Четвертый кодекс (СИ)

Забыв о призраке Кромлеха, она повернулась к противнице лицом. Это почему-то оказалось страшно трудно.
А еще труднее было посмотреть в лицо Таш.
Впрочем, Илона понимала, что это никакая уже не Кэрол Таш, и вообще не человек, а олицетворение невероятно древней и враждебной силы. Это была совершенно ясная убежденность, возникшая неведомо откуда и непонятно почему. Лицо ведьмы нисколько не изменилось, но страшно поменялось ощущение от ее личности. Илона и раньше чувствовала окружающую ее упругую ауру, ничего общего не имеющую с физической силой. Но теперь это было ясное осознание невероятной, тяжелой мощи. Даже не злобной – просто могуществу такого уровня нет никакого дела до людей, их чувств и желаний, и обвинять ее в жестокости по отношению к людям, все равно, что обвинить в том же человека, походя раздавившего крохотного жучка в траве.
- Ты. Скажешь. Нам, - констатировало существо тем же жутким голосом. – Или. Умрешь. 
Илона дрожала всем телом, глядя на чудовище в образе обнаженной женщины. Порывалась бежать, но босые ноги словно бы приросли к полу. Однако сил покачать головой у нее хватило.
- Нет, - произнесла она еле слышно и повторила уже гораздо тверже. – Нет!
- Посмотри. На. Меня, - велела тварь.
Илона не хотела смотреть, но делала это против своей воли.
- Я. Человек. Я. Женщина, - проскрипело в ушах Илоны.
Существо схватило ее руку и положило себе на грудь. Илона ощутила упругость плоти и жесткость соска. Пыталась вырваться, но изящная кисть держала ее нечеловеческой хваткой. 
Лицо существа вплотную приблизилось к лицу Илоны. Ее глаза, казалось, заполонили все пространство. Уже не горящие жаждой крови глаза хищника, а гигантские вращающиеся огненные колеса, со страшной скоростью затягивающие в себя Илону, несмотря на все ее сопротивление. 
Ее губы ожгло, как огнем, когда в них впился чужой рот. Илона было решила, что тварь будет ее насиловать, и испытала пароксизм ужаса. Но еще больший ужас охватил ее, когда она поняла истинное намерение противника. 
Из Илоны в буквальном смысле высасывали информацию – вместе с чувствами, желаниями, воспоминаниями, вместе с душой. И не было ни малейшей возможности сопротивляться этому кошмару.
Или была?..
Илона слабела и повисала в руках демоницы, которая продолжала высасывать из нее жизнь. Она поняла, что закончиться это может только ее смертью. В отчаянной попытке защититься, она обеими руками схватила Кэрол сзади за шею и стала давить так сильно, как только могла. 
Раздался отчаянный крик. Кэрол кричала обычным человеческим голосом. Ее руки ослабли, и она отпрянула вглубь сарая, с болезненным стоном схватившись за шею.
- Кро-омлех! – зашлась она криком, и на сей раз это был почему-то исполненный болью голос мужчины.
Вдруг Кэрол стала совершать всем телом, руками и ногами причудливые движения. Зрелище заворожило ошеломленную Илону, пытавшуюся отдышаться после смертельного поцелуя. 
В следующий миг и Таш, и весь сарай исчезли из ее сознания. Исчезло все.
  
***
 
Совершенно секретно, особой важности. Комитет по разведке сената Соединенных Штатов. Стенограмма допроса агента Калеба Джагельски, главы особой группы Центра специальных операций ЦРУ, в качестве свидетеля по делу о тайной операции «Полиглот». 21 декабря 2029 года 
Сенатор Генри Маккиннон, председатель комитета: 
- Мы бы хотели услышать ваши комментарии провала операции в Москве второго ноября сего года, в результате которой один агент погиб и двое были захвачены противником, а впоследствии ФСБ раскрыла часть нашей агентурной сети.
Агент Джагельски:
- Мы… я недооценил противника. Мы не смогли вовремя понять, что Илона Дельгадо все последнее время находилась под колпаком русской контрразведки. Однако в свое оправдание могу сказать…
Сенатор Маккиннон:
- Пока вас никто ни в чем не обвиняет, так что оправдания можете приберечь до судебного процесса. В настоящий момент комитет настроен выяснить, каким образом было принято решение об этой нелепой операции.
 
