вереница моих мучений.
Зоя беспрестанно трещит, подсказывая, какие позы нам с боссом надо принимать, а он вертит меня в своих руках с непринуждённым бесстыдством. Чувствую себя бесправной куклой во власти какого-то любопытного мальчишки, который передвигает мои руки и ноги, изучая их очертания и степень гибкости. Спина горит огнем от жара мужского тела и его твердости.
Вот только кукла ничего бы не чувствовала… а для меня каждое нескромное прикосновение Лебеды — словно лёгкий электрический разряд на коже.
 
Остро… волнующе… и безумно горячо.
Я не хочу сейчас чувствовать ничего подобного, но не могу бороться со своей собственной физической реакцией. Женские инстинкты сильнее разума. И эти инстинкты считают Тимура Аркадьевича самым превосходным мужским экземпляром из всех, которых я встречала в своей жизни.
Если я срочно не выберусь из его объятий, то совсем скоро растаю прямо тут, перед прицелом фотокамеры, как масло на раскаленной сковородке. У меня уже колени дрожат от слишком приятной близости босса… и в глазах какой-то легкий туман.
— Замечательно! — с энтузиазмом фонит где-то на периферии моего сознания бьюти-блогерша. — Отличный материал получился. Страстно, живо, огненно! Наши плавки точно будут в тренде… Теперь последний кадр. Тимур Аркадьевич, изобразите, что вы целуете Диночку! Только помаду ей не смажьте. И корпус держите полубоком.
— Взгляни на меня, — шепчет мне на ухо Лебеда и поворачивает к себе.
Поднимаю глаза и смотрю на него сквозь дымку внутреннего томления. Сама не знаю, чего мне хочется больше — рявкнуть на него, чтобы отстал, или чтобы прижал к себе крепче и поцеловал по-настоящему.
Темно-карие глаза босса кажутся космически-чёрными. Теряюсь в них под неодолимым притяжением и упускаю момент, когда Лебеда едва ощутимо касается меня очень лёгким поцелуем.
Его шепот обжигает мои губы дыханием:
— Детка, ты огонь…
Щелчки фотоаппарата прекращаются, и Зоя со смехом отходит:
— Развлекайтесь, голубки! Мы закончили.
Но босс и не думает меня выпускать. Всего одно мгновение он пристально смотрит мне в глаза, а затем впивается в мои губы глубоким жадным поцелуем.
Я вырываюсь из его рук в ту же секунду. Внутри — злость и желание одновременно. От этой гремучей смеси эмоций меня словно перемыкает изнутри… как во сне, рука сама собой взлетает вверх…
И отвешивает Тимуру Аркадьевичу увесистую пощечину.
— Больше так не делайте! — цежу сквозь зубы.
И в шокированно наступившей вокруг тишине широким шагом ухожу прочь.
Глава 12. Заскоки не по-братски
Сижу у себя в комнате дома и хмуро смотрю в зеркало.
Глаза без макияжа сквозь большие очки кажутся слишком светлыми… линия бровей вообще прячется под оправой, если ее хоть немного не приспустить на нос. А губы… ну что губы, их можно и не заметить. Они просто теряются на фоне бледной кожи.
— Привет, красотка, — кисло говорю я отражению. — Ты, детка, просто огонь, честное слово! Не веришь? Иди, у Тимура Аркадьевича спроси. Он подтвердит.
Уже несколько дней я скрываюсь от Лебеды всеми силами. Хожу на работу, выполняю обязанности ассистентки и стараюсь лишний раз не высовываться.
К моему удивлению, агрессивная рыжевласка Инесса ведёт себя со мной отстраненно и почти не замечает, как будто я предмет мебели в обстановке. Не знаю, как это вышло у моего сообщника-визажиста и что он ей наплел, но свое слово насчёт защиты от капризной фотомодели Алекс держит.
Впрочем, у нее и без меня есть, на ком срывать плохое настроение.
Беспринципная Ангелина — та шикарная блондинка, что донимала Лебеду требованиями насчёт эксклюзивного платья «Золушка-стайл», — развернула самую бурную закулисную деятельность по свержению рыжевласки с ее незыблемого доселе пьедестала. И теперь всё модельное агентство следит за их интригами, затаив дыхание. Каждый день бурлят новые горячие сплетни, и происходят тайные разборки-междусобойчики агрессивных красавиц.
Правда, те же слухи — в основном подчерпнутые со слов моей детдомовской подружки Ирочки, — утверждают, что наш босс прекрасно знает, что творится в его женском гадюшнике. И, мягко говоря, недоволен происходящим. Да и вообще, говорят, настроение у него всю неделю отвратительное. На всех рычит, срывается по пустякам…
Алекс пока меня не беспокоит. После той злополучной фотосессии в бассейне он внимательно выслушал мой смущенный пересказ-бормотание, а затем… расхохотался. Да так, что аж прослезился.