Амнезия "Спес" (СИ)

Первая надпись, мало того, что ни о чем мне не говорила, так еще и слово «закуски» показалось каким-то несерьезным. Вторая же строка чуть не испортила аппетит, напомнив, что нам порой давали под таким названием в интернате — мутную жижу с неопознаваемыми кусочками в ней. Так что я сразу ткнул в третью строку.
Стоило ей развернуться в новый список и мои глаза разбежались — «Мясо», «Рыба», «Морепродукты», «Мучные блюда»…
Вычитывание всего предложенного грозило захлебыванием слюной, которая, казалось, сейчас пузырями потечет наружу. Так что я ткнул побыстрей в первое, что было в списке.
Да и в выпавшем перечне перебирать не стал, сразу ограничившись знакомым: «Рагу из курицы и овощей».
Мою голень опять слегка прикусили. Понятно, звереныш напоминает о себе. Как только понял-то, чем я сейчас занят?!
Но он прав — его тоже надо покормить чем-то посытней, а то, хоть и нащелкал он тех попрыгунчиков много, но больно уж они хрустко скрипели на его зубах, думается, мяса в них было не много. Задумываться не стал и, чтоб с голодухи снова не лезть в слюновышибательный список, просто увеличил количество порций… до четырех. Для всякого.
На запивку себе взял клубничный компот, потому как большинство названий в этом разделе и подавно были мне незнакомы.
— А щеренку — воды, — решил было я, — где ее здесь найти?
— Вода у питомца должна стоять всегда, — строго сказал Сайрус, — это обговорено условиями содержания. Допуск на проживание питомца за этим помещением закреплен со дня ввода его в эксплуатацию, поскольку госпожа Майя свою питомицу привезла с Земли. Я возобновлю порядок организации содержания в соответствии с видом, размером и физиологическими потребностями животного. Конечно, у первых поселенцев были лишь кошки, собаки и некоторые виды грызунов, а ящеры тогда считались местным, мало изученным видом. Но моя программа позволяет понять, что времени с тех пор прошло немало и какие-то дикие виды могли поддаться одомашниванию.
— Чего? — помимо воли я опять упустил челюсть, которая брякнулась вниз, чуть не с треском.
— Маленький ящер будет обустроен со всеми удобствами, а его питание рассчитано по составляющим и станет выдаваться строго по времени, — ответил Сайрус, как ни в чем не бывало. — Кстати, вы не упомянули кличку животного.
— А ее нет… еще не придумал, — попытался выкрутиться я.
— А та, что указана в документах заводчика, у которого вы брали питомца, вам не нравится? Так часто бывает, — с пониманием покивал головой Сайрус.
— Угу, — подтвердил я, уже даже не пытаясь вникнуть в смысл сказанного.
— Еще, я бы посоветовал вам, господин Зак, осмотреть животное, мне кажется, оно ранено.
Это да-а… еще б знать, что с этим делать…
— Эй ты, иди сюда, — махнул я рукой щеренку, подзывая к себе.
Тот, как будто поняв, что вопрос с его жратвой я утряс, успокоился и подался в вольное странствование, и теперь бродил по помещению, обнюхивая все подряд. А за ним следом… таскалась, то ли тряпка какая-то, то ли мочалка, и затирала кровь. Действительно, мелкий, похоже, был ранен не слабо.
А вот чего молчал? Кто знает… может чувствует как-то по-другому, а может, как и я, прибалдел настолько, что забыл о своих болячках. У меня-то тоже вроде руки и морда обожженными были…
Тем временем щеренок мой жест понял и потрусил ко мне.
Я присел возле него и отцепил от пояса аптечку. Оказывать первую медпомощь нас учили… но не щеру, а потому я не совсем понимал, откуда у него сочится кровь — он весь, казалось, был в ней, а местами уже и в подсохших корочках.
— Его бы обтереть… что ли… — посмотрел я на Сайруса.
— Вы правы, господин Зак… долгое пребывание в режиме ожидания и максимальная настройка программы имитации личности вошли в конфликт и дали сбой на поведенческой линии, проигнорировав порядок, предусматривающий этап гостеприимства, — как-то отстраненно отозвался он, дрогнув зрачками.
— А если попроще, а то я опять ничего не понял, — попросил я.
— Если проще… то программа имитации личности выдала радостные эмоции по поводу вашего прибытия, а выход из режима ожидания предполагал скорейшее упорядочивание формальностей по наследованию и признанию нового хозяина, чтобы произвести полноценный запуск всех систем управления и защиты. Первое спровоцировало сбой, и моя программа начала действовать в соответствии с первоочередной задачей, проигнорировав этап «Встреча гостя».
 
