Эльфы из Уотерхолла, или Покорить оборотня (СИ)

— Как сказал один из них: «Крыша есть над головой, еда — тоже. Остальное не так уж важно». Я так понял, они готовились к худшему… — он осекся, отвел взгляд.
Я нахмурилась.
— Только не говори мне, что этот самоуверенный хлыщ, мой дальний родственник, готов был их выкинуть на мороз?
Витор поморщился. Он терпеть не мог, когда я начинала «включать попаданку», как он выражался.
— Этот самоуверенный хлыщ, вообще-то, наследник императорского престола у эльфов. Прояви хоть каплю уважения.
— К кому? — совершенно искренне удивилась я. — Кого там можно уважать? Да и за что? Ему случайно повезло родиться в императорской семье, он ничего особенного не сделал, но при этом гонора выше крыши. Так ты мне не ответил. Да? И не притворяйся, что не понял вопрос.
— Я не знаю, Вилли, — последовал уклончивый ответ. — Каждый раз это решается по-разному. Зависит от множества различных обстоятельств.
— Угу. Хорошо. Договорились. Он не всегда сволочь. Но такие случаи все же были?
Витор нехотя кивнул.
Я выругалась. Матом. По-земному.
— Ты слишком эмоционально реагируешь, особенно в последнее время, — заметил Витор. — Наверное, я все же попрошу Сариэль тебя осмотреть завтра.
Доходило до меня долго, секунд пять-семь. А потом… Потом в Витора полетела диванная подушечка.
— Вот об этом я и говорю, — с невозмутимым видом кивнул он. Подушечка приземлилась на его колени и осталась там лежать. Маг заразный! — Не удивлюсь, если ты беременна. Даже наверняка так и есть.
— Я эмоционально реагирую, как ты выражаешься, потому что кое-кто самоуверенно посчитал, что жизни живых существ ничего не значат, только потому что все они родились вне брака. И без проблем отправил бы их умирать на морозе, если бы я вдруг отказала, — нервно отрезала я. — На такие ситуации я всегда буду реагировать слишком эмоционально!
— Ну не отказала же, — пожал он плечами. — К чему теперь нервничать? Хочешь сказать, что в том мире все было идеально? И никто никогда никого не отправлял в неизвестность, обрекая на смерть?
Я раздраженно передернула плечами. Знает же, за что задеть!
— В том мире я ни за что не отвечала. Не было на мне такой ответственности. И уж тем более я не могла спасти ни одну национальность, — резче, чем следовало, заявила я. — Но и там моя реакция на подобные ситуации была точно такой же! Каждый раз, когда я узнавала о чем-то подобном!
— Женщины, — тяжело вздохнул Витор. Прямо мученик на эшафоте. — Давай сменим тему, а? Например, поговорим о том, что через неделю у меня день рождения. И придется устраивать прием. Здесь. Оборотни точно будут.
— Отличная смена темы, — проворчала я, немного остывая. — А позже ты сообщить не мог? За сутки, например?
— В замке полно слуг, — невозмутимо в очередной раз пожал плечами Витор. — В срок все всё успеют.
Ну… В принципе, он был, конечно, прав. Теперь, когда даже у Инги появились помощники, — поварята лет десяти-двенадцати — дела пойдут в разы быстрее. Но все равно неделя — слишком маленький срок. Плюс я должна была продумать подарок, который вручу своему супругу. Будь то вещь или действие. В общем, маневр Витора прошел успешно: мой мозг переключился на более насущные проблемы, оставив полукровок в покое.
Инга, услышав о поставленной задаче, только улыбнулась.
— Не беспокойтесь, ринья. У нас всего хватает. Проблем не будет.
Ну это как сказать. На мой довольно-таки пристрастный взгляд, замок все еще напоминал полуразрушенный дом, который украсили кое-как, лишь бы крайняя бедность в глаза не бросалась. Но, увы, прямо здесь и сейчас ничего другого дорогим гостям я предложить не могла. Капитальный ремонт начнется не раньше поздней весны, когда сойдет снег и прекратятся проливные дожди. Пока что оставалось радоваться тому, что имеем.
  
