Приключение разряда XXXL (СИ)
Приключение разряда Xxxl
Глава 1. Сходила за пироженкой…
Девушка замерла, прижатая к стене, и попыталась перевести дух.
Вот недавно же (сколько времени прошло, непонятно, но вряд ли больше часа) вышла в магазин, за углом. Пироженки к чаю днём забыла купить, выскочила буквально на минуту, в лёгкой ветровке и домашней футболке под нею, да джинсах, хотя в середине ноября температура по вечерам ближе к нулю подбиралась. Кое-где, конечно, и минус давно, но не в старом добром Питере.
Ну вот, выскочила, называется. И теперь стоит непонятно где, прижатая к стене сильными, горячими телами неизвестных похитителей.
Плотная повязка на глазах не позволяла рассмотреть, что происходит и где она, наручники, первоначально сковывавшие движения в машине, сняли, но она даже не пыталась сопротивляться. Правильно, наверное, — куда девчонке, пусть даже и с неплохими мышцами, сдюжить против двух мощных мужиков?
На их фоне, даже при не самом маленьком росте, она и впрямь смотрелась воробышком: взъерошенная, часто дышащая приоткрытым ртом, ростом едва по плечо каждому, тонкокостная, с мальчишеской спортивной фигурой. Рыжие волосы выбились из низкого хвоста и сейчас топорщились чуть взмокшими прядями, облепляя бледное лицо с проступившими мелкими веснушками. А похитители стояли по бокам, нависая, держа каждый со своей стороны руку, прижимая к грубому камню стен за запястья. Этакое распятие, вот только взгляды обоих были далеки от благообразия, жадно скользя по тонкому телу.
Хрупкая девушка всегда притягивала чужие взгляды. Вот и сейчас, стянув куртку, двое обшаривали взглядами ладное тело, напрягшиеся соски небольшой груди под тонкой футболкой, когда-то яркой, но теперь поблёкшей от времени. Переглянувшись, похитители кивнули друг другу и один из них, что помассивнее, поднёс к бледной щеке тускло сверкнувший в полумраке нож, чуть надавливая, заставляя жертву испуганно задрожать, но повернуть лицо.
— Какая куколка нам, однако, попалась.
Девушка судорожно вздохнула, всхлипнула и сипло прошептала:
— Что?.. Что вам надо?
Хотя смысл-то тут спрашивать? И так понятно —что.
Двое снова переглянулись и почти одинаково ухмыльнулись.
— А что может быть надо, от такой красавы, а? Не играй в дурочку, детка. Если будешь себя хорошо вести, даже жива останешься…
Девушка замерла, видимо, шокированная открывшимися перспективами, и тихонько заскулила на одной ноте. Недолго.
— Заткнись, куколка, не раздражай. Не усугубляй, так сказать.
— Пожалуйста… Не надо… не… не убивайте, пожалуйста! Я… я всё сделаю, что захотите!
Тот, что держал у лица нож, неуловимо быстро переместил его, прижимая к губам, перекрывая поток бесполезных просьб.
— Конечно сделаешь. И без загонов, без попыток сопротивляться, — нож отправился на ближайшую горизонтальную поверхность, и вот большой палец с нажимом скользнул по дрожащим, но таким заманчивым своей пухлостью губам. — А мы с тобой поразвлекаемся, всю ночь. Ты же будешь хорошей девочкой, да, куколка?
Девушку снова затрясло, даже губы задрожали, а похититель воспользовался случаем, надавил на подбородок, приоткрывая рот, и нагло скользнул пальцем во влажное тепло. Впрочем, жертва от шока, видимо, даже не пыталась сопротивляться или как-то возмущаться. Так что палец погрузился в послушно приоткрытый рот до самого основания, по-хозяйски покружился внутри, ощупывая язык, сделал несколько поступательных движений и лишь после этого оставил уютное местечко в покое.
Девочка дышала загнанно, рвано, со всхлипами, и постоянно вздрагивала, особенно, когда чужой палец нырял как можно глубже, но стоило тому убраться, быстро и словно неосознанно облизала губы, спросив тихо-тихо:
— Если… если буду слушаться, вы сдержите обещание? Отпустите?
Самый разговорчивый глумливо хохотнул.
— Отпустим, отпустим. Но ты должна слушаться очень хорошо.
