Амнезия "Спес" (СИ)
Меня как ледяной водой окатило.
«Отец в курсе, что меня оставили на закрытых территориях?! Он вступился за меня?! Зачем?!!!»
— Его звено плантации и фермы охраняет, и даже не в нашем секторе, — меж тем, продолжал развивать тему Паленый. — К тому же, по имени понятно — он не из интернатских будет, в рубке поди рос. Вот и выходит, влиятельный он товарищ, связи в верхах имеет, — продолжал нагнетать обстановку наставник. — Он такую бучу замутил, что мы уж думали, нас прям там и арестуют за то, что новичка неизвестно где оставили! Бат вот только и отмазал, благо он в звене на хорошем счету. Поручился за нас. Ну, ему ж тоже не выгодно, чтоб команду под замок сажали и разбирательство на наш счет затевали, ты ж понимаешь.
Я понимал. Он, как приписанный к нам хран, свою долю от добычи имеет. Да и ходит с командой давно, как я слышал, так что и личные мотивы исключать нельзя. Так вот заарестуют парней, а ему потом к новым привыкай — срабатывайся.
— Он же, кстати, сержант Робуст, нам и ночной пропуск выбил, а то б мы так скоро не обернулись… скажи честно, кто ты ему?
— Никто! — тут же выдал я.
Но видимо очень уж быстро. Паленый хмыкнул, подцепил мой подбородок пальцами и повертел лицо, внимательно разглядывая его в свете налобного фонаря.
— Понятно… так всем и говори, если спросят. Но без лишней экспрессии, а то, настораживает.
Я обмер, когда осознал смысл сказанного.
— Не спи! — рявкнул Паленый, выводя тем самым меня из столбняка. — Пихай контейнер снизу.
В общем, дальше в любом случае разговаривать было некогда. Мы подталкивали снизу груз, который тянула лебедка, потом, подхватив освободившийся конец троса, опять спускались и вязали его к новому предмету, который мы бы сами наверх не подняли.
Бат, понятное дело, нам не помогал — у него были другие обязанности. Так что, все тюки и ящики пришлось ворочать нам втроем, что оказалось делом не легким. И когда мы все-таки затащили их наверх, а потом таким же образом, переместив лебедку на ту сторону, протянули через лаз, то я был на последнем издыхании от усталости.
А стоило спустить груз вниз, хорошо хоть, просто подпихивая сзади и так сползающие под своим весом по сыпучим камням тюки, и наставник сказать мне: «- Забирайся на сиденье и спи», как я без возражений уселся в машину и задрых. Все-таки сутки без сна сказывались. А час в медкапсуле и два присыпа по нескольку минут — не в счет!
Только-то и отметил, что возле багги нас еще двое незнакомых мне хранов ожидали. Парни были молодые, моложе, наверное, даже погибшего Кука. А от того молчаливые, послушные и ни во что не лезущие.
Как тронулись, не помню, как продвигались по техтоннелям — тоже, проснулся, когда Паленный меня пихнул, веля вылезать из багги.
Но голова с недосыпа была дурная и окружающее фиксировалось плохо. Помню лишь, что случилось это, когда спускали машины из трубы в речную пещеру. Но потом мне было разрешено забраться на место и я практически сразу, как это сделал, опять уснул.
Впрочем, помню еще один момент… хотя не знаю, когда и где это произошло, потому что глаз тогда даже не открыл.
Вынырнул из сна, почувствовав, что кто-то тянет из рук мой рюкзак, который я не просто держал все время на коленях, но и пристегнул вместе с собой к сидению страховочным ремнем.
— Убрать надо этот щеров рюкзак! Пацана, конечно, антидотом пришибло, но спать-то так, все равно неудобно! — возглас Бата.
«Ага, значит, это он тащит… вот же заботливый не к месту!», — подумал возмущенно и крепче прижал рюкзак к себе.
— Оставь парня, разбудишь, антидот не снотворное, — отвечает храну мой наставник, — он, думаю, натерпелся там один, а так ему спокойней, когда сумка под рукой.
Потом они куда-то отошли, разговор зазвучал тише, да и не обо мне он был уже, так что я, успокоившись, опять заснул, даже не дожидаясь, когда тронемся.