Глава 38
 
На следующее утро, сразу после завтрака, в замке появились нежданные гости — мои родители. Отец выглядел серьезным и сосредоточенным. Мать — излишне взволнованной. Вот спрашивается, что снова там у них могло произойти? И при чем здесь я? Ведь они ж недаром пришли в замок. Что-то от меня точно надо было. Здесь и сейчас.
 
— Собирайся, Вильгельмина, — вместо приветствия с порога заявил отец. — Тебя хочет видеть император. Прямо сейчас.
Рядом стоял Витор. Наверное, только поэтому я не объяснила в красках и довольно экспрессивно, куда именно пойти императору с его подобным приказом. Не хотелось снова выслушивать от дражайшего супруга, что я неуважительно отношусь к коронованным особам.
— Переодеться мне хоть можно? — уточнила я. — Или так идти, в домашнем платье? Как служанке?
— Не язви, — недовольно поморщился отец. — Естественно, вы оба переоденетесь. Ты с мужем пойдешь. — И уже тише, как бы про себя, но так, чтобы я обязательно услышала: — Дали же боги дочь. Что та, что эта…
Я только хмыкнула. Мысленно, правда. Ну что ж поделать, какую дочь заслужил, такую и дали. Зато следующие две получились тихонями. Полностью покорны и отцу, и мужу. Вот где радоваться надо.
В мире жесткого патриархата даже на официальную встречу с императором жену должен был сопровождать муж. Хотела она того, или нет, так было положено по этикету. И отвечать за ее действия и слова должен был тоже муж.
А вот цвет платья этикет в этом случае никак не регламентировал.
И потому я надела темно-фиолетовое, закрытое, с длинными рукавами и полным отсутствием декольте. То самое, в котором так любила показываться еще дома, перед членами семьи, чтобы пощекотать им нервы и здорово их понервировать. Оно считалось чем-то средним между домашним и нарядным. А значит, могло носиться и в пир, и в мир. Чем я и воспользовалась.
Когда я спустилась в холл, для перемещения во дворец, Витор уже стоял в официальном костюме темно-синего цвета. Увидев меня, он только недовольно головой покачал. Зато мать экспрессивно всплеснула руками. А отец поморщился.
— Ну, и чего ты добьешься этим своим демаршем 8?
— Считай, что мне просто хочется развлечься, — хмыкнула я.
Отец нахмурился, мать поджала губы. Витор молча подал мне руку. И чувствую я, именно он мне все и выскажет. То, что хотели сказать родители. Но позже. Уже после аудиенции. Когда окажемся дома наедине. Так сказать, попытается провести воспитательный процесс.
Отец между тем открыл портал. И мы снова переместились во дворец. Но на этот раз, к моему удивлению, направились не в уже знакомый мне зал, в котором когда-то проходила аудиенция, а дальше по коридору, вглубь дворца. Значительно позже я узнала, что император принимал нас в своей малой гостиной, небольшой, уютно обставленной комнате, доступ в которую имели далеко не все придворные. Мне была оказана высокая честь, как родственнице эльфийского императора.
Мы подошли к нужной двери. Отец постучал, дождался «Войдите» и нажал на ручку. Ни он, ни мать с нами не пошли. Мы с Витором переступили порог.
Император сидел в кресле в полном одиночестве. Ни советников, ни придворных, ни родни. Над ним неярко светили магические шары, создавая в комнате уютное освещение.
— Доброе утро, ваше величество, — как глава рода, почтительно поздоровался Витор.
— Доброе утро, присаживайтесь, — император жестом указал на пустовавшие напротив него кресла, дождался, пока мы займем места, и обратил внимание на мой наряд. — Ринья Вильгельмина, у цвета вашего платья есть какой-то потайной смысл?
— Нет, ваше величество, — честно ответила я. — Мне просто нравится фиолетовый. Хотя я знаю, что в этом мире его считают особым цветом.
— В этом мире, — вычленил главное для него император. — Ринья Вильгельмина, почему вы не рассказали сразу, что прибыли к нам из другого мира?
— Боялась, ваше величество, — призналась я. — Я не знала, чего ожидать.