Эльфы из Уотерхолла, или Покорить оборотня (СИ)

И только после этого мы отправились в спальню. В кровать. Без всяких постельных игр. Не до них нам было обоим.
Спала я плохо, просто отвратительно. Что, в принципе, было вполне ожидаемо. Слишком уж я перенервничала последние дни. Мне снились наглые лощеные придворные, в открытую насмехавшиеся над моей неуклюжестью, надменные сволочные эльфы, в отличие от меня, кланявшиеся правильно, и ухмылявшийся Астер, нудно зачитывавший над ухом очередной свод законов.
Проснулась я со жгучим желанием с особой жестокостью убивать всех, кто попадется под руку. Думала начать с Витора. Но он, гад такой, почувствовал, как настоящий истинный, мой настрой и сразу же сбежал под благовидным предлогом.
Так что пришлось вызывать Дарну и плестись мыться.
Горячая вода облегчения не принесла. Я не смогла расслабиться и нервно вертелась под умелыми руками Дарны.
А вот завтрак, поданный в спальню, привел растрепанные нервы в относительный порядок. Я съела все, что было на тарелках, даже не заметив, а что именно отправляю в рот.
Аудиенция планировалась ближе к вечеру. Так что до обеда я точно оставалась дома.
— Жаль, Генрих не успел вникнуть в дела, — проворчала я и уселась в кресло с книгой.
  
Глава 23
 
До обеда я читала, в основном художественную литературу. Впитывала в себя те нормы морали, которые были приняты в местном обществе. Принципиально не занималась никакими домашними делами, чтобы потом не переключаться на что-то другое, принципиально новое. Обедать пришлось с Витором, за столом, в обеденном зале.
— Ты смотришь на мир так, словно раздумываешь, каким образом лучше здесь все уничтожить, — беззлобно поддел меня Витор. Вот уж кто был мистер спокойствие. Казалось, что его никто и ничто не могут вывести из себя. Аудиенция у императора? Да подумаешь, чушь какая. Не стоит его нервов. — Расслабься. Ничего страшного не произошло.
— Конечно, — язвительно откликнулась я, старательно разделываясь с поданным на стол салатом. — Потому что все еще впереди.
Витор хмыкнул, но спорить не стал. Правильно. Не надо. Мои нервы были на пределе. И как те сжатые пружины, могли в любой момент распрямиться. И тогда плохо стало бы всем вокруг. Меня бесила не столько аудиенция, сколько невозможность проявить свободу воли и отказаться от встречи с тем, кто был мне не интересен. Нет же, император продемонстрировал желание полюбоваться моим сиятельством. А значит, я просто обязана предстать перед его светлые очи в то время, которое будет удобно ему! Да еще и мужа своего с собой привести!
Сразу после обеда, как и обещала, порталом пришла мать. И не одна. Со швеей и двумя столичными служанками. Похоже, Дарне не доверяли готовить меня к аудиенции — как же, такая торжественная встреча! Нельзя упасть лицом в грязь! А об эльфийке я благоразумно умолчала. Иначе пришлось бы отвечать на уйму неудобных вопросов и, возможно, вызывать Сариэль на помощь служанкам.
Светло-голубое платье длиной в пол, в которое меня нарядили, было сшито идеально. И так же идеально смотрелось на моей фигуре. За всеми заботами и хлопотами я немного похудела и сейчас демонстрировала окружающим и бюст, и внезапно появившуюся талию, пока что, правда, не осиную, и чуть уменьшенные бедра. В общем, самое то для деторождения.
Узкий пояс, рукава в три четверти, небольшое декольте — портниха сделала все, чтобы украсить меня даже без макияжа. С ним же я стала вообще неотразимой.
Умелые служанки подчеркнули мне глаза, увеличили длину ресниц, убрали неровности на коже, подвели губы. В общем, из зеркала на меня совсем скоро смотрела настоящая фарфоровая куколка. Прическа по последней моде, туфли на невысоком каблучке, под цвет платья. И я готова была сводить с ума мужчин придворных. Ну и заодно собственного мужа, конечно же.
Последний штрих — длинные белые перчатки, которые пришлось натянуть на руки.
 
