Безумья темный страх (СИ)

— Предполагается, что я предоставлю тебе самолет? — приподнял он одну бровь.
— Именно так, — о возможной защите хитрая бестия упоминать не собиралась. — Жаль, что не истребитель… Он вполне мог бы нам пригодиться…
— И где ж я тебе возьму самолет? В мой бывший истребитель мог поместиться лишь один пилот, никакого барахла туда точно не влезет, — он зевнул. — Так, с чего ты взяла, что я могу раздобыть самолет?
— Рик, ты — полковник ВВС. Разве ты не можешь взять самолет? — вопросительно уставилась на него женщина.
— Мэри, я уже несколько месяцев учусь в Академии. Я не летаю, поэтому у меня нет доступа к самолетам, — поморщился он.
— Вот только сказки мне не рассказывай! — рыжая бестия всплеснула руками, уличая своего оппонента во лжи. — У тебя знакомых что ли нет?
— Хорошо, есть, но как я буду объяснять экспедицию на борту военного самолета? — Рик допил вино из бутылки, в этот момент в дверях появилась горничная, нагруженная большим подносом с едой, кофе и лимонадом. Девушка печально вздохнула, созерцая картину небольшого побоища из бутылок, устроенного около дивана. Мэри встала со столика, позволяя накрыть на нем, подождала, пока горничная заберет все бутылки, потом уселась на диван в ногах у Рика.
— Полковник Увинсон, вы наводите меня на неприятные мысли об умственных способностях всех военнослужащих. Это моя частная экспедиция, которую финансирую я лично, поэтому я не собираюсь тащить за собой прорву ученых и студентов, а также рабочих. Полетим только ты, я и мой ассистент Теодор. Все. Самолет нужен маленький.
— Хорошо, Мэри, я договорюсь, — сдался Рик.
— Вот и прекрасно! А теперь предлагаю выпить за удачную экспедицию и за будущее великое открытие! — она довольно потерла руки.
Рик понял намек. Уселся на диване, принялся мешать ей ром с лимонадом, но плеснул и себе немного.
— Будешь мешать вино и ром? Ты не улетишь в страну Сильвиллы? — нахмурила рыжие бровки Мэри.
— Не переживай, не улечу. Раньше тебя так точно! — Рик стукнул стаканом о ее стакан. Оба выпили, Мэри заставила его поесть, выпить кофе, а к вечеру Рик позвонил своим знакомым, которые обещали к полуночи дать ему самолет.
Быть военным в Розми — иметь множество привилегий, о которых могут только мечтать простые и не очень простые люди, но за это военные Розми платили свою цену, и не всегда она измерялась только их жизнями. Это был честный обмен — страна позволяла им многие слабости и давала самые разные послабления, но и брала столько, сколько добровольно не мог отдать ни один простой смертный. В лучшем случае — их жизнь, в худшем… в худшем цена была значительно выше.
6
Теодор Френсис Морган стоял перед высоким мраморным крыльцом, куда вела полукруглая мраморная же лестница, украшенная статуями крылатых кошапанов. Дом, возвышавшийся перед ним, был большим и при этом очень изящным. Издали казалось, что он подобно кораблю на всех парусах мчится куда-то, сквозь зеленый океан лужаек и кустов, омытый гигантскими волнами — кронами деревьев, сплетавших свои ветви над его красной черепичной крышей. Этот дом не казался ледяным и строгим, каким был дом родителей Мэри Лауры. Особняк Рика Увинсона словно бы был пронизан солнечными лучами и теплом.
Тео поднялся на высокое мраморное крыльцо, позвонил в звонок. Дверь ему открыл раб-дворецкий, высокий и прямой как шест.
— А я… Профессор Лаввальер звонила, сказала, что здесь, — немного растерялся Тео.
— Прошу вас, господин Морган, проходьте, — с огромным достоинством ответил дворецкий.
— А откуда вы меня знаете? — удивился Тео.
— Госпожа Лаввальер предупредила, что скоро подойдет ее ассистент, господин Теодор Морган. Я ведь не ошибся, предположив, что вы и есть господин Морган? — с каменным лицом осведомился Питер.
С одной стороны Питер гордился тем, кто его хозяин, и тем, что тот водит дружбу с профессором истории, но с другой стороны… с другой стороны этот самый профессор истории совершенно не походил на профессоров в понимании Питера. И пил этот профессор чуть ли не наравне с сослуживцами легендарного полковника Увинсона, что повергало если не в ужас, то в растерянность дворецкого, воспитанного в строгих розмийских традициях, допускавших употребление спиртного мужчинами (тем более, военными), но никак не женщинами. Даже если эти самые женщины с какого-то перепугу становились профессорами истории.
 
