Испорченный... Книга 2 (СИ)
— Подожди. Мне срочно нужно поговорить с Помпеем. Я потом скажу, что ты пришел и он спустится к тебе.
Не дожидаясь ответа Голода, я побежала к двери. Быстро поднявшись по ступенькам, без стука открыла дверь спальни. Помпей был там, но разговаривал с Нордом.
— Пожалуйста, оставь нас одних, — сказала Норду. Судя по всему, они обсуждали что-то важное, но мужчина кивнул и пошел к двери. Как только она за ним закрылась, я сказала: — Я хочу рассказать тебе, почему тогда сказала тебе, что ухожу к Вавилону.
— Ты уже говорила, — Помпей сел в кресло. Он выглядел еще хуже, чем час назад.
— Нет, не говорила. Мне было стыдно признаться, но… Я тогда почувствовала на тебе запах другой девушки.
Помпей вопросительно приподнял бровь. Явно не понял, что я имела ввиду. К чему вела, а я, зажмурившись, приготовилась к тому, чего действительно стыдилась, но уже теперь была обязана признаться. Иначе потом буду сожалеть.
— Ранее я говорила тебе, что мой организм начал сбоить и мне вообще следовало уже уходить из города, а тут ты пришел и сказал сломать мне ногу, из-за чего я разозлилась и ляпнула, что ухожу к Вавилону, но… главной причиной был запах другой девушки, который я почувствовала на тебе.
— Из-за какого-то гребанного запаха ты решила меня предать? — Помпей оскалился так, словно я сказала какую-то чушь.
— Нет, не предать, — я подошла ближе к Помпею. Сжалась словно комочек. Меня буквально трясло и следующие слова я произносила через силу: — Понимаешь, я… я любила тебя. С тех самых пор, как хоть немного повзрослела и поняла, что вообще такое чувства к парню.
Альфа нахмурился. Мрачно. Жестко.
— Любила? И в чем же проявлялась твоя любовь? В основном ты мне нервы трепала. Постоянно уходила из дома. Огрызалась. Даже, когда я узнал, что ты омега, слышал от тебя только то, что ты меня ненавидишь.
— Потому, что к этому моменту мы уже перешли черту и, наверное, я действительно стала тебя ненавидеть, но с самого начала ты был для меня всем. Когда ты подобрал меня с улицы, я считала тебя чуть ли не богом. Я восхищалась тобой просто, как человеком, но я была еще ребенком и много не понимала. А потом подросла и наступил мой личный ад.
— Когда ты подросла, начался мой ад. Я слышал про ебанный подростковый возраст, но у тебя он был особенно охуенным.
— Да, я тогда много всего тебе устраивала, — я улыбнулась, но получилось как-то грустно. Сейчас, вспоминая прошлое, я ощущала острую боль.
— Забей. Я тоже во многом по отношению к тебе был жесток. Хреновый из меня получился старший брат, — Помпей потянулся к телефону и, разблокировав ее, начал что-то перелистывать на экране. — Давай на этом закончим разговор. Сейчас есть дела поважнее.
— Нет. Я хочу сказать то, зачем пришла, — я подошла еще немного ближе, но уже теперь остаточно остановилась. Сохранила между нами небольшое расстояние, которое и так было слишком тяжелым. — Я всегда думала, что быть парнем круто. Мне нравилось жить, так как я жила, но ты стал моим сбоем. Я… я влюбилась в тебя и считала это своим проклятием, ведь я «парень», а парни не влюбляются в других парней. И во многом это мешало мне жить. Как оказалось, контролировать чувства ничерта не так просто.
— Если бы действительно любила, призналась бы, что ты омега. Но ты предпочла годами мне лгать. Приходила за советами. Спрашивала про гон.
— Когда я расспрашивала про альф, я хотела понять, как мне себя вести и… иногда пыталась узнать хоть чуточку больше о тебе. Ты же чаще всего на своем примере рассказывал мне про альф.
— Ты мне лгала.
— Ты прекрасно знаешь, что я не могла признаться. И, во-первых, это было бы опасно для тебя. Во-вторых, я боялась разрушить то, что между нами было. В-третьих, кто ты, а кто я? За тобой толпами бегали девушки. Ты мог выбрать любую, а я поломанная омежка. Если бы ты мне отказал, а я была уверена, что именно так и будет, это меня бы уничтожило.