Мать, облаченная в темно-синее платье, с длинными рукавами и небольшим декольте, взяла меня под руку и, как положено по этикету, вывела в коридор, а оттуда — по лестнице в холл. Там уже стояли Витор и отец, тоже торжественно одетые. Мать передала меня в руки Витора, в прямом смысле этого слова, а сама подала руку отцу.
Тот молча открыл портал.
Пара мгновений, и вот уже мы в холле императорского дворца.
То ли мажордом, то ли дворецкий (я до сих пор не выучила разницу между ними), высокий седовласый старик с выправкой солдата, с поклонами проводил нас к дверям одного из залов, находившихся на первом этаже.
Эта аудиенция была для меня первой. И я наивно надеялась, что в зале окажется, кроме императора, человек пять-семь, приближенный круг, так сказать.
Увы и ах.
Когда двери торжественно распахнулись, нас четверых встречала толпа людей. Человек пятьдесят-семьдесят, если не больше, выстроились в два ряда от постеленной на полу ковровой дорожки красного цвета и с неиссякаемым любопытством наблюдали за мной и Витором.
Я кожей ощущала на себе их взгляды. Этакие просвечивающие лучи рентгена. Нас обоих уже мысленно разделали на молекулы, составили себе впечатление о наших нарядах, воспитании, поведении, знании этикета, родственниках до сотого колена. И теперь, сразу после аудиенции, каждый наш шаг, каждый жест будут долго и тщательно обсуждаться зимними вечерами у зажженных каминов в гостиных. Единственная радость для местных кумушек, так любящих поболтать.
В полном молчании мы дошли до императора, сидевшего на троне у дальней стены зала. Высокий широкоплечий брюнет с карими глазами, в молодости он был, наверное, первым красавцем столицы. Он и сейчас сохранил часть той прежней привлекательности, которая притягивала к нему женщин. И, если честно, отец Вильгельмины ему проигрывал по многим статьям. Но женскому сердцу, как известно, не прикажешь. Именно поэтому я сейчас и стояла перед бывшим женихом матери, а не перед тем, кого могла бы называть отцом.
— Ваше величество, — выступил вперед отец, — позвольте представить вам Витора Лоранта и его супругу Вильгельмину Лорант.
Цепкий взгляд императора был под стать его статусу. Я подавила желание ответить тем же и воспитанно присела в реверансе. Надо, надо скрывать свою сущность и постоянно притворяться настоящей аристократкой — слабой тихоней. Патриархат, чтоб его.
— Рад приветствовать чету Лорант во дворце, — произнес император.
У него оказался мягкий баритон. Вот слушала и слушала бы.
— Благодарим за оказанную честь, ваше величество, — откликнулся Витор.
Прямо как цапля с журавлем из одноименной народной сказки. Ходят вокруг да около, этикет соблюдают, вежливые фразы произносят. А сами исподволь наблюдают за противником.
А в том, что оборотней считали здесь противниками, я ни секунды не сомневалась.
  
Глава 24
 
— Вы великолепно выглядите, ринья Вильгельмина, — повернулся ко мне император. Его улыбка была насквозь искусственной. Да он и не пытался этого скрывать. Гораздо сильнее моего внешнего вида его величество интересовался особой Витора.
— Благодарю, ваше величество, — откликнулась я, как и положено, негромко.
Зычно говорить в высшем обществе могли только мужчины. Женщине следовало общаться тихим тоном. И быть почти не видимой, угу.
— Каковы ваши дальнейшие планы? — любопытство императора не знало границ и прилично меня напрягало. — Мы будем рады видеть вас в столице.
Ой, вот этого как раз и не надо. Меньше всего я желала бы появиться здесь в качестве постоянной жительницы. Особенно после приема у эльфов. Я почему-то была уверена, что о моей эльфийско-внеземной сути прознают довольно быстро, чуть ли не на следующий день. А значит, постоянных косых взглядов и отлично слышимых перешептываний за спиной не избежать даже в провинции. В столице тем более придется служить кем-то вроде шута — развлекать венценосных особ рассказами о немагическом мире и своей жизни в нем.