— А что… что со мной будет?
Тут все эти реверансы явно не выдержал второй, свободной рукой смяв довольно крепкую ягодицу.
— Да оттрахаем тебя, кыся, во все дыры так, что ноги свести наутро не сможешь, и делов-то.
И снова жертва всхлипнула, откинув голову на грубую стену, открывая тонкое, беззащитное горло. Жалобно, отчаянно, но совершенно не смягчив будущих насильников. А как иначе? Пусть сопротивляться она действительно не станет, потому что держит надежда выжить, но насилием это быть не перестаёт.
Первый похититель (девушка решила для себя хоть как-то называть их, и самый активный и словоохотливый стал «первым», главным) на это снова хохотнул и, зафиксировав голову в столь удобном положении, широко лизнул подрагивающее горло, а потом и присосался к шее грубым, жадным, кусающим поцелуем. Второй же в это время выдрал футболку из-под пояса джинсов и залез под неё рукой. Добрался до сосков, сильно сжал, грубо потеребил. Навалившиеся ощущения снова вырвали из горла девушки всхлип пополам со вскриком.
— Не пищи, куколка, нежными мы быть не обещали. Терпи. Ты ж не целочка?
Первый, кто бы сомневался.
— Н-ннеет…
— А жаль! Люблю распечатывать целочек… А сзади тоже?
Наглая рука надавила меж половинок и девушка дёрнулась, открыла рот, словно собираясь что-то сказать, но промолчала, лишь головой помотала. Мол, понимайте, как хотите. А похитители отбросили последние крохи сдержанности и закрутили её, споро вытряхивая из одежды, но, впрочем, не отпуская надолго рук, дабы не начала вдруг вырываться. Но она и не пыталась, видимо, боясь усугубить ситуацию.
— Ничего, проверим.
Снова первый, щекочущим шёпотом на ухо. И девушку аж в жар бросило от перспектив.
***
Все четыре дня с начала недели Вика старалась придерживаться собственноручно разработанного расписания. Пробежка по утрам, несмотря на отпуск. Днём прогулки по паркам — разным, но, опять же, в соответствии с расписанием. После парка магазин, и не ближайший супермаркет, а в двух кварталах пешком. И меньшие цены да большее разнообразие выбора — только часть причин такого выбора. Вечером, в шесть, на час в фитнес-клуб, но это у неё и после работы было правилом. Не ежедневным, через день, но в отпуске чем ещё заниматься?
А своё тело Вика любила, холила и поддерживала в форме. Ну, относительной — худощавая от природы, с хорошим метаболизмом, не сильно-то она и нуждалась в этом самом поддержании, на зависть всем знакомым. Но некая хрупкость в сочетании с довольно высоким для девушки ростом (метр семьдесят два) требовали мер, чтобы не выглядеть суповым набором. Вот и приходилось стараться. Зато подтянутая фигурка с красивым мышечным рельефом всегда притягивала жадно-вожделеющие взгляды, которые девушке ну очень нравились. Но был нюанс.
Привлекательная девушка никак не могла найти партнёра, который смог бы её удовлетворить.
Поначалу, в первые разы, Вика думала, что ещё не распробовала. Потом и вовсе — что фригидна. Ну а что ещё думать, если на ласки тело отзывается не очень-то охотно, ощущаются они как-то приглушённо, а член усердно двигающегося партнёра вызывает чувство… нехватки чего-то. Ей постоянно этого «чего-то» не хватало в плане физических ощущений.
Так-то прям настоящих, долговременных партнёров к двадцати восьми годам у неё было всего четверо (и то, самые долгие отношения продлились чуть больше года — последние), а чтоб серьёзно, да жить вместе, и того один, как раз последний. Разовых же перепихов и многочисленности любовников она никогда особо не понимала.
Вот во время этих серьёзных отношений, с год назад, случайно попав к довольно пожилому мужчине-гинекологу (когда её участковый врач была в отпуске), Вика и узнала о собственных особенностях, объяснявших обидные до слёз проблемы.
— М-дам-с, уважаемая барышня, а расскажите-ка мне, как у вас с сексуальной жизнью?
Поначалу вопрос показался стандартным.
— Нуу… Достаточно регулярно. Постоянный партнёр один.