Испорченный... Книга 2 (СИ)
Цезарь действительно смог уничтожить нашу метку. Но я никогда не думала, что это принесет такие последствия для Помпея. Сев, я обхватила лицо Помпея руками и попыталась его привести в чувство — немного потрясла туда-сюда.
— Помпей, слышишь меня? — дыхание перехватило. В сердце скользнул неприятный холодок.
Он умирает?
Цезарь что-то говорил про это.
Когда теряешь метку — то умираешь?
Нет, я не хотела этого. Между нами с альфой было много чего ужасного, неприятного, отталкивающего и мрачного. Но я никогда не хотела, чтобы он умер. Я никогда не желала такого исхода. Я всегда считала, что это случится прежде всего со мной, но сейчас я держала в руках холодное тело альфы, который все никак не мог очнуться и чувствовала страх, от которого было не отмахнуться, подступающий неотвратимо, как темнота.
Я правда не хотела этого. Никогда.
Я вытерла с его лица капли дождя, смазав кровь. Этот ублюдок ударил его по голове, чтобы отключить?
— Эйдан. — вырвалось у меня его настоящее имя. — Пожалуйста, очнись.
Я заметила, как ресницы дрогнули. Альфа медленно открыл глаза.
— Черт. — я выдохнула. Мои руки, которыми я держала его лицо, задрожали. — Черт, хорошо. Ты очнулся, ты в порядке. Послушай, я сейчас… я… сей…
Перед глазами мир внезапно подернулся черной паутинкой, а затем я в очередной раз потеряла сознание, просто покачнувшись и упав на Помпея.
Когда я снова очнулась, дождя уже не было. Везде была темнота. Над головой был знакомый потолок, но я не могла поверить, что снова вижу его. Я думала, что никогда не побываю еще раз в этом доме. Это дом, где мы жили с Помпеем.
Шевелиться было тяжело. Я чувствовала себя очень плохо.
Было еще кое-что. Альфа стоял в темноте возле кровати и смотрел на меня. Когда он заметил, что я очнулась, то собрался уходить, но я успеха схватить его за руку, останавливая.
— Куда? — прошептала я. В горло словно песка насыпали.
— Убить Цезаря.
Я сжала пальцы из последних сил, потому что в душу заползло предчувствие, что если я отпущу Помпея — это будет последний раз, когда мы видимся. Я видела это в его глазах.
— С ума сошел? Тебе нужна помощь. Помпей, он уничтожил нашу метку и сказал, что ты умрешь. Ты был без сознания. Я не знаю, как…
— Я принес тебя сюда, Нуб. — ответил он, перебив меня. — Так что все в порядке.
Он потянул руку и я почувствовала, как она выскальзывает из моего захвата. Черт. Из последних сил я резко встала с постели и сделала шаг вперед, обняв альфу сзади и сцепив руки в замок на его животе.
— Эйдан. — вырвалось у меня. — Нет. Я знаю, что ничего не в порядке. Пожалуйста, останься и вызови Норда. Его врачи что-нибудь придумают. Только не нужно уходить.
— Нуб. — голос альфы звучал абсолютно ровно и безжизненно, словно он не испытывал никаких эмоций. — Для чего ты меня останавливаешь? Норд и так приедет сюда. Тебе сделают новые документы и ты уедешь в тихое место. Смерть проследит за тем, чтобы он это сделал. Очевидно, что тебе будет проще без нашей истинности. Так зачем ты сейчас надеешься что-то исправить?
— Проще? — я сжала зубы. — Черт, ты умрешь. Кому от этого будет проще?
— Это уже не впервые. Отпусти. — я почувствовала, как альфа дотронулся до моих рук и попытался разжать их. — Не хочу тебе навредить.
Я только сильнее сжала руки, уткнувшись лбом в спину Помпея, чтобы не потерять сознание в самый неподходящий момент. Черт, его кожа была почти ледяной. Такой холодной, ужасно холодной.
— Что, если я беремена? — вырвался у меня вопрос. Я готова была говорить все, что угодно, лишь бы задержать его, но этот случайно пришедший на ум вопрос был действительно важен. — Все еще хочешь уйти и оставить меня одну на один с этим? Черт, я не просила тебя об этом, чтобы меня с этим бросать разбираться. Возьми ответственность.
Его пальцы на моих кулаках сжались в эту секунду.
— Ты не настолько жесток для этого. Ты сам рос практически без семьи, и должен понимать, насколько это трудно.