— Ясно, что ничего не ясно… опять, — совсем расстроился я.
— Как гостю, я должен был вам предложить воспользоваться всеми возможностями жилья — туалетной комнатой по необходимости, гостевой спальней для отдыха и пригласить утолить голод в столовой. А вот хозяин в своем доме сам решает, когда и что ему требуется.
— Ну, главное-то — «утолить голод», вы мне предложили.
— Нет, не предложил, а просто проинформировал, что статик-поле снято и функционал оборудования может действовать в обычном режиме.
— Ладно, вы ж не со зла, — подбодрил я его.
С одной стороны я уже понимал, что передо мной не человек, в привычном понимание этого понятия.
Но с другой, кроме явного отсутствия нормального тела… тоже в привычном понимании… ничто в Сайрусе, от того самого человека, не отличалось. А все его объяснения, что он такое на самом деле, ни о чем мне не говорили и якоря в имеющихся знаниях не имели.
И даже вся выдаваемая им заумь необычной не казалась, а скорее делала его похожим на того же, давно знакомого учителя Гата, который тоже любил загнуть что-нибудь эдакое, что никто, кроме него самого, не понимал.
— Спасибо, господин Зак, — кивнул тот благодарно, — но все же позвольте исправить мою оплошность и проводить вас в туалетную комнату. Там вы сможете обмыть питомца и принять ванну сами. А я прослежу, чтобы к вашему приходу заказанная пища была нужной температуры и положенного качества.
Гальюн… как гальюн, только огромный, если учесть, что это помещение предназначено для нужд одного человека. Да и обустроено все было по высшему разряду — не просто удобно, но и красиво. Гладкая облицовка с каким-то геометрическим рисунком, большой каменный таз стационарного вида и способный вместить человек пять разом, зеркало в полный рост, в котором я себя целиком узрел впервые в жизни.
Но обалдевал я недолго — быстро вспомнил, что я, по всей видимости, в доме одного из первых представителей семьи Гайос, а значит, члена Совета Корабля
От этой мысли все, что касается необычной обстановки, встало на место, а вот возникшее ощущение себя самозванцем заставило поежиться.
Впрочем, вид себя, грязного и какого-то потрепанного, а также окровавленная морда щеренка, которому любопытство видно подменило обезбал, привели меня в чувство и заставили воспользоваться тем, что предлагал Сайрус, хотя бы сейчас.
А через минуту мне уже некогда было страдать ни виноватостью, ни сомнениями.
Из стены выдвинулась секция со стопкой пластиковых пакетов.
— Господин Зак, — раздался голос Сайруса, хотя сам он с нами в гальюн так и не зашел, — я подобрал вам чистую одежду по размеру. А ваша в течение часа будет приведена в порядок.
— Спасибо, — на автомате ответил я.
А не успел разобрать предложенное и понять, что там есть все — от трусов до тапочек, как над каменным необъятным тазиком выдвинулась еще одна секция, на которой стоял ряд бутылок, наполненных разноцветными жидкостями.
— Это что?!
— Я не знаю ваших предпочтений, господин Зак, а потому предложил весь имеющийся ассортимент моющих средств. Но давайте сначала займемся вашим питомцем. Чтобы не напугать животное, я подам в ванну чуть теплую воду, соответствующую температуре его тела. Но советую воспользоваться защитными перчатками, все же попадание крови щера на кожу человека, может привести к некоторым повреждениям.
 
Перчатки тут же были мне предоставлены, а в таз из крана полилась вода… что позволило хоть в этот раз глупых вопросов не задавать и не спрашивать, что же это такое — ванна.