Я сглотнула и с огромным трудом произнесла следующие слова:
— Я боялась твоего отказа.
Помпей еле заметно наклонил голову набок. На меня смотрел неотрывно, но то, что я видела в его потемневших глазах, понять не могла. Вот только, в этот момент перед ним ощущала себя не просто душевно обнаженной. Скорее, как никогда раньше уязвимой.
— Ты спросил, в чем проявлялась моя любовь к тебе. Во многом. Но я стыдилась этого. Не показывала. Того, что у меня на телефоне была целая папка с твоими фотографиями. И когда у меня начиналась течка, я всегда проводила ее в обнимку с одеждой, которая пахла тобой. Если получалось, я перед течкой вообще старалась стащить какую-нибудь из твоих футболок.
Помпей приподнял бровь, а я произнося все эти слова покраснела настолько сильно, что, казалось, еще немного и вовсе загорюсь.
— Лиса…
— Пожалуйста, не перебивай, — я выставила руки вперед. — Я хочу договорить. Во многом я думала, что переживаю эту любовь наедине с самой собой и внешне подобное никак не выказывается, но, если смотреть правде в глаза, это не так. Когда дело касалось тебя, я не могла нормально себя вести. Это трудно объяснить, но… я слишком сильно реагировала на тебя. В некоторых моментах ненавидела, ведь жаждала твоего внимания, а ты мне его не давал.
— И какое же внимание я должен был дать брату из того, которое я тебе тогда не давал?
— Ну… в моих мыслях ты частенько подходил ко мне, брал за руку, наклонялся и целовал, — щеки загорелись еще сильнее и появилось желание провалиться сквозь пол.
— Ты издеваешься? Я то думал с какой еще стороны мне подойти к брату, чтобы он перестал постоянно беситься по непонятным мне причинам. А, оказывается, я его поцеловать должен был.
— Да, я понимаю, звучит нелепо. Но мне наши отношения казались невозможными. А… чувства были сильными, — я все же опустила голову. Спрятала взгляд. — И я постоянно ревновала. Видела тебя с другими девушками и у меня внутри все горело. В те моменты я тебя ненавидела. Из этого возникали конфликты, но иногда я специально провоцировала тебя на них. Хотела хотя бы такого твоего внимания. Пусть даже оно будет негативным.
Я замолчала. Перевела дыхание. К счастью, Помпей ничего не сказал и я смогла продолжить:
— Сейчас я сожалею об одном — я забыла про то положение, в котором мы с тобой находились. Из-за того, что я испытывала к тебе, я не могла сосредоточиться на элементарных вещах. И даже не понимала, что позволяю себе больше, чем можно.
— О чем ты?
— Ты вожак. Я, по сути, была лишь твоим подчиненным. Да, приближенным, так как ты признал меня своим братом, но вместо того, чтобы оправдывать твое доверие и помогать тебе, как благодарность за то, что ты подобрал меня с улицы и воспитал, я постоянно создавала тебе проблемы. Из-за своих эмоций не могла контролировать себя и подставляла тебя, перед твоей стаей.
— Повторяю, Лиса, я оказался паршивым старшим братом. Мне стоило, как минимум, больше разговаривать с тобой. Поэтому, завязывай. Что было, то было. За мной грехов куда больше, чем за тобой.
— Я просто хочу, чтобы ты знал, что я не хотела тебя предавать. В тот день, когда я сказала, что ухожу к Вавилону, я просто опять позволила себе больше, чем нужно. У меня случился очередной сбой. Течка. Утром я проснулась в горе вещей с твоим запахом, которые вытянула из стирки. Мне было по-настоящему паршиво и страшно от мысли, что мне все-таки нужно уезжать из города. Бросать все. А потом я спустилась и увидела тебя. Ты сказал мне сломать ногу, но, знаешь, о чем я тогда думала? О том, что от тебя исходит запах другой девушки. Наверное, во время близости, ты ее обнимал и целовал. А мне приказал сломать ногу. Возможно, если бы я была парнем, я отреагировала бы иначе, но я девушка, которая еще к тому же тогда была влюблена в тебя.
— Ты…
— Подожди, — опять перебила Помпея. — Я тогда разозлилась на тебя. И про Вавилона я сказала не потому, что собиралась уходить к нему. На самом деле, на тот момент Вавилон вообще хотел заживо закопать меня в лесу, так как считал меня парнем, с которым у него появилась метка совместимости.