— Да, я ее ассистент. Удивляюсь, как вы меня узнали. Мог же прийти кто-то другой, — Тео с волнением вступил в огромный холл. Его повергла в трепет хрустальная люстра, спускавшаяся со второго этажа. Свет десятков лампочек преломлялся в тысячах хрустальных слезинок, свисавших с посеребренных ободов, он играл всеми цветами радуги на гранях подвесок, превращая горный хрусталь в драгоценные бриллианты, а изящные серебристые узоры из металла в легкие диковинные снежинки, затерявшиеся в каплях камней. Радужные звездочки вспыхивали и переливались, отражались на мраморных панелях на стенах, загорались и порождали зайчиков в зеркалах, сверкали в полированной глади черных и белых мраморных плиток, выстилавших пол.
— Господин Морган, осмелюсь заметить, друзья и сослуживцы полковника Увинсона выглядят несколько иначе. Если они не в форме, то приходят обычно без рюкзаков и не носят цепочки на шее, — как маленькому ребенку объяснил негр. При этом он продолжал держаться с неимоверным достоинством, хоть и допустил несколько фривольный тон объяснения.
— А, ну, да, — замялся Тео. Он не совсем понимал, что ему делать теперь: в Розми обычно при входе в дом снимали обувь, одевая тапочки, но в богатых домах, кажется, так не делали, поэтому парень несколько растерялся… Уж очень потряс его величественный холл, а что делать дальше никто никогда ему не объяснял.
— Пойдемте со мной, господин Морган, я проведу вас в кабинет полковника Увинсона, — дворецкий двинулся в сторону изящной лестницы, полукругом охватывающей холл.
— А может быть не надо к полковнику? Может быть, нас представит профессор Лаввальер? — заволновался Тео. Во-первых, его вгонял в ступор этот дом, принадлежащий явно очень состоятельному человеку, а во-вторых, Тео, как и любой житель Фритауна и многие граждане Розми, знал, кто такой легендарный полковник Увинсон, командир Первого отряда, герой Розми, человек, спасавший короля Джонатана, и недавно протащивший чуть ли не через половину Керши королеву Талинду. Ну, и о его любовных похождениях тоже ходили легенды… Как и о драках…
— Профессор вместе с полковником Увинсоном, — вздохнул Питер.
Тео поплелся вслед за дворецким. Что Мэри тут он понял быстро: когда они поднялись на второй этаж, откуда-то справа донесся дикий хохот Мэри и еще чей-то, наверное, это хохотал неведомый полковник. Вскоре Тео оказался перед открытой дверью в кабинет.
Мэри лежала на одном из диванов и швырялась подушкой в мужчину, развалившегося на втором диване, стоящем под углом к первому. Мужчина заржал пуще прежнего, отбросил подушку, и швырнул в профессора свою. Что оба были уже не трезвы, стало ясно сразу.
— Это Тео? — осведомился Рик, созерцая высокую тощую фигуру в дверях своего кабинета. Фигура была в таких же брюках армейского покроя и высоких ботинках, что и Мэри. Волосы тоже дыбом, только до плеч и пшеничного цвета, а рюкзак за спиной у этой фигуры был еще больше рюкзака Мэри.
— Ага, — женщина запрокинула голову, чтобы видеть ассистента. — Ты проходи, вон ром. Не стесняйся! Тебе надо быстренько догнаться.
Тео с трудом поборол совершенно несвойственную для себя робость, снял рюкзак и уселся на диван к Мэри. Так близко и в таком виде он не ожидал увидеть легендарного командира Первого отряда, да еще и выпить с ним.
 
— Самолет вылетает в полночь, до этого времени у нас много спиртного, — хмыкнул Рик.
— Надо еще до аэропорта не забыть добраться… — возразил Тео.
— До аэродрома, — поправил его Рик. — Да не бойся, нас подождут, если что. Надо только не забыть сообщить пилотам координаты пункта назначения.