Проснулся окончательно на въезде в первую на нашем пути пещеру рыбного хозяйства. Свет там по настройкам явно был дневным, и не для жилых помещений по мощности выставленным, а потому в глазах сияло даже сквозь зажмуренные веки.
Паленый увидел, что я завозился, и велел:
— Защиту одень, там фильтр никакой, конечно, но хоть немного яркость притушит. Ну, или сиди так, щас проскочим, а там дальше все норм будет.
Я последовал его совету и глаз так и не открыл. А потом сделал вид, что опять задремал.
Отчасти было стыдно за свой поступок, все же если прикинуть по обстоятельствам, то, скорее всего, мужикам тоже поспать не удалось. Но так же я понимал, что стоит мне дать знать, что уже бодряком, сразу пойдут разговоры, обсуждения… вопросы, на которые я не особенно знал, что отвечать.
Так что, пока была возможность не обсуждать и не отвечать, следовало решить, как стану изворачиваться, когда возможности отмолчаться у меня не будет. Да еще следовало подумать, куда и как прятать бластер и защитный костюм Александра.
Впрочем, придумал быстро, вот только просчет действий по достижению придуманного легких вариантов не выдавал…
После того, как миновали ферму, всю оставшуюся дорогу, стараясь не возиться и дышать ровно, я с горем пополам изображал спящего. И мне видимо это удавалось, потому что Паленый со мной не заговаривал. А «разбудил», когда впереди по курсу уже была видна решетка на въезде в наш сектор.
— Все, хватит дрыхнуть, Хвост, — окликнул он меня, — вставай, щас начнется и ты должен быть готов!
— Чё начнется? — насторожился я.
— Мозгодрюченье! Чё еще?
— В смысле?
— Дык нам же пришлось объясняться с кем только не попадя! Ну, и кто-то мимоходом услышал, кто-то втихаря специально ухо погрел, да и начальство, поди, не таилось, обсуждая такое событие, как зашибленные в одном рейде щер с полицаем. Так что в народ ушло быстро. Многие нам так и не поверили! А некоторые и вовсе посчитали, что и ты — того самого, и мы просто побоялись два трупа разом тащить. Все ж уже одного рекрута наша команда угрохала в первом же поиске!
А там, стоило миновать ворота, разговаривать стало недосуг, да и незачем — все было и так наглядно.
Нам навстречу вышли, наверное, все храны, присутствовавшие в данный момент на заставе. Человек десять выстроились с двух сторон от дороги и махали приветственно руками, при этом возгласы, которыми они обменивались, говорили о том, что нас тут действительно поджидали:
— Неужто правда привезли?! Гляди-ка ты, и мелкий у них живой, и в кузовах что-то большое! Жалко, что мы ничего не увидим, я бы на это посмотрел…
Что еще там звучало, я не расслышал в общем гомоне, потому как по мере нашего продвижения народа на пути попадалось все больше. Из гаража вышла команда, то ли искателей, то ли охотников, за ними механики в грязных до черноты комбинезонах подтянулись. Со складов тоже начали мужики выходить и в нас пальцем тыкать, что-то обсуждая.
У казармы поначалу было тихо, но не успели мы заглушить моторы и начать выбираться из багги, как из распахнутых дверей донося вопль: " — Пятые приехали!!!" и люди потянулись и оттуда.
А потом и в дверях столовых залов показался народ. И через пару минут на ступенях кроме охотников и искателей толклись и персонал с камбуза, и аграрии, и, кажется, даже медики, если судить по белоснежным комбезам, выходящих из дверей под красным крестом парней.
Но, что хорошо, основная толпа гомонила, но к нам не приближалась, хотя обсуждали все то же: «В одном рейде и щер, и полисай?! Быть не может! Кто сказал, что там щер?! Врут все! Да мы и не увидим! А мальчишка-то живой!».
Но это с той стороны. А с нашей, мужики, выбежавшие из казармы, в наглую лезли в кузова и там с ходу принимались ощупывать добычу прямо через пластик!
— Это что такое?! — кидались с вопросами к Стояку и Паленому, в непонятках перебирая ежей в мешке.
— Что за хренятина у вас здесь?! — недоуменно восклицали они, обследуя вслепую башку и хвост щеры.
— Во, это точно механоид! — радостно вопили те, чьи руки натыкались на что-то действительно знакомое.