Приключение разряда XXXL (СИ)

Да и вообще: мало ли что там себе можно нафантазировать? Вдруг в реальности не понравится? К тому же полазив-таки в сети по соответствующим сайтам, зарегавшись на паре форумов, Вика, мысленно передёргиваясь от живо предстающих по воле богатой фантазии картин, поначиталась историй об уродах-садистах и просто маньяках, на которых могли нарваться неопытные новички.
Так что… было очень страшно вот так, с бухты-барахты, проверять собственные сокровенные желания.
А спустя пару месяцев в одной из веток-бесед нижних прозвучало нечто восторженное по поводу одной фирмочки, что организует экстремальный отдых на любой вкус. Вика немного посомневалась, а потом постучалась в личку к рассказчице с вопросом, а что это, собственно, за волшебники-реализаторы, и где их найти? Девушка без проблем дала ссылку, и она тут же прошла по ней.
Ничего криминального на сайте не обнаружилось. Вполне официальная контора, занимающаяся организацией досуга скучающих горожан и гостей культурной столицы. От стандартных экскурсий, до чего-то вроде хоррор-квестов. Ни слова ни про какие извращения. Обнадёживало только многоточие после перечисления примеров отдыха, а также обещание, что возможно всё, даже реализация программы, составленной заказчиком.
Вика мажоркой, конечно, не была, но и бедной девочкой тоже. Семья вполне состоятельная, где и у отца, и у матери был свой бизнес. А также старшая дочь (Виола, уже вышедшая замуж и родившая предкам внука), средняя (сама Вика) и младший сын (Макар, недавно справивший двадцатилетие).
Родители в своё время шустро продали оставшуюся от бабушки по маминой линии двухкомнатную квартиру на Петроградке и купили две однушки — для Вики и младшенького. Не в самых престижных районах, но и не у чёрта на куличках. К тому же это только несведущие думают, что жить в историческом центре Питера круто и престижно. Стрёмно там жить — шумно и дорого. Даже у самих родителей квартира была в Купчино — в новом, престижном доме, недалеко от метро. Да и торговых центров с супермаркетами вокруг полно.
Младшим жильё тоже купили не слишком далеко — район всем нравился. А вот Виолка жила с мужем в районе Выборгской, и ей предполагалась в наследство родительская квартира. В общем, никто не оказался обделён. Финансовой поддержкой Вику, несмотря на вроде бы самостоятельную жизнь, не обходили, в выборе профессии условия не диктовали, так что она отучилась в ветакадемии, ибо всегда тяготела к животным (поласкать-потискать, но вовсе не заиметь дома, прекрасно понимая, что это ответственность, время и невозможность куда-то надолго уехать или просто не прийти ночевать).
Как и многие, она мечтала, что будет лечить кошечек-собачек, но вот только таких желающих каждый год выпускалась тьма-тьмущая, а клиники, при всём их количестве, не резиновые. Вариант с каким-нибудь колхозом девушка отбросила сразу, ибо где она и где те коровы или свиньи! Да и желанием работать в вонизме и вечном холоде зимой или сырости в остальное время она точно не горела.
Совершенно случайно, спустя полгода (прям какие-то знаковые у неё это периоды!) после окончания альма-матер, подвернулся вариант с городской лабораторией, и, рискнув, Вика, неожиданно для себя, оказалась лаборантом биохимического отдела. Несомненный плюс: в государственную организацию вполне себе брали без всякого опыта работы. От зарплаты, благодаря помощи родителей, она сильно не зависела, правда, пришлось привыкнуть тратить на поездки почти два часа в день (до Ладожской, да с пересадкой, да в часы пик…), но через пару лет работы её поставили на должность врача — несколько сотрудниц лаборатории к тому времени уже достигли довольно преклонного возраста и потихоньку уходили на пенсию.
Химию она любила (хотя работа имела к ней весьма однобокое отношение), в рутину втянулась довольно быстро, а стабильный рабочий график не мог не радовать. Как и всяческие социальные гарантии. В общем, сплошные плюсы, и даже нюансы в виде вонючих реактивов (а порой и самих анализируемых образцов) их не перевешивали.