Агент Джагельски:
- Если вы имеете в виду решение о захвате миссис Дельгадо, оно было принято мной после того, как, по результатам тщательного анализа данных, стало ясно, что необходимая нам информация содержится только в ее памяти. Мы намеревались допросить миссис Дельгадо. Признаю, что шаг был отчаянным, но ситуация… 
Сенатор Маккиннон:
- Ситуация нам как раз и непонятна. На самом деле совершенно непонятна, агент Джагельски. Целая группа ЦРУ много лет безуспешно гоняется за каким-то древним текстом, потом пытается похитить ученую леди… Что вообще происходит? Почему столь длительный проект разведки все это время не попадал в наше поле зрения? Что это за документ?..
Агент Джагельски:
- Позвольте начать с документа. Его официальное наименование «Кодекс-4», но мы между собой называем его «Письмо Судного дня»…
Сенатор Маккиннон:
- Кто это «вы»?
Агент Джагельски:
- Все, причастные к операции «Полиглот». Это уже… как бы вам объяснить… Фактически, это некая культура внутри управления… Объединение единомышленников, что ли… 
Сенатор Маккиннон:
- Секта?..
Агент Джагельски:
- В данном случае я бы не стал придавать этому определению негативную коннотацию.
Сенатор Маккиннон:
- Это поразительно! То есть, вы хотите сказать, что в недрах разведки Соединенных Штатов много лет действует тайная группа фанатиков?!
Агент Джагельски:
- Сэр, я не хотел бы определять это таким образом. Кроме того, прошу принять во внимание, что деятельность группы «Полиглот» безусловно санкционирована руководством.
Сенатор Маккиннон:
- Руководством Центрального разведывательного управления?
Агент Джагельски:
- Первоначально Управлением стратегических служб… Генералом Донованом в тысяча девятьсот сорок пятом году.
Удивленный шепот среди членов комиссии. 
Сенатор Марко Рубио (после некоторой паузы):
- Вы хотите сказать, что в конце Второй мировой войны, среди всех сложнейших операций, которыми занималось ведомство генерала Донована, он нашел время и ресурсы, чтобы создать группу по разработке некой древней рукописи, которая тогда еще не была найдена? И русского ученого, который тогда был еще юным студентом?..
Агент Джагельски:
- Именно это я и хотел сказать, достопочтенный сенатор. Должен уточнить, что рукопись к тому времени уже была найдена, и нам даже было примерно известно место, где она спрятана. А будущий профессор Кромлех уже активно занимался этой темой.
Сенатор Маккиннон:
- Вы понимаете, что нам хотелось бы знать подробности. А еще весьма любопытно, почему вы обладаете этой информаций. Которой, как мы понимаем, не обладает даже ваш шеф, директор управления. Я подозреваю, что об этом не осведомлен и сам президент…
Агент Джагельски:
- Должен вас поправить: президент Круз осведомлен. В общих чертах – как и все бывшие до него с момента основания группы президенты. Что касается преемственности допуска к этой информации, она установлена так называемым «Меморандумом Даллеса», с содержанием которого уходящий глава группы в обязательном порядке знакомит своего преемника. И только его.
Вновь удивленный шепот. 
Сенатор Маккиннон:
- Вы имеете в виду мистера Аллена Даллеса?..
Агент Джагельски:
- Именно его. Он составил Меморандум, насколько мне известно, вскоре после того, как возглавил ЦРУ. 
Сенатор Маккиннон:
- Вы должны предоставить нам этот документ.
Агент Джагельски:
- Я не могу, сенатор, сэр.
Сенатор Маккиннон (после паузы):
 
- Вы отдаете себе отчет о последствиях вашего заявления?
Агент Джагельски:
- Вполне. Однако я исполняю приказ руководства управления, подтвержденный рядом президентов США.
Пауза. 
Сенатор Маккиннон:
- Комитет должен получить дополнительную информацию. Объявляю перерыв.