— Мелисса. — произнес альфа. Он обернулся, посмотрев на меня свысока, и я увидела, как его глаза полыхают желтым светом. Я замерла. Это было пугающее зрелище, но как? Я считала, что он живет из последних сил, но, похоже, альфа был охвачен яростью. Той, которая была способна разрушить все. — Отпусти, чтобы я случайно не навредил тебе. Я сейчас не смогу даже разжать твои руки, не сломав их случайно.
— Эйдан. — вырвалось у меня, и я тяжело вздохнула. Одна из моих рук скользнула ладонью по его прессу, и Помпей опустил на нее взгляд. А затем я сжала пальцы, сгребая его рубашку в кулак и дернула на себя, так, чтобы наши лица оказались напротив.
Помпей, который не сопротивлялся, легко поддался. Его взгляд передо мной был несколько ошарашенным.
— Послушай. — произнесла я, глядя в это красивое лицо. С которого он даже не стер кровь, черт побери. — Еще до того момента, как ты забрал меня с улицы, я увидела тебя. Уже тогда я смотрела на тебя и думала, что хочу быть рядом с тобой. Чтобы ты обратил на меня хоть какое-то внимание. Затем, все долгие годы, пока я притворялась твоим братом, я втайне желала, чтобы ты любил меня. За все это время поменялось очень многое, и лишь кое-что осталось неизменным. Даже когда ты был полным ублюдком, я все равно продолжала любить тебя, Эйдан. Потому что ты был человеком, который когда-то спас меня.
Я еще сильнее дернула его за рубашку, приближая к себе.
— Поэтому, даже если ты навредишь мне, я тебя не отпущу. Ты не смеешь умирать таким образом. — я почувствовала боль в сердце от этих слов. От того, что сейчас раскрывала ему душу. Я не знала, зачем, но мне казалось, что это последняя ниточка, за которую я могу его дернуть. Последняя отчаянная надежда. — Пожалуйста, останься, чтобы это исправить. Сделай потом что-нибудь ужасное, чтобы я тебя снова возненавидела и мы разошлись. Проживи оставшуюся жизнь счастливым и умри от старости. Пожалуйста, Эйдан.
По моим щекам что-то полилось и я нервно дернула рукой, вытирая это, а затем посмотрела на прозрачную влагу на ладони. Я плачу? Похоже. Все, что я сказала, было правдой. Произошло достаточно, чтобы я поняла свои истинные чувства к альфе.
Помпей наклонился, положив лоб на мое плечо.
— Нуб…
— Я знаю, что ты меня не очень любишь, и не привык прислушиваться. Но…
— Кто тебе такое сказал? — его голос был холоден. Как острая сталь. — “Не очень”? В моих чувствах к тебе никогда не было полутонов. Я тебя ненавидел, Нуб, и одновременно любил. Настолько, насколько это вообще было возможно.
У меня вырвалась нервная усмешка. Я почувствовала, как мои руки слабеют.
— Ты меня никогда не любил, Эйдан. Не ври. Ты испытывал влечение. Но это неваж…
— Что за херню ты сейчас говоришь? — перебил меня альфа. Он повернул голову, посмотрев на меня, и в его глазах сейчас была легкая ирония. — С теми, к кому я только это испытывал, я проводил только одну ночь.
— Тех, кого любят, не просят сломать ногу.
— Блядь. — выругался Помпей, прикрыв глаза. — У меня от тебя начинает болеть голова. Мне не нужно было, чтобы ты на полном серьезе ломала себе ногу. Я ждал какого-то отпора. Просто, как вожак… ты дерьмо.
Даже в такой ситуации он умудрялся меня оскорбить, вонзив эти слова, как нож, в самое уязвимое место моего чувства достоинства. Я нахмурилась, пытаясь избавиться от этого чувства.
— Для своей стаи я была нормальным лидером, пока ты…
— Зато для моей ты была дерьмом.
— При чем тут твоя стая?
Помпей замолчал. Я видела, как он моргнул, глядя куда-то мимо меня, а затем произнес:
— Я собирался оставить тебе свою стаю.
— Что?
— Мне сказали, что без истинной я умру. В принципе, так и происходило. Мне становилось хуже. Я хотел, чтобы у тебя отросли яйца, а потом позволил бы тебе свергнуть меня, чтобы стая признала тебя, как вожака. Но ты тогда свалила к этому ублюдку Вавилону.
Он снова сделал паузу, пока я чувствовала, как мое сердце будто осыпается на осколки. Все слова как-то исчезли из головы.