 
Так и работала уже чуть больше четырёх лет. Летом в этом году была не её очередь гулять, но получилось отдохнуть две недели в мае, а вот оставшиеся три недели пришлось взять в ноябре. Ну да ладно, в следующем году летом куда-нибудь съездит. До отпуска Вика как раз успела выяснить про контору по организации досуга, помыкаться в сомнениях, решиться и написать организатору, насколько любые сценарии заказчика они готовы реализовать?
Организатор долго ходил вокруг да около, пока Вика напрямую не спросила про интересующее. Тот некоторое время молчал, а потом начал аккуратно выяснять, откуда она знает подобные, неафишируемые возможности… В общем, пока всё утряслось, девушка основательно изнервничалась! Даже в какой-то момент показалось, что всё, ничего не получится, упрямый и осторожный организатор отыграет всё назад. Так-то такая придирчивость и осторожность вполне понятна, но ей она ой как мешала.
Обошлось. У неё потребовали скинуть скан паспорта, а потом и прислали контракт на подпись. А тут как раз и время отпуска подошло, и Вика, обмирая от собственной авантюрности, принялась ждать запланированного события, стараясь не отклоняться от продуманного сценария. Ждала, а всё равно случилось всё крайне неожиданно.
Во-первых, потому, что сегодняшний поход в магазин в расписании абсолютно не значился. Ну вот отбило ей память днём. А пироженку хотелось так, что хоть стой хоть падай! Вот и выскочила, без задней мысли, не говоря уж о надежде. Домашнюю футболку поленилась сменить, лишь джинсы поприличнее надела, да куртку лёгкую — близко же, две минуты по двору до арки и за угол, на другую сторону дома. Несколько сотен метров всего.
А когда Вика почти бежала назад, уже подрагивая от холода, выскакивая из тёмной арки двора, чьи-то руки резко дёрнули её назад (не было ж там никого!), одновременно зажимая рот ладонью и нажимая где-то сбоку шеи. В глазах быстро потемнело. Очнулась в машине — на заднем сиденье, перекинутая через чьи-то колени, в наручниках и с повязкой на глазах. Не той, типа шарфика, что можно скинуть, поелозив затылком, а какой-то плотно прилегающей, жаркой, словно из кожи сделана, охватывающей голову, которая, кстати, прилично кружилась.
Попыток узнать, что и зачем, даже не делала — горло перехватило спазмом страха. И это было во-вторых. Потому что, хоть она и подписала самый настоящий контракт со всеми тщательно сформулированными условиями, но вот такой экспромт с магазином точно не был предусмотрен. Может, это не те, кого она ждала? Так что поначалу страх натурально лишал воли и не давал даже взбрыкнуть. Впрочем, остальные действия вполне вписывались в примерный сценарий, так что, когда её вытащили из машины и грубо куда-то поволокли, Вика почти уже задавила настоящую панику. Осталось только волнительное предвкушение и лёгкий страх.
И пироженок ещё жалко было — наверняка ведь пропали… Ладно, потом купит. Сейчас разум волновали вещи иного рода.
Прислушиваясь к себе, она понимала, что вот да, пока всё нравится. Вот же ж…всё же мазохистка? Разумеется, она прочитала информации по теме Темы ну очень много и всякой разной, понимая, что не всему стоит верить (особенно некоторым роликам — это ж как такое вынести вообще можно или таким макаром завернуться?!), но с пристрастиями определилась очень приблизительно.
Вику безумно заводила мысль о беспомощности и слова доктора о боли она тоже твёрдо намеревалась проверить … Но не на самой себе же? Ну страшно ведь! И жалко — себя-то родимую, а вот если бы кто-нибудь, да не оставив выбора… Ну вот, допрыгалась: её фантазии начали сбываться. Только страх всё же трепал поджилки так, что ой-ёй. Сценарий-то был прописан очень условно, как раз для того, чтобы всё выглядело как можно достовернее, и чтобы этот самый страх (ещё одна фантазия, да) сладко держал внутренности когтистой лапой.
Но в общем и целом само похищение, действия мужчин и некоторые ключевые фразы, давали надежду, что уволокли её не какие-то левые маньяки, способные и в самом деле прибить. На вот этом обещании, кстати, Вика в первый момент едва сознание снова не потеряла со страха (ещё и что-то остро-холодное у лица этому весьма способствовало), но потом даже не сообразила, а полностью на инстинктах спросила, что требуется, чтобы выжить.